Её копия перестала быть иллюзией.

– Теперь она настоящая, – пояснила Кассия. – У неё работают лёгкие, кровь бежит по венам, сердце бьётся. Она настоящая, но не живая.

– То есть? – вырвалось у Элиона.

– Это значит, что я могу создать оболочку, а не душу. – В руке Кассии появился иллюзорный кинжал, который, не моргнув и глазом, она хладнокровно воткнула в горло своему двойнику.

Элион, Кай и Иво вздрогнули одновременно, когда кровь обильно полилась из раны, двойник испуганно округлил глаза, руки поднялись в попытке зажать рану, словно она могла бороться за собственную жизнь, но её ноги быстро ослабли, и она осела на траву.

Кассия даже не опустила взгляда, от чего Элиона невольно передёрнуло. Они были так пугающе похожи, что его сердце зашлось в рваном ритме, будто не могло осознать, что это не Кас сейчас умерла. Рядом Кай тоже заметно побледнел.

– Ещё в конце прошлого года я поняла, что наши шансы выполнить контракт Элиона могут быстро растаять, и придумала план Б, на непредвиденный случай, – наконец заговорила Кассия. – После травмы Иво у меня была идея создать ему настоящий глаз. С наручами Фантаса я это могу, но мои знания в анатомии были посредственные, а тело немыслимо сложное. Но я начала изучать тему ещё годы назад, а перешла к усиленным тренировкам после возвращения Элиона. Я изучила сотни книг, запоминая всё что можно по анатомии, структуре мозга, нервной системе, работе внутренних органов. Я провела сотни часов с врачами Дардана, присутствуя на операциях и вскрытиях.

Элион потёр ладонью лоб, вспомнив, сколько раз Кассия валилась с ног, её непроходящие синяки под глазами, она сутками сидела в своём кабинете, куда никому не позволяла заходить. Элион думал, что она ищет информацию о том, как выследить избежавшего гибели, а оказалось, она изучала строение тела.

– Но, несмотря на все старания, мне не создать тело с нуля. Для такого мне недостаёт божественных сил, понимания и опыта. Однако… – призналась Кассия и выдержала гнетущую паузу. – Я помню, как мы с Гипносом создавали асфоделусы для лекарств Кая. Тогда Гипнос, будучи богом, сотворил иллюзии цветов, зная, какими они должны быть. Моя задача была лишь сделать уже сотворённое им… плотным. Реальным. То есть я не создавала, а, скорее, связывала и уплотняла то, что сделал он. Другими словами, мне нужна уже идеально выверенная проекция, из которой наручи Фантаса помогут сформировать тело. За помощью я обратилась к Весте. Она опытнее и кровная дочь бога, поэтому я рассказала ей о своём плане. Она создавала мою копию, а я тренировалась делать её реальной раз за разом: сотни экземпляров. А когда они начали выглядеть удовлетворительными, мы передавали их Моросу на вскрытие, чтобы определить, насколько качественно я проделала работу, не испортила ли органы и структуру первоначальной иллюзии, сделанной Вестой, и всё ли работает правильно.

– Вскрытие? – Теперь это вырвалось у Кая, когда все головы повернулись к Моросу, который скривился в гримасе, сложив руки на груди.

– Не смотри на меня так, Камаэль. Изначально я был против. Идея сумасшедшая. Поэтому вам никто не говорил, так как план буквально нереалистичен, но потом они с Вестой начали приносить мне её тела. Её! И сказали препарировать! – Морос разгневанно ткнул пальцем в Кассию, которая и бровью не повела. – Двадцать четыре долбаных раза. Десять из которых она привозила дубликат живой, чтобы я её умертвил после всех исследований. Проклятье, – выругался Морос, его эмоции вырвались наружу. – Я, подводящий к гибели, и знал бы ты, сколько раз мне в середине операции начинало мерещиться, что я их перепутал. Перепутал настоящую Кассию с дубликатом. Мне казалось, что я убиваю настоящую. Двадцать четыре раза она заставила меня копаться в её внутренностях и вытаскивать её мозги из черепной коробки, разбирать по кусочкам!

Впервые на лице Кас появилось сожаление, но так же быстро исчезло, когда Веста подала сигнал. Время на исходе.

– Извини, Морос. Но, кроме тебя и Гелиона, вариантов у меня не было.

Молчавший до этого Гелион ответил на осуждающие взгляды постной миной, но рта не раскрыл.

– Ругаться будете потом. Самое главное, что у меня получилось, – напомнила Кассия. – Последние четыре экземпляра были качественно воплощённые, без искажения основы. Вот мой план Б. Я не способна создать душу или тело из ничего, но у Элиона есть душа и чёткий образ, есть нужная, точно выполненная основа. Всё, что осталось, – правильно придать ему целостность и сделать настоящим взамен похороненного. Если он всё равно намерен отдать перстень Веге, то я лучше попробую план Б, чем оставлю всё как есть. Веста, Пандея, Морос и Гелион поддержали идею. Остались вы. Это сложно. Скорее всего самое сложное, что я когда-либо делала, и мне… мне нужна поддержка всех. – Решительный голос Кассии впервые дрогнул.

– Я правда решил, что она выдумала глупости, придя с этой идеей, брат, – бросил Морос Гипносу, который не моргая смотрел на мёртвую копию Кассии на траве. – Но мы забыли об одном. Она Фантас, а его идеи всегда выходили за грань воображения, но в то же время были реальны. Он просто думал по-другому, и этот талант передался и Кассии.

Взгляд Гипноса смягчился, но стал печальным, когда он посмотрел на стоящую Кассию.

– Это поколение моих детей решило попрать абсолютно все правила судьбы. Я согласен.

– И я, – поддержал Иво. – В данном случае у Кас хотя бы есть план.

Кассия выдохнула, уголки губ дрогнули, когда она взглянула на Кая и Элиона.

– Малышка, мне приятно, что ты настолько хочешь мне помочь, но ты уверена, что…

– Уверена, – перебила она, и Элион сдался, кивнув.

– Для чего здесь монитор пациента? – спросил Кай, глядя на медицинское оборудование, привезённое Гелионом; рядом было несколько медицинских сумок. Переносной дефибриллятор особенно настораживал.

– Процесс не безболезненный, – призналась Кассия.

– Гелион, – требовательно позвал Кай, недовольный её ответом.

– Процесс не лишён рисков. Её наручи сильно нагреваются при переформировании иллюзий. Кассия испытывает боль, температура тела подскакивает, начинается усиленное сердцебиение, одышка, критически поднимается давление. Аппарат для контроля.

Кай молчаливо вынес озвученный список. Элион мысленно уже запретил Кассии о таком даже думать, но промолчал, потому что финальное решение теперь за Каем.

– Насколько это болезненно, совёнок? – мягче спросил он.

– Менее болезненно, чем разрешить Элиону снова уйти.

– Тогда, что бы я ни сказал, мне тебя не отговорить, – неожиданно спокойно отреагировал Кай.

На губах Кас вновь появилась улыбка.

– Нет, не отговорить.

Вот же дерьмо.

– Начинаем, – велел Морос, глянув на наручные часы.

Убийство сестры, собственная смерть, возвращение, тело, распадающееся на куски, Пандея Лазарис, превратившаяся в чудовище, и немыслимая скорость, которую она набрала, неся Вегу на руках, пока мчалась по Санкт-Данаму. Онир нёсся нереально быстро, превратившись в смазанную тень. Он бежал прямо по проезжей части, лавируя между редкими машинами. Некоторые водители не успевали их заметить, пока другие в испуге сигналили, ударяя по тормозам. Но все резкие звуки вмиг оставались позади.

Переправа, боги и их дети. И даже это не шокировало Вегу так, как озвученный Кассией план: она заявила, что создаст Элиону тело, которое не будет распадаться. Однако и план был шаткий – остальные соглашались скорее от безысходности.

– Начинаем, – велел Дардан, который оказался Моросом – братом самого Гипноса.

Все пришли в движение. Веста отправила Пандею и Иво в дом за ещё какой-то сумкой. Гелион и Кай начали цеплять на Кассию датчики для отслеживания жизненных показателей.

– Элион, раздевайся. Можешь оставить трусы и брюки, но от всего остального, включая обувь, носки и ремень, избавься, – велела Кас.

Он без каких-либо пререканий принялся стягивать лишнюю одежду. Вега сильнее сжала распадающиеся пальцы. Смотреть на процесс было жутко, но хотя бы не больно. Однако всё тело покрылось холодным потом от осознания, что Элион снимет кольцо. Каков шанс, что план Кассии удастся?