Иво достал стопку документов и начал выкладывать по листу перед носом Элиона.

– Взгляни на подпись Веги. Это её обычная подпись, и это, и это. – Скреплённые договора шлёпались один на другой. Подпись как подпись. – А это Вега подписала в день нападения на Кассию и Кая. Она зашла к нам, и я попросил поставить пропущенную подпись. Уже тогда я почувствовал что-то странное, но не придал значения.

Иво положил другой документ рядом. Элион со всей внимательностью на него взглянул, пытаясь понять, что не так.

– Они одинаковые, – сдался он, Иво опять вздохнул. – Слушай, я не силён в графологии…

– Наклон, – оборвал его Иво. – И дуги не совсем натуральные. Вега левша, верно?

– Ага. С детства.

– Естественное движение левши от правого края к левому. Взгляни на нажим, наклон, динамику. Это очень хорошая, годами натренированная подделка. – Иво ткнул в последний документ. – И самое главное, что я был прямо рядом с Вегой и, возможно, застал её врасплох просьбой о подписи. Я своими глазами видел, что она подписывала документ правой рукой. Ещё раз взгляни на видео. – Иво вновь включил запись с видеокамеры. – Удары. Посмотри, какая рука ведущая.

– Правая. – Элион оцепенел, теперь уже жадно вглядываясь в изображение.

– Ты бился с правшой, на Кая и Кассию напала правша, я на своей машине подвёз правшу.

Иво буквально чеканил каждую фразу, будто надеялся вдолбить какой-то неоспоримый факт в голову друга. Элион не скрывал испуга, и выражение лица Иво смягчилось.

– Что это значит? – едва шевеля губами, уточнил Элион, боясь собственной догадки.

– Я думаю, это не Вега.

Сердце Элиона лихорадочно забилось, он невольно мотнул головой. Это была Вега. Абсолютно точно была Вега, ведь…

– Она говорила, что не осознаёт себя в приступах. Это как-то связано с сознанием. Может…

– Элион, – твёрдо позвал Иво, заставив умолкнуть. – После произошедшего на тебе лица нет. Ты не спишь, не ешь и практически не пьёшь. Понимаю, что мозги у тебя в кашу, но внимательно смотри на меня. – Элион подчинился, в немом оцепенении уставившись на Иво, который попытался выдавить слабую улыбку. – Это не Вега. Буквально.

– Насколько буквально?

– Это нам нужно узнать.

Мобильник Иво завибрировал, он заметно напрягся, увидев что-то на экране, и не сразу показал Элиону. Там было сообщение с координатами.

– А вот и наш шанс.

– Что это?

– Я взломал её облачное хранилище, и любой аппарат должен был среагировать при включении. Заработал её планшет, – бормотал Иво, сверяясь с картой. – Она за чертой города, где-то на нашей же фабрике.

«Где Вегой были убиты помощники Лино».

Озвучивать мысль Элион не стал, поглощённый идеей Иво. Пока он не понимал, как это возможно, и даже боялся до конца верить надежде друга, но раз им необходимо выяснить, насколько буквально это не Вега, то какой-то шанс есть.

– Поехали. Кассии ни слова. Разберёмся сами, – предложил Иво, и Элион кивнул, встав на ноги.

В лифте они молчали, каждый погружённый в свои мысли. Элион с недоумением осознал, что день прошёл и уже давно стемнело.

– Моя машина в секции A, Кая в D, – подсказал Иво, отдав ключи от машины Кая. – Если это ловушка, то лучше разделиться. Один из нас сможет остаться в качестве подмоги.

– Согласен.

– Моя машина ближе, я поеду первым, а ты нагоняй. Маршрут я тебе скину.

Элион хотел поблагодарить Иво, но когда очнулся, тот уже ушёл. Он всё равно не знал, как передать признательность за ту поддержку, которую друг явно хотел ему оказать. Он мог просто обвинить Вегу и помочь Элиону найти её, но вместо этого искал зацепки, чтобы опровергнуть её вину, несмотря на всё произошедшее.

Элион действительно почти не спал и не ел, а от новой информации он испытал опустошающее облегчение и в машину сел измотанным. Возможно, гори в нём тот же самый разрушительный гнев, он бы почувствовал неладное до того, как чужая рука обвилась вокруг шеи, а кожи коснулось острое лезвие ножа.

Мрак в голове рассеивался, стремительно выталкивая её на поверхность. С возвращением сознания навалилась головная боль. Вега хрипло застонала, сдавив пульсирующий череп руками. Очень медленно звон в ушах прошёл, и, оттолкнувшись от холодного пола, Вега заставила себя сесть. От одного простого движения мир завертелся. Пришлось замереть, пока сбившееся от тошноты дыхание не выровнялось. Вега сморщила нос, сперва ощутив запах пыли, металла и сухой грязи. Не сразу сообразила, что её зрение и не обретёт большую чёткость из-за стоящего мрака.

Где она?

Попытка двинуться сопровождалась звоном. Вега потрогала руки, на одной был наручник. Она торопливо ощупала длинную цепь, которая вела к решётке. Второй наручник был прикреплён к прутьям. Металл лишь местами жёг кожу: специальное покрытие кое-где сошло. Но спина покрылась мурашками от осознания, что вся клетка предназначалась для таких, как она.

Схватившись за решётку, Вега неуверенно встала на ноги. Колени подгибались, тело озябло. Сколько она пролежала на холодном полу? Взгляд скользнул вверх, где был хоть какой-то свет: бледные искусственные лучи наружных фонарей пробивались сквозь окна в вышине. Судя по всему, вечер или ночь. Она пришла к Маттео на рассвете. В животе заныло от голода. Сколько она провела в отключке? День? Два?

Вега сжала голову руками, и воспоминания нахлынули потоком. Она напала на друзей Элиона, Маттео сказал, что она колола себе неясную дрянь, позвал проверить. Она была в раздрае, хотела попросить запереть её. Вега растерянно ощупала наручник на запястье. Маттео обо всём узнал и без просьбы решил её запереть? Он усыпил её. Вега помнила укол.

«Мне очень жаль, дорогая. Обещаю, что найду выход».

Вегу передёрнуло от дурного предчувствия. Почему он запер её непонятно где? В какой-то огромной клетке? Это склад или ангар? Что, если она проснулась и напала на Маттео? Может, он пытался ей помочь, а она в какой-то момент очнулась под приступом грёзовой хвори и запереть её здесь стало вынужденной мерой?

Вега хотела закричать, позвать Маттео, но страх и жажда сковывали горло, и получился разве что сдавленный хрип. Она ощупала себя: на ней всё так же была одежда Тианны – толстовка и джинсы. Только кепка куда-то пропала.

Сердце подскочило от испуга, когда со всех сторон завопила пронзительная сирена. Вега до побелевших пальцев схватилась за решётку. Зажмурилась, когда внезапно вспыхнули лампы зарева и, слепя, озарили огромный ангар. Вега присела на корточки, зажала уши от боли. Сирена издала мучительный вой ещё семь раз, прежде чем заткнуться. Резко вернувшаяся тишина теперь тревожно гудела. Но если сирена умолкла, то свет остался включённым. Вега заморгала, пытаясь привыкнуть к перемене, и огляделась. Это действительно просторный ангар, а она заперта в клетке – огромной, способной вместить пару десятков заключённых. У Веги сдавило горло от дурноты. Она знала такую. Уже бывала в ней. Сердце лихорадочно пустилось вскачь: она была не одна. С другого конца медленно, как после отключки, кто-то заворочался под грязным пледом.

– Макей? – едва слышно позвала Вега, узнав друга со спины. Облегчение заставило ноги подкоситься, и Вега побоялась даже к нему подойти – нужно было пересечь всю клетку. – Макей! – увереннее позвала она, когда он застыл в скрюченной позе, будто всё никак не мог проснуться.

Он услышал. Широкая спина распрямилась, и он обернулся. Вега ахнула, увидев разбитое лицо: один глаз почти заплыл, нос определённо был сломан, но в основном кровь была старой, засохшей. Его рубашка была перепачкана.

– Макей, что случилось? Где ты пропадал? Я так волновалась! Кто это сделал? – Затараторив, Вега рванула к нему, но, преодолев половину, едва не упала, позабыв о цепи и наручнике. Она раздражённо дёрнула её, но разорвать сил не хватало. Она скорее сломает себе запястье, чем избавится от пут. – Макей? – робко окликнула Вега, когда друг не отреагировал. Он вроде смотрел на неё, но не узнавал. Лицо оставалось хмурым, во взгляде сквозило раздражение. – Это я, Вега. Пожалуйста, поговори со мной. Ты понимаешь, где мы?