Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Джалиль Муса МустафовичАртемов Александр Александрович
Занадворов Владислав Леонидович
Коган Павел Давыдович
Майоров Николай Петрович
Лобода Всеволод Николаевич
Нежинцев Евгений Саввич
Чугунов Владимир Михайлович
Шогенцуков Али Асхадович
Каневский Давид Исаакович
Наумова Варвара Николаевна
Калоев Хазби Александрович
Квициниа Леварса Бидович
Стрельченко Вадим Константинович
Костров Борис Алексеевич
Сурначев Николай Николаевич
Розенберг Леонид Осипович
Лапин Борис Матвеевич
Отрада Николай Карпович
Кульчицкий Михаил Валентинович
Смоленский Борис Моисеевич
Вакаров Дмитрий Онуфриевич
Спирт Сергей Аркадьевич
Карим Фатых Валеевич
Кубанев Василий Михайлович
Монтвила Витаутас
Федоров Иван Николаевич
Багрицкий Всеволод Эдуардович
Вилкомир Леонид Вульфович
Пулькин Иван Иванович
Суворов Георгий Кузьмич
Шпак Микола
Гаврилюк Александр Акимович "О.Вольний, А.Холмський"
Инге Юрий Алексеевич
Ширман Елена Михайловна
Богатков Борис Андреевич
Герасименко Кость
Лебедев Алексей Алексеевич
Шершер Леонид Рафаилович
Котов Борис Александрович
Троицкий Михаил Васильевич
Копштейн Арон Иосифович
Росин Самуил Израилевич
 > Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне > Стр.101
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
100
101
102
...
152

382. ИЗ ЦИКЛА «ДИКИЕ ПЕСНИ»

1
О, как давно я не пил за белою скатертью чаю,
Как давно мой каблук не стучал об асфальт и торец,
И песни мои дичают,
И я дичаю, их веселый отец.
Где слова мои — быстрые рыбки,
Пересекавшие звонкий поток?
Возьмешь книгу и прошлогодней улыбки
Найдешь засушенный на память цветок.
Он ласково твой взор повстречает
И тихонько запоет,
И ты увидишь, как песни мои дичают
И как дичает сердце мое.
Возьми и перелистай, если можешь,
Эти сухие цветы,
И ты найдешь под умершей кожей
Живые сны мои и мечты.
2
Дело было к весне,
Накануне мая,
Шел, как полагается, снег,
По улицам пыль подымая.
И я, тишины тише,
Той, что, грустя, поет,
Прислушивался, как бьется выше
Веселое сердце мое.
Шел снег в густой оправе
Филигранного серебра,
Я думал: «А разве вправе
Сердце рваться из-под ребра?
Разве вправе оно на свободу
Проситься, памятуя о том,
Что, как воду, горячий воздух
Ловлю обгоревшим ртом?»
Воздух обжигал губы,
Как и всякому, кто поет,
И шло постепенно на убыль
Веселое счастье мое.
3
В решетку солнышко разграфлено,
И потому так душно и темно,
И потому в глазах такая муть,
И хочется поверх тоски взглянуть
В лицо весны такой большой и теплой,
Сверкающей на кирпичах и стеклах.
И хочется глаза открыть как можно шире,
Чтоб увидать, как всё свежеет в мире:
Как крепнут мускулы, как набухают почки,
Как на дворах резвится детвора,
Как, разговаривая, идут трактора,
Распахивая впадины и кочки.
Я вышел бы, как прежде, на крыльцо,
Чтоб ветер брызнул дождиком в лицо,
Чтобы обжег скользящий с синих круч
Отточенный звонкоголосый луч.
Но ветра нет, и душно и темно,
Откуда он возьмется, звонкий луч-то,
Сквозь этот мрак тяжелый,
                                                потому что
В решетку солнышко разграфлено.
1934–1935

383. ОБРАЩЕНИЕ К ЛЮБИМОЙ НЕПОСРЕДСТВЕННО

1
Дай на прощанье поцелую в лоб,
Чтоб грустью память не томилась,
Чтоб всё забылось, всё прошло,
Прошедшее чтоб стало мило.
             Дай на прощанье поцелую в лоб…
Дай руку поцелую — будь здорова,
Вновь окунусь в задумчивый покой,
Разбавленный прохладною тоской.
             Дай поцелую руку — будь здорова!
Теперь последний поцелуй — в глаза.
За их задумчивое, теплое сиянье,
Чтоб снова улыбнулись при свиданьи.
             Один последний поцелуй — в глаза!
2
Ты не приехала, а жалко —
Тебя готовились встречать
Рябины в сарафанах жарких
И в штофных шалях на плечах…
Гадали: конной или пешей
Прибудешь ты… А день горел…
Чем их печаль теперь утешить?
Тем, что приедешь в декабре?
Лес, выслав встречу, выстлал тропы
Коврами… День был тих и синь…
Чем успокоить горький ропот
Грустящих о тебе осин?
Как приглашать тебя?.. Какою
Всесильной песней заманить?..
Здесь всё насыщено тоскою,
Всё ждет тебя, считая дни!
Октябрь 1938

384. НЕ ВЕРЮ!

Я мир прошел из края в край —
Земля мокра
От слез…
Мир мраком и чумой оброс
До самых глаз
Как раз…
Тут духоты —
Не продышать — от крови,
Тут темноты
И тошноты
С краями вровень!
Мир оплыл жиром!
Тут тоски —
С пеленок и до гробовой доски
Не расхлебать всем миром!
Тут пухнет с голоду бедняк,
Не видя света,—
Ни хлеба, ни мечты, ни дня.
Да разве это Жизнь, когда
Сплошной туман и кровь!
Смерть формирует поезда
И гонит в бой любовь!..
Я мир прошел из края в край —
У мира морда зверя,
От крови вся земля мокра,—
И всё ж не верю!
Не верю в ночь и в темноту;
Не верю в смерть и в пустоту;
Не верю в голод, в кровь и вой;
Ни в бойню пополам с чумой;
Пока на небе солнце есть,
Есть освещающие весь
Мир
       звезды на седом Кремле —
Есть правда на земле!
Есть в мире майская гроза —
На страх гнетущей мгле;
Глядящая во все глаза
Есть стража на земле;
Есть труд — славнее всяких слав,
Есть песен медь
И право выше всяких прав —
Творить и петь;
Есть доблесть в боевом строю,
Есть смерть за родину в бою,
Есть звезды на седом Кремле —
Есть счастье на земле!
1939
101
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"247382","o":1}