Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Майоров Николай ПетровичНежинцев Евгений Саввич
Сурначев Николай Николаевич
Богатков Борис Андреевич
Карим Фатых Валеевич
Багрицкий Всеволод Эдуардович
Гаврилюк Александр Акимович "О.Вольний, А.Холмський"
Калоев Хазби Александрович
Квициниа Леварса Бидович
Лобода Всеволод Николаевич
Пулькин Иван Иванович
Ширман Елена Михайловна
Шпак Микола
Копштейн Арон Иосифович
Наумова Варвара Николаевна
Каневский Давид Исаакович
Монтвила Витаутас
Троицкий Михаил Васильевич
Кульчицкий Михаил Валентинович
Котов Борис Александрович
Кубанев Василий Михайлович
Чугунов Владимир Михайлович
Лапин Борис Матвеевич
Инге Юрий Алексеевич
Вилкомир Леонид Вульфович
Костров Борис Алексеевич
Стрельченко Вадим Константинович
Суворов Георгий Кузьмич
Шершер Леонид Рафаилович
Шогенцуков Али Асхадович
Розенберг Леонид Осипович
Артемов Александр Александрович
Вакаров Дмитрий Онуфриевич
Коган Павел Давыдович
Спирт Сергей Аркадьевич
Герасименко Кость
Росин Самуил Израилевич
Федоров Иван Николаевич
Джалиль Муса Мустафович
Лебедев Алексей Алексеевич
Смоленский Борис Моисеевич
Отрада Николай Карпович
Занадворов Владислав Леонидович
 > Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне > Стр.34
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
33
34
35
...
152

92. УЧИТЕЛЬНИЦА

За стеною лесов
Затерялось село Прицепиловка:
На пригорке ветряк
Поднимает большое крыло.
В центре — здание школы.
Правленье артели. Развилка
Немощеной дороги.
Ничем не приметно село.
Школу, детство, купанье
Не вызову в памяти заново.
Но, заслышав курлыканье
Первых в году журавлей,
О тебе только вспомню одной,
Анастасья Ивановна,
Постаревшей
На белой,
Ромашкой покрытой,
Земле.
Близорукая, добрая…
Вижу тебя в новом свете —
Вечно с пачкой тетрадок,
И в каждой — ошибки юнца.
Вот мы снова склонились
Над школьными партами. Дети.
Сколько милых морщинок
Струится с родного лица!
Разве их перечтешь?
Вот любовь, вот и горечь разлуки:
Леонида, студента,
Погнали далеко, в Сибирь.
После — письма оттуда, война,
Ожидания му́ки,—
Что синью окрашена ширь
И что в лунные ночи
Не можешь уснуть ты… Разлука!
Вон в углу старый барский рояль,
Только струны молчат.
Сад, дорога.
И за школою тихо, ни звука.
А хотелось бы выйти, и ждать,
И услышать, как двери
Скрипят.
Снова годы. И громом —
Великая революция.
Много добрых вестей
Услыхать на селе
Довелось.
А студент не вернулся.
И слезы уже не прольются
Надо всем, что ждала ты
И что у тебя
Не сбылось.
В сельсовете работала.
Много, как в юности, пылко.
Не ждала за труды
Ни похвал, ни наград.
И другими увидела ты
И село Прицепиловку,
И четыре дороги,
И школу, и сад, и ветряк.
Я успел уже всё позабыть,
Анастасья Ивановна:
И взысканья, и двойки,
И первый негаданный стих;
Вот меня вызываешь
К доске ты, от гнева румяная,
А потом серебрится
Мороз в темных прядях твоих.
Долгожданных газет
Сторож дал тебе
Пачку немалую.
Ты читаешь их с жадностью
И забываешься.
Спи!..
Тишина. Спи спокойно,
Счастливая и усталая.
Над тобою на вахте
Стоят
Все питомцы твои.
Так эпоха встает:
По заводам, садам, Прицепиловкам.
Мы страну начинаем
Вести,
Как учила нас ты:
Проникаем мы в недра,
Парим над простором на крыльях,
И слагаем стихи,
И возводим большие мосты.
И меняется всё,
Всё вокруг, Анастасья Ивановна.
Вот и я бы теперь
На уроках спокойно сидел…
Из Головченка, знаешь,
Из того, из рябого Степана,
Бригадир вышел знатный,
Герой
Замечательных дел.
Так эпоха встает…
Жаль, что мы постепенно стареем.
Что ж, закон биологии.
Осень… Летят журавли…
Но над миром встает
Воплощенная наша идея —
На посыпанном пеплом
Просторе
Земли.
За нее мы ходили в Сибирь,
На этапах гремели металлом.
За нее из гимназии Настенька
Шла на работу в село,
Еще жизни не зная…
Лишь после она разгадала
Жизнь народа,
К которому счастье большое
Пришло!
Задремала ты в кресле своем,
Анастасья Ивановна…
Вот бы на руки взять,
До постели легко донести…
А над школой
Спокойно стоят голубые туманы,
И звенят вдалеке
Провода и стальные пути.
В это время в столице
Не спят.
Совещанье кончается…
Родина!
Слушай весть:
По лесам,
Полустанкам глухим
Телеграф загудел
Про учительницу в Прицепиловке,
Награжденную орденом,
Про весну,
И посевы,
И сотни
Неоконченных дел.
Сколько, сколько питомцев твоих
Пред тобою проходят парадом!
Ты с волненьем глубоким
С ромашками в травах стоишь.
Только я не умею
Сказать во весь голос про радость
И про две —
От волненья и счастья —
Слезинки
Твои.
1940

93. «Мы теперь привыкли на экране…»

Мы теперь привыкли на экране
Познавать событий стиль и план.
Моряки по площадям Восстанья
Движутся колоннами в туман.
Движутся, готовые на муки,
Бомбы падают
И разрывают строй.
Но уже сквозь дым вздымают руки
Над рядами стяг победный свой.
И когда в конце зовет с экрана
Гул «Авроры»
В смертный бой: «Пора!» —
От волненья прервано дыханье,
Мы не в силах выкрикнуть «ура».
Как же быть!
Жалеть, что опоздали,
Что не мы горели в том огне,
Что сегодня
Об октябрьском шквале
Мы читаем лишь на полотне?
Тосковать ли
По тому кипенью,
Где не мы кипели как назло?
Становись же, наше поколенье,
На поверку, коль на то пошло!
Разве мы на вахте в непогоду
Не стоили,
Родины сыны?
Разве мы не добывали воду
Молчаливым пашням
Ферганы?
Не от нас ли
В сопках удирали
Битые дивизии врагов
И не мы ли с песнями вступали
В наш родной, издревле братский Львов?
Выходи же, наше поколенье,
На дорогу жизни,
Выходи,
По которой шел
Великий Ленин.
Дел еще немало
Впереди!
1939–1941
34
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"247382","o":1}