— Орден дженсаарай отдает себе отчет, что мы имеем дело с материями, которые большинству разумных кажутся нереальными, — сказала Саарай-каар. — И знаем, что те, кто сорвались и поняли свою ошибку, будут впредь внимательны и осторожны в вопросе своей подготовки.
— Или же знакомые ощущения позволят им сорваться в эту бездну еще раз, — хмыкнул Ромул. — На этот раз легче и проще, чем было впервые. А с теми знаниями, которые вы им даете, это будет куда как более кровавое противостояние, нежели вы можете себе предположить.
Каменная Птаха знал о чем говорит.
Когда на Кро Вар возникли трения между изыскателями знаний о Темной Стороне и другими адептами Силы, исповедовавшими консервативные подходы к изучению Силы на планете, бойня была кровавой. Настолько, что она отразилась в анналах истории мира.
— И ваше мнение таково, что нам следует всячески уберегать своих студентов от знаний, которые могут их развратить? — поинтересовалась Саарай-каар, излучая неприкрытое любопытство.
— Может и так.
— И тогда, чем наша судьба будет отличаться от многовековой истории Ордена джедаев? — спросила лидер Ордена дженсаарай. — Ведь самые значимые потрясения, которые едва не закончили их историю, как раз начинались с того, что кто-то из джедаев узнавал новое о Темной Стороне.
— Или хорошо забытое старое, — помрачнел Ромул.
— Вы сами это сказали, — подметила Саарай-каар. — И, когда они были не готовы противостоять этому влиянию, Орден подходил к краху. И уже не раз стоял на грани полного исчезновения.
— Но потребовались тысячелетия на то, чтобы истребить джедаев и разрушить их Орден, — подметил Ромул. — Правда, как оказывается, никогда этого сделать полноценно не могли.
— Потому что всегда находились те, кто отыскивал знания о Светлой Стороне, о джедаях и заражался их идеями, — сказала Саарай-каар.
— Ну… да.
— Ничего не напоминает?
Ромул усмехнулся.
— Уж очень слишком это похоже на историю всех ситских учений, — согласился он. — Одна сторона почти уничтожает другую, после чего находится тот, кто восстанавливает Орден и отыскивает запретные знания.
— Как видите, в вопросах выживания знания о Силе всегда находятся в интересном само-повторе, — заключила Саарай-каар. — Можно сколько угодно стараться оградить своих студентов и последователей от влияния Ордена конкурентов, но амбиции и случайность никогда нельзя выключить полностью из уравнения.
— Вот теперь понимаю, почему вы тренируете своих студентов всесторонним навыкам, — согласился Ромул.
— И наш Орден понимает, что, как только мы столкнемся с Орденом ситов, в любом его проявлении, то будет война не на жизнь, а на смерть, — пояснила Саарай-каар. — Потому что мы не примем их философию.
— Но всегда найдется тот, кому будет мало того, что вы даете. Тот, кто сочтет, что вы скрываете от него большие знания и могущество. Тот, кто будет считать, что учение дженсаарай ограничивает его потенциал.
— А это уже вопрос дисциплины, — вздохнула Саарай-каар. — И Орден джедаев как раз пример того, насколько погоня за новыми знаниями и способностями опасна для всех вокруг. Мы говорим об этом студентам. Не таясь и не ограничивая их в знаниях. Самоконтроль и верность долгу — то, на что мы делаем упор при приеме в Орден и последующей подготовке. Научиться не только подготовить, но и услышать вовремя тревожные звоночки наших студентов — это обязанность каждого из дженсаарай.
— Похоже, вы выполнили домашнюю работу Ордена джедаев, — усмехнулся Ромул.
— Или так, или мы повторим их участь, — развела руками Саарай-каар. — Как вы уже поняли, не в моих интересах делать так, чтобы наши студенты стали вместо защитников, угрозой. Оттого и подготовка соответствующая.
— И вы не боитесь ошибиться с тем, что ваша программа обучения создаст из дженсаарай не защитников, а будущих алчных ситов?
— Оттого и количество дженсаарай на данный момент не самое большое, — признала Саарай-каар. — Нас чуть больше нескольких сотен, а инструкторов и наставников, которые могли бы поделиться опытом удерживать свои желания и эмоции под контролем — единицы. Мы тренируем практики, которые помогали нашему Ордену выживать последние тридцать лет, но чувствуем, что с ростом количества студентов, прежние правила не могут быть усвоены всеми.
— Вот оно в чем дело, — прищурился Ромул. — А я-то гадал, на кой хатт вам нужны мои навыки управления элементалистикой!
— Это тоже новые знания, которые мы б хотели освоить.
— Чушь! — заявил Каменная Птаха. — Формовщики Кро Вар научились контролировать свое тело и дух задолго до того, как дженсаарай отпочковались от Ордена джедаев. Тысячу лет мы воспитываем своих детей, поколение за поколением, примиряя их амбиции и внутренних демонов. Направляем их мысли не на достижение личной власти, а на заботу о ближнем! Вот какие знания Траун хотел получить от меня!
Саарай-каар наклонила голову набок.
— Только в том случае ваша версия верна, если гранд-адмирал знал о вашем учении задолго до того, как встретился с вами. И знал о вас достаточно много, чтобы сделать вывод, что вы можете нам пригодиться.
— То есть вы не знали? — усомнился в своей спутнице Ромул.
— Лишь после того как вы это сказали, я пришла к выводу, что это в самом деле интригующая идея, которая заслуживает права на жизнь, — пояснила Саарай-каар. — Но это не объясняет…
— Откуда чисс может знать о Формовщиках? — усмехнулся Каменная Птаха. — Да не смешите меня, Саарай-каар. Доминация чиссов, откуда родом ваш гранд-адмирал, находится недалеко от Кро Вар. Пусть они нас не навещали, а мы с ними не воевали и не торговали, в Неизведанных Регионах слухи расходятся достаточно быстро. А, как я понял, ваш гранд-адмирал умеет собирать информацию, если она ему интересна.
— Может и так. Я не слежу за тем, что он делает. И не уверена, что могла бы прочесть его мысли.
— Потому что в вашем присутствии он тоже делает так, чтобы Сила была недоступна? — поинтересовался Каменная Птаха.
— И я не противлюсь этому. Гранд-адмирал действует в интересах Доминиона, Ордена дженсаарай и всех разумных, которые обитают в нашем государстве, — ледяным тоном отчеканила Саарай-каар.
— А если нет? — полюбопытствовал Ромул. — Что если однажды он предаст вас? Или, скажем, заставит Доминион слиться с Доминацией? Не находите, что названия его старой и новой родины созвучны? Не говоря уже о том, что чиссы так-то изоляционисты. И тот факт, что Траун здесь, а его родина — там, — он махнул рукой в сторону, — говорит о многом.
— Например?
— Он либо изгой, либо засланец. Есть у чиссов такая манера — собирать данные об угрозах. И отправлять за пределы своей Доминации военных преступников, которые слишком опасны, чтобы держать их при себе, но слишком ценны, чтобы казнить их на месте.
— А вы неплохо осведомлены о том, что происходит в государстве, которое проповедует изоляционизм, — подметила Саарай-каар.
— Потому что Траун не единственный чисс, с которым я встречался, — признался Ромул. — Есть его соотечественники, которые слоняются по галактике. И, положа руку на сердце, признаюсь, что они как минимум ублюдки, которых следовало бы кинуть в чан с кислотой.
— Каждый из них? — от Саарай-каар явственно пахнуло напряжением.
— Значительная часть, — не кривя душой, Ромул ответил откровенно. — Есть и те, кто просто не сошелся характерами со своим правительством. Или покинул Доминацию в поисках лучшей доли. Или те, как, например, Севранс Танн, которая пошла в услужение ситам. Траун, насколько я слышал, тоже раньше служил Империи, разве нет?
— Да, это так. Но разорвал с ней отношения, выбрав собственный путь. Путь защитника государства, а не упивающегося властью командира, готового стереть города с лица земли ради победы. Именно поэтому он считается предателем среди Имперских Осколков.
— Да, ситы не умеют принимать отказ, — Ромул с восторгом смотрел на конструкцию, которая удалялась от корабля. — Предлагаю сменить тему, а то у меня в брюхе начинает бурлить.