496. СВЕТЛАНА Я друзей обманывать не стану, Сердце не грубеет на войне: Часто дочь трехлетняя Светлана Мысленно является ко мне. Теплая и нежная ручонка Норовит схватиться за рукав. Что скажу я в этот миг, ребенка На коленях нежно приласкав? Что нескоро я вернусь обратно, А возможно, вовсе не вернусь… Так закон диктует в деле ратном: «Умирая, все-таки не трусь!» Может быть, в журнале иль газете, Что хранили быль наших времен, Дочь моя, читая строки эти, Гордо скажет: «Храбро умер он!» А еще приятней, с нею вместе Этот стих короткий прочитав, Говорить о долге, славе, чести, Чувствуя, что был тогда ты прав. Я друзей обманывать не стану, Сердце не грубеет на войне: Часто дочь трехлетняя Светлана Мысленно является ко мне. 1943? 497. КУКУШКА
Над головою пуля просвистела; Шальная иль прицельная она? Но, как струна натянутая, пела Пронизанная ею тишина. Меня сегодня пуля миновала, Сердцебиенье успокоив мне, И тот же час в лесу закуковала Веселая кукушка на сосне. Хорошая народная примета: Нам жить сто лет, напополам деля Всю ярость бурь и солнечного света, Чем так богата русская земля. 15 апреля 1943 Северный Донец 498. В РАЗВЕДКУ С суровым озабоченным лицом Он у сосны надламывает ветку. Сегодня ночью уходить в разведку, Искать «язык» за Северным Донцом. Сегодня ночью… А пока что синий В бору сосновом шел на убыль день. И в чаще, смешивая четкость линий, Ложилась фиолетовая тень. Комбат спросил: «Как думаешь, Нуриев, Удастся ли разведка в этот раз?» Он, думу невеселую развеяв, С улыбкой ясной посмотрел на нас. «Пойду», — сказал он с твердостью солдата, Опять по-детски весело смотря. Таким веселым был он до заката, Не зная, что сулит ему заря. Разведчики ушли… Над ними месяц новый Глядел из золоченой полумглы. Светящиеся пули в бор сосновый Влетали и впивалися в стволы. Друг не мечтал об орденах и славе, Отважным был он — Родины солдат. И в этой вот последней переправе В решениях был твердым, как всегда. Когда у ног его рвалась граната И падал он на землю вниз лицом, Знал сердцем чутким: храбрые ребята Остались там, за Северным Донцом. 23 апреля 1943 Северный Донец 499. «Все распри сводятся на нет…» Все распри сводятся на нет Артиллерийской перестрелкой. Сияет ярче дружбы свет, И места нет корысти мелкой. Мы в дни войны сошлись втроем — Равно бедны, равно богаты,— Грустим, смеемся и поем Под потолком крестьянской хаты. А завтра в бой! Быть; может, смерть Свершит над кем-нибудь расправу. Он упадет на землю в травы, Но жаворонок будет петь, Цвести ромашки, незабудки И многодумный лес шуметь… С судьбой теперь плохие шутки: Здесь очень просто умереть. И если первым буду я Судьбой отвергнут от событий, То вы, товарищи-друзья, Меня в час встречи вспомяните. А коль возьму над жизнью власть, Ток животворных сил почуя, Всю поэтическую страсть; В четыре строчки заключу я. 1 мая 1943 с. Первомайское 500. ПОСЛЕ БОЯ Хорошо, товарищ, после боя, Выдыхая дым пороховой, Посмотреть на небо голубое — Облака плывут над головой. И в затихшем орудийном гуле, Что в ушах моих еще звенит, Вся страна в почетном карауле Над убитым воином стоит. 10 мая 1943 с. Первомайское ЛЕОНИД ШЕРШЕР Леонид Рафаилович Шершер родился в 1916 году в Одессе. Отец его — служащий. Еще школьником Леонид начал писать стихи. Некоторые из них читал по радио и печатал в «Пионерской правде». С 1935 по 1940 год учился на филологическом факультете Института истории, философии и литературы (Москва). В это время редактировал популярную среди студентов факультетскую стенную газету «Комсомолия».
В 1940 году Шершер был призван в армию. Служил вначале в артиллерийском полку, потом в театре Красной Армии. С августа 1941 года Леонид Шершер — сотрудник газеты авиации дальнего действия «За правое дело». Работая в газете, Шершер одновременно участвовал в боевых вылетах в качестве стрелка-радиста. Чаще всего летал в составе экипажа дважды Героя Советского Союза А. Молодчего, который в начальный период Великой Отечественной войны совершал первые дальние рейды в тылы противника, бомбил военные объекты Кенигсберга, Данцига и др. |
