– Кассия, остановись! – прикрикнул на меня Микель, выбив из руки оружие.

Тот согнулся от моего пинка в живот, я на карачках поползла к пистолету, но не успела его коснуться, как Микель схватил меня за лодыжку и подтащил к себе. Придя в бешенство, я ещё несколько раз врезала ему ногой, но лучезарный сдавил пальцы, и от ступни поднялась судорога.

Чёрное пламя взвилось между нами, заставив меня и Микеля разойтись. Гости, цари, архонты, Руфус, Кай и мы с Микелем. Все оказались разделены чёрным пламенем. Фарс происходящего затянулся, гости сбились ближе к стенам, продолжая наблюдать в относительной безопасности.

– Она достойная наследница своего Дома и Эриды. Одним своим существованием встала во главе раздора между всеми, – заговорил знакомый голос.

Все, кроме Руфуса, обернулись к новому участнику ссоры. Гипнос стоял напротив мойр, которые с откровенной неприязнью смотрели на меня. Я вздёрнула окровавленный подбородок, отвечая им с неменьшей ненавистью. После того, что сделали с Сиршей, я буду не просто ошибкой в их плане, а стану костью в их горле.

– Всё происходящее уже переходит границы, хотя мы ещё не добрались до кульминации.

Дардан Хилл уверенно шагал по разломанным мраморным кускам, чужой крови и чёрному пламени. Призрачный огонь его никак не трогал. Чёрный костюм и белая рубашка оставались безупречно чистыми и выглаженными, хотя в своём наряде он выглядел странно на фоне палагейцев и даориев. Дардан с вальяжной расслабленностью встал плечом к плечу с Гипносом и посмотрел на мойр.

– Лучше отойди и не вмешивайся в дела, которые людей не касаются! – приказал царь Земли, пока другие главы Кланов пытались остановить кровотечение в плече Мелая, который с ненавистью смотрел на меня. Моя смерть теперь точно цель его жизни.

Дардан сухо усмехнулся и провёл по лицу ладонью, сбросив старую личину. Произошедшее лишило меня способности удивляться. Жнец – персонаж моих кошмаров – ожил, или, точнее, всегда был рядом, а я сама пребывала среди обмана.

– Я Морос. Брат Гипноса и один из троих покровителей Палагеды. Давно не виделись, сёстры, – обратился он к мойрам, и те снова распрямили спины. Их явно застали врасплох, но богини из-за немоты были не в самом выигрышном положении для ответа. – Глядя на то, что вы натворили, мы с братом решили вернуться.

Зал наполнился взволнованным молчанием. Я забывала моргать, видя, как мужчина из моих воспоминаний разговаривает голосом Дардана Хилла.

Морос. Подводящий к гибели.

Я моргнула, переводя внимание на Руфуса и пытаясь осознать, кажется, самую очевидную разгадку.

Гипнос. Безмолвный сон.

– Но где же наш старший брат – Танатос? Спросите вы, – скупо передразнил Дардан, бросив взгляд на куски мрамора под ногами. Он поморщился, расстегнул пуговицу на шикарном пиджаке и носком начищенной туфли освободил место от крошки, чтобы стоять было удобнее.

Танатос. Мирная смерть.

– Он умер тысячи лет назад от взрыва на Переправе вместе с женой Гипноса и тремя его сыновьями: Морфеем, Фобетором и Фантасом, – невозмутимо ответил на свой же вопрос Морос, он говорил достаточно громко, чтобы слышали все, но при этом напрямую обращался только к мойрам.

Отец.

Кто такой Камаэль?

Я не успела взглянуть на Кая, потому что Морос продолжил:

– От взрыва, устроенного вами, дражайшие сёстры, – напомнил он и расслабленно повёл плечами, пока лицо стоящего рядом Гипноса застыло бездушной маской. – После всех ваших манипуляций мы с братом решили, что пришло время для начала сравнять счёт.

Не дожидаясь ответа, Морос достал пистолет из-под пиджака и без предупреждения выстрелил в лоб стоящей напротив Лахесис.

Я всем телом вздрогнула от залпа. Не веря в происходящее, уставилась на удивлённое лицо средней по старшинству мойры. Пуля прошла через лоб и разорвала затылок.

– Двое на двое, – хладнокровно подытожил Морос.

В гробовой тишине тело Лахесис рухнуло на пол, кровь стремительно расползлась, пока недоверие на лице Клото и Атропос сменилось неприкрытым ужасом. Их рты широко раскрылись, а былая красота лиц исказилась гримасами горя и гнева.

– Ах да, ваши обещанные голоса, – с притворным сожалением вспомнил Руфус и щёлкнул пальцами.

Две оставшиеся мойры пронзительно завопили.

Первую секунду скорбный вой богинь показался просто неприятным, но спустя мгновения стал оглушающим и мучительным. Стёкла в окнах пошли трещинами, воздух загудел, многие начали падать на колени, рыдая и закрывая уши руками. Мои ноги ослабли, я тоже зажала уши ладонями, стараясь уменьшить давление, но боль была невыносимой. Только Руфус и Морос глядели на сестёр с полным безразличием, Кай рядом поморщился и согнулся, едва не выронив своё копьё. Чёрное, как и его рельефный круглый щит.

Кто ты такой?

Мои губы задвигались, когда Кай взглянул в мою сторону. Он понял вопрос, но не отреагировал. Стены дрожали от непрекращающегося крика богинь, мрамор под ногами лопался, разламываясь на части, но самым уязвимым оказался потолок. Несколько кусков обрушились, и боль от воя не могла предотвратить панику. Все бросились врассыпную, началась суматоха.

Атропос голыми руками набросилась на Дардана, который выглядел как Жнец и назвался Моросом. Руфус принял на себя шквал настоящего пламени от царя Огня. Если бы могла, я бы вскрикнула при виде окатившей Гипноса стихии, но собственный голос мне не подчинялся. До боли распахнутыми глазами я смотрела, как пожар скрыл Руфуса. Однако спустя миг оранжево-красный огонь почернел и рассыпался на пол пеплом, не оставив на Гипносе ни единого ожога.

Дардан трижды уклонился от атак Атропос, а после опрокинул сестру на пол. Падение было настолько мощным, что старшая мойра оставила вмятину в мраморе. Обычный человек остался бы там лежать в крови, переломанный, как старая кукла, но богиня, изрыгая проклятия, встала с малочисленными ссадинами, а её платье лишь местами покрылось каменной пылью.

Гипнос расслабленным взмахом руки вернул почерневший поток пламени царю Огня и ещё двоим главам других Кланов, которые намеревались присоединиться.

Один из кусков лепнины рухнул мне на плечо, задев голову, и я упала, а очнулась уже на полу вновь от звона щита Кая прямо надо мной. Тот отбросил Мелая с мечом подальше и сдержал атаки огненных близнецов.

Пол раскачивался, меня мутило от шума и боли в голове. Всё вокруг расплывалось, а дышать стало тяжело от гари, каменной пыли и пепла в воздухе. Я едва удерживала остатки еды в желудке от запаха горящей плоти.

Одни дрались, другие вопили от страха, а кто-то, как Лахесис и Сирша, были мертвы. Тело моей подруги больше не висело на металлических копьях. Металл опять стал жидким и рухнул на пол, а Сирша оказалась погребена под двумя чужими телами. Я нашла её по прядям розовых волос. Чуть в стороне Мейв и Элион с гримасой ужаса старались оттащить Иво с изуродованным лицом. Какой-то даорий схватил Мейв за волосы, и, прежде чем Элион успел что-либо сделать, ей быстрым движением перерезали горло.

Всё вокруг замедлилось, приглушённые звуки растягивались, искажённые неверно текущим временем. Я не вставала на ноги, не видя спасения из эпицентра развернувшегося кошмара. Хрупкая Клото продолжала выть от горя, таща тело Лахесис к одной из дверей. Атропос до крови расцарапала лицо Моросу, Руфус с полным безразличием, словно полую скорлупу, сдавил пальцами голову одному из царей. Лицо даория превратилось в месиво, сделав его неузнаваемым. Среди всего я слышала, как не переставая плакала сивилла. Кай выполнил обещание и проткнул Троя копьём. Тот дёргался в предсмертных судорогах, пока Лисандр валялся без сознания у него под ногами.

Я открыла рот, чтобы закричать, когда обезумевший от гнева Микель набросился на Кая сзади. Теневой отбился щитом, но тот, поддавшись силе лучезарного из Клана Металлов, покорёжился и тисками сдавил предплечье Кая, ломая руку в локте. Кай захрипел от боли, смог отвести лишь три атаки и пропустил приближение Мелая, который со спины отрубил Каю голову.