Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Инге Юрий АлексеевичКостров Борис Алексеевич
Монтвила Витаутас
Нежинцев Евгений Саввич
Суворов Георгий Кузьмич
Кубанев Василий Михайлович
Лебедев Алексей Алексеевич
Копштейн Арон Иосифович
Кульчицкий Михаил Валентинович
Смоленский Борис Моисеевич
Квициниа Леварса Бидович
Шогенцуков Али Асхадович
Спирт Сергей Аркадьевич
Вилкомир Леонид Вульфович
Лапин Борис Матвеевич
Чугунов Владимир Михайлович
Сурначев Николай Николаевич
Троицкий Михаил Васильевич
Отрада Николай Карпович
Каневский Давид Исаакович
Котов Борис Александрович
Вакаров Дмитрий Онуфриевич
Коган Павел Давыдович
Лобода Всеволод Николаевич
Джалиль Муса Мустафович
Калоев Хазби Александрович
Багрицкий Всеволод Эдуардович
Шпак Микола
Шершер Леонид Рафаилович
Артемов Александр Александрович
Федоров Иван Николаевич
Карим Фатых Валеевич
Ширман Елена Михайловна
Наумова Варвара Николаевна
Розенберг Леонид Осипович
Занадворов Владислав Леонидович
Пулькин Иван Иванович
Гаврилюк Александр Акимович "О.Вольний, А.Холмський"
Стрельченко Вадим Константинович
Богатков Борис Андреевич
Майоров Николай Петрович
Герасименко Кость
Росин Самуил Израилевич
 > Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне > Стр.34
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
33
34
35
...
152

92. УЧИТЕЛЬНИЦА

За стеною лесов
Затерялось село Прицепиловка:
На пригорке ветряк
Поднимает большое крыло.
В центре — здание школы.
Правленье артели. Развилка
Немощеной дороги.
Ничем не приметно село.
Школу, детство, купанье
Не вызову в памяти заново.
Но, заслышав курлыканье
Первых в году журавлей,
О тебе только вспомню одной,
Анастасья Ивановна,
Постаревшей
На белой,
Ромашкой покрытой,
Земле.
Близорукая, добрая…
Вижу тебя в новом свете —
Вечно с пачкой тетрадок,
И в каждой — ошибки юнца.
Вот мы снова склонились
Над школьными партами. Дети.
Сколько милых морщинок
Струится с родного лица!
Разве их перечтешь?
Вот любовь, вот и горечь разлуки:
Леонида, студента,
Погнали далеко, в Сибирь.
После — письма оттуда, война,
Ожидания му́ки,—
Что синью окрашена ширь
И что в лунные ночи
Не можешь уснуть ты… Разлука!
Вон в углу старый барский рояль,
Только струны молчат.
Сад, дорога.
И за школою тихо, ни звука.
А хотелось бы выйти, и ждать,
И услышать, как двери
Скрипят.
Снова годы. И громом —
Великая революция.
Много добрых вестей
Услыхать на селе
Довелось.
А студент не вернулся.
И слезы уже не прольются
Надо всем, что ждала ты
И что у тебя
Не сбылось.
В сельсовете работала.
Много, как в юности, пылко.
Не ждала за труды
Ни похвал, ни наград.
И другими увидела ты
И село Прицепиловку,
И четыре дороги,
И школу, и сад, и ветряк.
Я успел уже всё позабыть,
Анастасья Ивановна:
И взысканья, и двойки,
И первый негаданный стих;
Вот меня вызываешь
К доске ты, от гнева румяная,
А потом серебрится
Мороз в темных прядях твоих.
Долгожданных газет
Сторож дал тебе
Пачку немалую.
Ты читаешь их с жадностью
И забываешься.
Спи!..
Тишина. Спи спокойно,
Счастливая и усталая.
Над тобою на вахте
Стоят
Все питомцы твои.
Так эпоха встает:
По заводам, садам, Прицепиловкам.
Мы страну начинаем
Вести,
Как учила нас ты:
Проникаем мы в недра,
Парим над простором на крыльях,
И слагаем стихи,
И возводим большие мосты.
И меняется всё,
Всё вокруг, Анастасья Ивановна.
Вот и я бы теперь
На уроках спокойно сидел…
Из Головченка, знаешь,
Из того, из рябого Степана,
Бригадир вышел знатный,
Герой
Замечательных дел.
Так эпоха встает…
Жаль, что мы постепенно стареем.
Что ж, закон биологии.
Осень… Летят журавли…
Но над миром встает
Воплощенная наша идея —
На посыпанном пеплом
Просторе
Земли.
За нее мы ходили в Сибирь,
На этапах гремели металлом.
За нее из гимназии Настенька
Шла на работу в село,
Еще жизни не зная…
Лишь после она разгадала
Жизнь народа,
К которому счастье большое
Пришло!
Задремала ты в кресле своем,
Анастасья Ивановна…
Вот бы на руки взять,
До постели легко донести…
А над школой
Спокойно стоят голубые туманы,
И звенят вдалеке
Провода и стальные пути.
В это время в столице
Не спят.
Совещанье кончается…
Родина!
Слушай весть:
По лесам,
Полустанкам глухим
Телеграф загудел
Про учительницу в Прицепиловке,
Награжденную орденом,
Про весну,
И посевы,
И сотни
Неоконченных дел.
Сколько, сколько питомцев твоих
Пред тобою проходят парадом!
Ты с волненьем глубоким
С ромашками в травах стоишь.
Только я не умею
Сказать во весь голос про радость
И про две —
От волненья и счастья —
Слезинки
Твои.
1940

93. «Мы теперь привыкли на экране…»

Мы теперь привыкли на экране
Познавать событий стиль и план.
Моряки по площадям Восстанья
Движутся колоннами в туман.
Движутся, готовые на муки,
Бомбы падают
И разрывают строй.
Но уже сквозь дым вздымают руки
Над рядами стяг победный свой.
И когда в конце зовет с экрана
Гул «Авроры»
В смертный бой: «Пора!» —
От волненья прервано дыханье,
Мы не в силах выкрикнуть «ура».
Как же быть!
Жалеть, что опоздали,
Что не мы горели в том огне,
Что сегодня
Об октябрьском шквале
Мы читаем лишь на полотне?
Тосковать ли
По тому кипенью,
Где не мы кипели как назло?
Становись же, наше поколенье,
На поверку, коль на то пошло!
Разве мы на вахте в непогоду
Не стоили,
Родины сыны?
Разве мы не добывали воду
Молчаливым пашням
Ферганы?
Не от нас ли
В сопках удирали
Битые дивизии врагов
И не мы ли с песнями вступали
В наш родной, издревле братский Львов?
Выходи же, наше поколенье,
На дорогу жизни,
Выходи,
По которой шел
Великий Ленин.
Дел еще немало
Впереди!
1939–1941
34
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"247382","o":1}