– Будет ещё несколько, но они просто прикрытие. На мероприятие мы прибудем порознь, поэтому сохраняй вид, что ты с ними незнакома, – продолжал вводить в курс дела Кай, пока у меня кружилась голова от потока информации. – Если же ты почувствуешь опасность, то подходи к любому из нас.

Мейв и Авила держались друг от друга на расстоянии, но закопали былую вражду хотя бы на этот вечер.

– Где Микель? Он ведь присматривает за Сиршей? – спросила я у Авилы.

– Да. Не волнуйся, он от неё не отходит, как и обещал, – насыщенно-красные волосы девушки были убраны в элегантную причёску, и несмотря на низкий рост, она стала казаться старше.

Я выдавила благодарную улыбку.

– Элион, отвези их. Иво, заведи машину, мы с Кассией спустимся через пару минут.

Я не ощутила, как рухнула в бездну прострации, пока гости покидали квартиру, а Кай успел отойти и вернуться.

– Выпей, твой страх слишком заметен, – приказал он, протягивая полрюмки коньяка.

Я скривилась от запаха, но сделала, что велено. Алкоголь обжёг горло. Потом я надела предложенное чёрное пальто и с недовольством посмотрела на протянутую мне сверкающую сумочку. Судя по размерам, туда едва влезет хоть что-то.

– Пушку вы мне, значит, не дадите, – буркнула я, найдя в клатче лишь свой телефон, пачку денег и помаду.

Кай усмехнулся, а его взгляд хоть немного потеплел.

– Ты должна изображать богатую провинциальную дурочку, впервые удостоившуюся чести побывать на элитной вечеринке Санкт-Данама. Такие пушки не носят. – Кай подтолкнул меня к подъехавшему лифту и нажал на кнопку первого этажа.

Как только двери закрылись, оставив нас в замкнутом пространстве, он взял мою руку и положил себе на грудь. Я оторопело уставилась на собственную ладонь. Он сместил её, проведя по плечу и вниз по торсу, дав ощутить приятную ткань пиджака, портупею и «Беретту» в кобуре.

– Но, если тебе понадобится пистолет, можешь одолжить мой, – до дрожи глубоким голосом добавил он.

Иво вёз нас в полной тишине. Кай сел со мной на заднее сиденье, притворяясь, что мы пользуемся услугами личного ассистента. Иво полностью сосредоточился на дороге. Кай смотрел в своё окно, а я в своё. Путь занял больше часа из-за пробок, мы проехали компанию Дардана Хилла и мой университет, отправляясь дальше на северо-восток в соседний элитный район.

– Это же театр, – пробормотала я, когда Иво встал в очередь из машин, подъезжающих к парадному входу.

– Верно, – согласился Кай. – Но сегодня нет представлений, а нужное нам мероприятие в местном зале для балов.

– Мы собрались на бал?!

– На бал-маскарад, – поправил Кай, передавая мне чёрную маску.

Та переливалась шёлком и кружевом и едва скрывала что-то, скорее была аксессуаром на празднике. Мне пришлось развернуться, чтобы Кай помог её закрепить, пряча завязки под волосами. Когда я вновь обернулась, у него в руках была ещё одна маска, но мужская. Более грубой и простой формы, украшенная то ли железом, то ли сталью.

– Ты действительно её наденешь?

– Да, – спокойно ответил он, но распознал тревогу в моём голосе. – Это наш металл. Микель помог сделать. Поэтому на мне он не оставит следов, а видя подобное украшение, присутствующие тем более не станут подозревать, что я палагеец.

– Как часто этим способом вы обманываете людей?

– Я редко хожу на такие вечеринки.

В голосе Кая был неприкрытый смешок, на что я нахмурилась, всем видом демонстрируя недовольство его ответом. Он прекрасно знал, что мой вопрос был не об этом. Кай закрепил маску, некоторые металлические завитки действительно касались его щёк и носа. Не подумав, я протянула руку, чтобы немного сдвинуть его маску и взглянуть, остаются ли отметины на коже. Кай застыл, а я запоздало поняла, что прикасаюсь к его лицу, поэтому торопливо отдёрнула ладонь.

– Нечасто, – правдиво ответил он. – Пронос наших металлов в ваш мир строго контролируется. Выбрасывать наш металл при порче нельзя. Нужно отправить на утилизацию в Палагеду. При нарушении наказание весьма строгое.

– Но твой пистолет…

– На это архонты закрыли глаза, так как этим пистолетом я предотвратил множество проблем, которыми на самом деле должны заниматься они сами или члены их семей.

– А маска и меч Микеля?

– Скорее всего, меч тоже с позволения его царя, а вот металл для маски – контрабанда. Хотя тут материала на одну чайную ложку, но всё равно сохрани это знание в секрете.

Машина затормозила у входа, Кай вышел первым. Он взмахом руки остановил подошедшего встречающего лакея: Иво сам припаркует автомобиль. Кай открыл дверь с моей стороны и подал руку.

– Всё будет хорошо, – бросил мне Иво, и я выдавила улыбку, не желая его тревожить.

Мне стало чуть легче. То ли у страха есть срок и он рассеялся за длительную поездку, то ли коньяк хоть немного, но подействовал.

Снаружи холодный ветер немилосердно дёргал полы пальто, и я обхватила себя руками, надеясь не шибко замёрзнуть на коротком отрезке пути ко входу. Кай обнял меня за плечи, прикрыв от порывов ветра, и я благодарно прижалась к его боку. Я лишь мельком оценила фасад в стиле лаконичного классицизма. Портик с восемью массивными колоннами, широкая мраморная лестница, фриз с орнаментом и скульптуры с изображениями муз и других персонажей античной мифологии.

В истории людей, незадолго до открытия проходов начался период веры исключительно в Единого Бога, тогда все древние образы многочисленных богов и героев отмели, приписав к вымышленным. Однако, наладив сотрудничество с Палагедой и Даорией, выяснили, что большинство из них были настоящими и существовали в действительности, просто в другой реальности. Людям же эти образы привиделись в снах. До сих пор изучалась теория, что некоторые из нашего народа более тонко ощущали грани миров: в ночных грёзах они попадали на Переправу и именно там встречали героев античного эпоса.

Музы были детьми богов второго поколения. Мойры же, Танатос, Гипнос и прочие считаются божествами первого поколения. С одной стороны, удивляло, что на нашей архитектуре чужие покровители, но с другой стороны, их образы – часть и нашей древней культуры. Разве что люди впоследствии назвали их выдуманными, когда для палагейцев и даориев они всегда были более чем реальны.

Я моргнула, оказавшись перед массивными дверьми. Тряхнула головой, избавляясь от отвлекающих мыслей, и зашла вместе с Каем. Внешний строгий классицизм сменил утончённый, но в то же время торжественный ампир с обилием деталей. Всё внутри кричало роскошью и великолепием. Человеку с таким достатком, как у меня, в этот театр невозможно приобрести билет.

Подоспевшие лакеи приняли у нас верхнюю одежду и указали направление, куда идти. Вместе с ещё несколькими гостями мы обогнули парадную лестницу с красным ковром и мраморными перилами. Скорее всего, та вела к театральной сцене. Нас же позвали в бальный зал.

Чем дальше мы углублялись в здание по длинному коридору, тем больше гостей встречали. Те в дизайнерских платьях и стильных костюмах с масками на лицах пили шампанское. Общались, разглядывая фрукты на столах, а официанты бесшумно скользили между гостями, мастерски удерживая подносы с закусками и напитками.

Кай подозвал одного из них и передал мне шампанское, скорее чтобы я просто подержала в руках, но за несколько глотков я осушила бокал. К счастью, содержимого там было мало, но Кай с самого начала был прав. Мне необходима раскрепощённость. Нужно сыграть дурочку, впервые очутившуюся среди элиты мегаполиса. Второе и так правда, да и первое не должно быть таким уж сложным. Главное перестать гадать, у кого под мышкой оружие и кто как разбогател: за счёт своей семьи и таланта или из-за связи с криминалом.

От коридора шли ответвления в другие залы: некоторые были просторными, остальные напоминали кабинеты, но люди собирались и там, что-то обсуждая.

Так как это не вредило моей легенде, я с интересом разглядывала дорогие ковры и паркет со сложным рисунком, меняющийся на мраморную мозаику в некоторых помещениях. Фактурные обои красных или насыщенно бордовых тонов имитировали ткань. Громоздкая мебель из редких пород дерева, диваны, обитые роскошной парчой, и среди всего этого позолоченные акценты в виде украшений, статуэток, ваз или зеркал в массивных рамах. Какой-то мужчина случайно толкнул Кая, извинился и завёл с ним незначительную беседу. Я задержала внимание на одном из своих отражений.