— Оленька, эм, Ильинична, я подумаю над вашим предложением, — заверил Силин впервые с интересом поглядевшую на него до не приличия сексуальную молодую женщину в строгом, но в тоже время и поразительно порочно носимом ею деловом костюме.

Своей отповедью разошедшийся дамский угодник закономерно сосредоточил на себе весь возможный спектр взглядов: от желающих смерти, как у одного влюбленного в училку пухляка, до откровенно похотливо-пожирающих, как у... надо же, а с виду Риточка казалась такой серой мышкой и скромницей.

— Тема сегодняшнего урока... Эм, где же оно? — поправив строгие очки и прекратив изучать молоденького нахала своими серо-голубыми умными глазами, вернулась к работе листающая журнал платиновая блондинка с прямым каре, словно из какого-то порно. — Короче, та же, что и в названии параграфа 73.

— Силин, вот скажи мне, гад, ты это специально, чтоб меня позлить? — прошипела Сомова, занявшая уже своё место за партой рядом. — Или тебе и вправду мало одной? Нет, я понимаю, вчера ты слегка разошелся, наверняка с голодухи, но ты ж не супермен какой, и на троих у тебя явно же не хватит, эм, задора!

— Обещаю, постараюсь больше трех в гарем брать. Не удобно, — флегматично ответил её собеседник, внимательно следя за педагогом у доски, и при этом, чего уж там, будучи весьма довольным тем обстоятельством, что Сила оказалась такая, эм, разносторонняя, а потому, с повышенной выносливостью, вчера и вправду всё вышло как в кино, причем весьма специфического жанра.

— Сссскотина! — не оценила рыжая готовности собеседника к таким жертвам.

— Так, тишина там, Силин, Сомова, пишем! — призвала к порядку отвлекшаяся от написания чего-то там на доске, ибо трудно сосредоточиться, бладательница о-очень длинных ног и просто изумительных бёдер. А затем она вернулась к своему занятию, снова предоставляя возможность всем желающим услаждать свой взор идеалом женственности.

— Ты куда пялишься? Не, ты совсем охренел? — возмутилась девушка, наконец понявшая: отчего это её сосед по парте так за учебу вдруг взялся. Но чуть остыв, поправила очки и обиженно выдала. — Да и зачем тебе огромная жопа этой старухи?

— Ничего-то ты не понимаешь, — прямо-таки с философской интонацией ответил ей определенно ценитель Ким, хотя Славик был отчасти согласен с ненаглядной Элечкой.

В этот момент перед Силиным плюхнулась прилетевшая записка от Роговой, буквально на полторы секунды опередив такую же от Котовой.

— Дай! — с досадой воскликнула соседка, как видно, ставшего популярным одноклассника, не успев перехватить послания от несносных девок, которые позволяют себе невесть что. При живой-то... девушке.

— Так, Сомова! Выйди и сходи к раковине остудись. Ты вся красная, а для рыжих, с их кожей, это опрометчиво, — потребовала ведущая урок и уставшая делать замечания учительница, зачем-то в конце то ли поддев, то ли позволив себе насмешку — трудно прнять, ибо интонация была весьма безобидной и даже заботливой, но навряд ли искренней. Похоже, соперниц только что добавилось.

Главный же приз этой вот гонки, достойной страниц подросткового чтива, когда ещё сильнее покрасневшая рыжая удалилась по направлению к туалету, лишь невозмутимо развернул обе записки и ознакомился с их содержанием. После чего, по очередности получения «корреспонденции», послал два воздушных поцелуя, ну и подмигнул училке, сделавшей вид, что не заметила, но тем не менее принявшей у доски просто убийственной призывности вроде как непринужденную позу. От чего тот самый толстяк, который одним лишь взглядом убивал нашего героя самыми немыслимыми способами, едва не залил всю тетрадь кровью из носа.

Аниме какое-то!

****

Примерно в то же время, в небольшом и пронизанном казенщиной кабинете, разумеется, с уникальным стратегическим преимуществом страны в рамке на стене.

— Рассказывай, Виктор, — обратился обладатель седых висков, сегодня снова в сером, но если приглядеться, другом костюме.

— Значит так, Пал Петрович, приехали в третьем часу ночи на трёх внедорожниках, принадлежащих вот этим интересным гражданам, — указав на распечатку, начал излагать рыжий подчиненный, сегодня по-кабинетному, то есть при галстуке и в пиджаке, вместо немаркой ветровки.

— Интересно, дальше.

— Вышли. Их лица попали на камеры. Вот информация по тем, кого удалось опознать.

— Далее, — приняв пододвинутые папки, водрузил очки на нос и, бегло ознакомившись с их содержимым, потребовал подполковник.

— Вошли в парадное.

— В подъезд они без масок входили? — прервал повествование слушатель явно несущественным вопросом, ибо докладчик и так бы сообщил, но уж очень нравилось ему то, как приезжий Виктор реагировал на одно слово, а потому так и норовил ввернуть его, где нужно, и где не очень.

— Так точно, — сумев удержать лицо, постарался как можно ровнее отвечать раздосадованный ребячеством уважаемого руководителя его молодой сотрудник. — Они очень грамотно нашли место вне видеофикасации, где натянули черные одинаковые куртки и балаклавы, прежде чем стремительно ворваться и нейтрализовать консьержа, по пути закрашивая объективы встречных камер. Всё четко и быстро.

— Продолжай.

— Дальше всё, как и установлено на месте событий. Ни на каких записях ничего существенного более не запечатлено. Пятно краски и всё тут. Со знанием дела действовали.

— Как уходили?

— А вот тут интересно. Первым выбежал, по некоторым признакам, так называемый Пинцет. Вот досье. Вторым был Шмайсер. Это вот его. Первый — вскочил в данное авто(указав на фото) и дал по газам. Второй — явно в недоумении, но также не стал задерживаться и укатил на втором джипе.

— Больше никто не вышел?

— Вышел. Некто в трусах, с шашкой наголо и в балаклаве.

— Ты смеёшься?

— Увы, нет, — придвинув очередную порцию распечатанных стоп-кадров, продолжил описывать странности Рябов. — Как видите, в придачу ко всему он ещё и с легкостью пёр на себе явно не уступающего, а может и превосходящего его по весу вот этого молодого человека(пальцем на досье). Обратите внимание, ноша без руки. В смысле с отсеченной кистью. Что примечательно, пусть и качество видео препаршивое, но, похоже, рука перетянута импровизированным жгутом. Короче, не от тела он избавлялся, а в плен взял.

— О-очень интересно, — задумчиво озвучил свои мысли внимательно изучающий материалы по Кокосу и слушающий докладчика хозяин кабинета.

— Неизвестный погрузил всё в последнее, вот это авто, и отправился за город. Управлял не очень уверенно, но вскоре наловчился и уже вёл достойно. Мы проследили по камерам, но на выезде из города потеряли его. Лицо, увы, так ни разу и не попало в кадр. То темно, то ракурс никакой. Как ни обрабатывай исходники.

— Ясно. Анализ пепла и металлов с места аномалии готов?

— Нет, но тут и так понятно, кого там сожгли.

— Мы не можем позволить себе догадок, Витя. Как только будут результаты исследования, сразу ко мне. А я потороплю их. Дело принимает интересный оборот.

— Принято.

— Так, а что с этими... беглецами?

— Дальше ещё, скажем так, оборотистее. Вчера, немногим позже событий на улице Запрудной, была уничтожена, к слову при весьма интересных обстоятельствах, база Фюрера. Вот его дело. А вот это — предварительные результаты расследования. Но я считаю, надо это дело забирать себе, потому как тут явно туфта, а мусора́ тамошние, уж простите, но другого названия не заслуживают, невооружённым взглядом видно, что неслабо замазаны и прилично кормятся со всего этого, уже сейчас и отсюда очень дурно пахнущего дела. Чую я, что там и кто-то повыше есть, кто снимал самые сливки с деятельности заботливо оберегаемых, причем как бы даже не нашей конторой, этих вот... арийцев, бл...

— Я тебя понял, Витя. Я даже, кажется, знаю, кто из наших ведёт подобное. И это не хорошо(ослабив галстук). Но не будем спешить. Тут необходимо серьезное расследование, и голословно обвинять коллег, просто потому что в их обязанности входит учёт экстремистов, не следует, — трудно было понять верил ли в свои слова даже как-то осунувшийся и визуально чуть ли не постаревший на пару лет мужчина, чьи догадки, которые он всё это время гнал, похоже, начинали обретать почву. Но взяв себя а руки, бодро продолжил. — В общем так, этим теперь займусь я. Боюсь, что тут нужно аккуратно. Хоть у нас и полномочия от самого́(кивок на портрет), но тут просто-таки хвост ломит от нехороших предчувствий и влезать в явно курируемые кем-то из «свиты» мутки нужно не просто осторожно, а с выдержкой старого ювелира. Ты же, товарищ старший лейтенант, пока всецело демонстрируй пассивность и апатию относительно всего связанного с группировкой Фюрера и событиями в... Как там было-то(полистав бумаги)? Ага, «Корчма у дороги». Хм(задумчиво), надо же, как зловеще звучит. Мда. И вот что, последи пока за другим школьником, из той же школы(постучав пальцем по записям), что и этот вот Кокос. За Силиным в смысле. Алиби у него — так себе. Девчонка явно влюблена и готова на всё ради паршивци, так что не станем спешить исключать его причастность. Сильно не высовывайся, но и не теряйся. Всё, работаем.