— Нет. Футляр украли сегодня.

Я поняла.

— Бабушка могла отдать ему печать раньше.

Северин выдохнул сквозь зубы.

— А потом Маркус вернул копию в лавку.

От этой мысли стало неприятно.

Не потому, что я особенно доверяла Маркусу. Мы знали его несколько часов.

Но бабушка явно доверяла.

Оставила его имя.

Направила меня к нему.

Если он всё это время работал на Пепельный Дом, значит, либо Элеонора ошиблась…

Либо мы опять видели только половину картины.

— Ничего не делаем, пока не поговорим с ним.

Каэль повернулся.

— Он только что попытался открыть Сердце.

— Мы не знаем зачем.

— Аделина.

— В прошлый раз ты восемьсот лет считал виновным собственного брата. Может, хотя бы теперь не будем сразу никого казнить?

Северин неожиданно сказал:

— Она права.

Каэль медленно посмотрел на него.

— Никогда больше этого не повторяй.

— Постараюсь.

Кристалл снова треснул.

Шутки закончились.

Золотой свет внутри начал темнеть.

— Можно остановить?

Северин изучал руны на пьедестале.

— Нужно разорвать внешнюю связь.

— Как?

— Печать Хранителя должна находиться здесь.

Я подняла руку.

— У меня есть кровь Хранителя.

— Печать — не просто кровь. Это накопитель силы твоего рода.

Каэль посмотрел на кольцо.

— А она сама?

Северин замер.

— Что?

— После завершения союза Аделина является действующим Хранителем. Если старая печать была накопителем, её собственная магия должна обладать теми же правами.

Мне не понравилось направление.

— Насколько опасно?

Оба брата промолчали.

— Ну конечно.

Каэль подошёл.

— Я сделаю вместе с тобой.

— Это обычно означает, что опасно вдвойне.

— Зато веселее.

— Удивительно, как быстро ты перенимаешь мои методы успокоения.

Он протянул руку.

Я посмотрела на неё.

После завершения брачного союза решение почему-то стало гораздо проще.

Не потому, что стала безрассуднее.

Просто теперь знала, как работает наша магия вместе.

Я вложила ладонь.

— Что делать?

Северин указал на пьедестал.

— Положи свободную руку на основание. Не на Сердце. Попробуй почувствовать чужую связь и вытолкнуть её.

— «Попробуй почувствовать» — очень точная инструкция.

— У нас нет пособия.

— Надо будет написать.

Я коснулась камня.

Сначала ничего.

Потом всё.

Сила Сердца ударила внутрь настолько резко, что колени подогнулись.

Каэль удержал.

Перед глазами появились сотни образов.

Морвейны.

Десятки поколений.

Чужие войны, свадьбы, смерти, рождения.

Магия проносилась через меня огромным потоком, совершенно не предназначенным для человеческого тела.

И где-то внутри него была чужая нить.

Серая.

Я потянулась.

Она ответила.

В голове прозвучал голос:

Аделина.

Маркус.

Я резко вдохнула.

— Он здесь.

— Где? — спросил Каэль.

— В связи.

Я сосредоточилась сильнее.

Маркус?

Ответ пришёл сразу.

Наконец.

Перед глазами возникло помещение.

Не дворец.

Подземелье.

Маркус сидел на каменном полу, прислонившись к стене. Лицо было в крови, одна рука безвольно лежала вдоль тела.

Он выглядел значительно хуже, чем при нашей встрече.

Вы украли печать?

Старик рассмеялся.

Нет.

Сердце показывает вас.

Потому что я пришёл к нему сорок лет назад.

Я замерла.

Зачем?

По просьбе Элеоноры.

Вот.

Я знала.

Не всё настолько просто.

Что вы сделали?

Маркус закрыл глаза.

Мы спрятали в Сердце часть её силы.

Я услышала, как за пределами связи Каэль что-то говорит, но не могла разобрать.

Зачем?

Чтобы однажды передать тебе.

Сердце под моей рукой ударило.

Не физически.

Магически.

Я едва удержалась.

Бабушка оставила мне свою магию?

Не только магию.

Маркус поднял голову.

Память.

У меня внутри похолодело.

Чью?

Её.

Связь дрогнула.

Маркус, где вы?

Он посмотрел куда-то в сторону.

В его глазах появился страх.

Они идут.

Кто?

Пепельный Дом.

Где вы?

Из темноты за его спиной донеслись шаги.

Маркус заговорил быстрее:

Не ищи меня. Забери то, что Элеонора оставила в Сердце. Она знала способ уничтожить Арианну.

Как?

Я не знаю. Она скрыла память даже от меня.

Серый свет вокруг него начал исчезать.

Я почувствовала, как кто-то пытается разорвать нашу связь.

Маркус!

Старик посмотрел прямо на меня.

И не проходи Обряд Равных, пока не увидишь воспоминание.

Я нахмурилась.

Почему?

Шаги стали совсем близко.

Маркус попытался подняться.

Не успел.

За его спиной появилась фигура в сером.

Рука схватила старика за волосы.

Связь задрожала.

— Нет!

Я рванулась вперёд.

Каэль удержал меня.

Аделина! — голос Маркуса ударил последний раз. — Элеонора не боялась твоего бессмертия. Она боялась того, что вместе с ним проснётся!

Связь оборвалась.

Я открыла глаза.

Снова была в зале Сердца.

Каэль держал меня обеими руками.

Северин стоял напротив.

— Что ты видела?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Маркуса. Он жив. Пока.

— Где?

— Не знаю.

— Что он сказал?

Я посмотрела на Сердце.

Трещины остановились.

Внутри чёрного кристалла появилось новое сияние.

Не золотое.

Синее.

Моё.

Или бабушкино.

— Элеонора оставила здесь часть своей силы и память.

Северин побледнел.

— Здесь?

— Сорок лет назад. Вместе с Маркусом.

Каэль посмотрел на кристалл.

— Как её получить?

Не пришлось ничего делать.

Сердце ответило само.

Синий свет вышел наружу.

Тонкая нить потянулась ко мне.

Каэль шагнул вперёд, но я остановила его.

— Подожди.

— Мы не знаем, что это.

— Это бабушка.

— Именно поэтому я нервничаю. Я знал твою бабушку.

Несмотря на всё, я усмехнулась.

Синий свет коснулся моего запястья.

Было тепло.

Очень знакомо.

Как руки Элеоноры, когда в детстве она поправляла мне одеяло.

Я позволила магии войти.

Мир исчез.

Я стояла в бабушкиной лавке.

Не своей.

Её.

Только помещение выглядело иначе. Новее. На полках стояли предметы, которых я никогда не видела.

Элеонора находилась у окна.

Выглядела лет на сорок.

Она повернулась.

И посмотрела прямо на меня.

— Наконец-то.

Я застыла.

— Бабушка?

Она улыбнулась.

Глаза защипало.

Я прекрасно понимала, что это не она.

Не душа.

Не призрак.

Всего лишь сохранённая память.

Но всё равно сделала шаг вперёд.

— Если ты меня видишь, — продолжила Элеонора, — значит, Каэль вернулся, кольцо выбрало тебя, а мои попытки оставить эту семью в покое окончательно провалились.

Я рассмеялась сквозь неожиданно выступившие слёзы.

Очень в её стиле.

— Сначала главное. Арианна не может вернуться полностью, пока жива последняя Хранительница её крови.

Улыбка исчезла.

— То есть я.

— Ты.

Конечно, память не могла меня слышать.

Она продолжала:

— Поэтому не верь, если тебе скажут, что для открытия Врат нужна твоя смерть. Всё наоборот. Пока ты жива, она связана тобой. Это её слабость.

Я приблизилась.

— Как уничтожить её?

Элеонора словно ждала именно этот вопрос.

— Через Врата. Ты должна позволить ей войти достаточно далеко, чтобы связь стала двусторонней, а затем закрыть её собственной кровью.

Я нахмурилась.

Звучало крайне опасно.

Бабушка тоже, кажется, так считала.

— И ещё одно. Если рядом с тобой Каэль Морвейн, он наверняка уже рассказал об Обряде Равных.