– Десерт готов, – бросила она и торопливо направилась на кухню.

По спине не переставали бегать мурашки от тихого смеха Элиона, который продолжал успокаивающе звучать в голове. Сегодняшнее утро стало одним из худших в её жизни, но неуместное чувство юмора и наигранное легкомыслие Элиона создали ощущение, будто кошмар случился несколько дней назад.

В благодарность за помощь она сама приготовила печёные яблоки с мёдом и сушёным гранатом – в юношестве она всегда готовила их Элиону, когда он приходил к ней домой, а случалось это часто.

За едой они повспоминали прошлое, поговорили о школьных годах и даже о том, как Элион дважды применил к ней своё влияние, чтобы заставить от голода есть еду руками.

– Только попробуй повторить это сейчас, и я засуну твою голову в раковину! – пригрозила Вега, едва сдерживая смех, пока Элион хохотал. Спустя годы все воспоминания казались счастливыми.

Стоило стемнеть, и Вегу начало сильно клонить в сон от пережитого и усталости. Элион ни в чём за весь день её не упрекнул, ни за что не отругал, но стоило ей выдвинуть ящик с инъекциями, как он категорично его захлопнул, не дав ей взять шприц.

– Нет.

– Оно поможет…

– Это не лекарство, Вега. – Он не убирал руки с захлопнутого ящика, давая понять, что уступать не намерен.

Волну возмущения и желания напомнить, что он ей не брат и не начальник, чтобы запрещать, она подавила, зная, что это несправедливо. Он был добр и заботлив, но подавить страх было сложно.

– Я боюсь навредить кому-нибудь, но причинить боль тебе… я не то что не смогу себе этого простить, я не сумею это пережить. – От её ранимого признания взгляд Элиона смягчился. Она поняла, насколько панически сбилось её дыхание, а тело сковало напряжение, лишь когда Элион с силой прижал её к себе, заставив отцепиться от ящика с инъекциями.

– Я ношу перстень Танатоса, пчёлка. Навредить мне сейчас очень сложно. – Его легкомысленное отношение к себе не успокаивало, она попыталась упереться ему ладонями в грудь, но Элион не дал себя оттолкнуть. – Ты должна научиться спать. Сама. Нормальное количество часов и без препаратов. Позволь мне, просто дай тебе помочь, пчёлка.

Вега тяжело задышала в его объятиях, зажмурилась, прогоняя с языка все резкие слова и недоверие. Она прикусила щёку изнутри, сдерживая все те оправдания, отрицания и аргументы, которыми бросалась в Маттео после многих лет неудач. Годы. Она годами пыталась справиться со своим страхом сна, но всё заканчивалось лишь изнеможением и обмороками, именно поэтому Маттео разработал для неё стимуляторы и блокатор сновидений. Всё работало. Она жила. На препаратах, но жила и никому не вредила. Она хотела вернуться к этому – может, и неправильному – способу, обману, а не лечению, но за прошедшие годы ничего лучше она не нашла.

Вега ахнула и вцепилась в плечи Элиона, когда он без особых усилий подхватил её на руки и понёс в спальню. Язык онемел, Элион без лишних раздумий уложил её на кровать. Вега пришла в себя и начала сопротивляться, когда он намеревался укутать её в одеяло, как маленькую. От одного прикосновения к чистому постельному белью её потянуло в сон, не только веки налились свинцом, но и всё тело, поэтому боролась она отчаяннее, перепуганная предстоящим забытьём. Она почти выбралась из мягкого плена, но Элион вновь без особого труда схватил её за талию и вернул на место.

– Впервые вижу, чтобы взрослый человек отказывался от возможности поспать, – причитал он, борясь с её попытками сбежать из-под одеяла. – Мы уже не так молоды, пчёлка, а здоровый сон – залог здоровья. Не упрямься.

– Нет, хватит. Отпусти!

Чем сильнее она барахталась, тем больше путалась в покрывале. Всё закончилось за одно мгновение: Элион рухнул рядом и сгрёб её в охапку, прижав спиной к своей груди. Он даже закинул на неё ногу, не давая двигаться.

– Я обещаю, что не сомкну глаз. – Его дыхание согрело, она чувствовала его губы на своей шее, и это ощущение разморило ещё сильнее, а в горле пересохло, когда он провёл носом по коже. Волосы после еды она собрала в две косички, и густые кудри не мешали Элиону губами касаться её позвонков. – Договорились?

– Нет, – хрипло ответила она и торопливо сглотнула, смягчая тон. – Не совсем. Ещё кое-что.

– Что?

– Дай мне встать.

– Ты не…

– Я не стану ничего принимать, зная, что ты упрямый баран. Если ты что-то решил, то переубедить невозможно, – проворчала она. – Я просто… кое-что сделаю.

Не сразу, но он выпустил её из объятий, похоже заинтригованный. Вега с трудом распутала ткань в ногах и выбралась из кровати. Элион следил за её передвижением в полумраке спальни особенно пристально, поэтому вдвойне неловко было доставать наручники. Его глаза блестели, вернулась лукавая улыбка, когда она положила ключ на тумбочку с его стороны кровати, а сама молча обошла с другой, привычным движением надела на себя один наручник и затянула, потом продела через металлический стержень, специально припаянный вдоль спинки кровати, и застегнула наручник на второй руке.

Повисла длинная пауза, приподнявшись на локте, Элион молчаливо осмотрел конструкцию, которую она доработала, чтобы иметь возможность себя пристёгивать.

– И как часто ты это делаешь? – Его тон был ровен и спокоен, ни насмешки, ни веселья, что даже расстроило, не позволив определить по голосу, что он думает об увиденном.

– Когда инъекции заканчиваются. Система несовершенная. На боку спать удобно, я протянула стержень по всей спинке, чтобы можно было ворочаться, но на спине или животе долго не поспишь. Руки закинуты вверх и затекают. – Вега продемонстрировала, как может двигать цепь, оставаясь прикованной к кровати.

– Это точно необходимо? Даже если ты нападёшь, я вполне способен за себя постоять. – В его голосе появилась мягкость. Он не насмехался, а просто считал её меры предосторожности излишними, но Вега категорично мотнула головой:

– Либо наручники, либо инъекция.

Элион раздражённо фыркнул и встал с кровати. Расположившаяся на боку Вега обернулась ровно в тот момент, когда он стягивал с себя футболку. Света с улицы хватило, чтобы она могла оценить его телосложение, но стоило ему взяться за ремень джинсов, и Вега торопливо отвернулась. Одного звука снимаемых штанов ей было достаточно, чтобы представить то, что очень понравилось её воображению.

Она зажмурилась, чувствуя, что Элион забрался под одеяло, укрыл её и устроился сзади, обвив руками. Она ощутила его сердцебиение и жар кожи спиной, подогнула ноги, чтобы ступнями коснуться его ног, и глубоко выдохнула. Она не помнила, чтобы когда-нибудь спала так с мужчиной. Большая часть её отношений – это близость на одну ночь, а после оргазма она вставала и уходила работать, привыкнув спать считаные часы.

Вегу окутало теплом и ароматом древесно-пряного парфюма Элиона. Напряжённые мышцы начали расслабляться. Голова блаженно опустела, позволив перестать бояться. Вега едва не застонала в голос, когда губы ласково коснулись позвонков на шее. По спине прошла волна мурашек, и она невольно поджала пальцы ног.

– Ты уверен, что… сможешь не спать? – хрипло спросила она, не в силах сосредоточиться на сне, когда каждая точка их соприкосновения, казалось, горела. Ладонь на её животе обжигала, хотя на Веге была футболка.

– Уверен. У меня нет и шанса уснуть, пока твоя чудесная задница прижимается к моему паху. – От горячего дыхания Элиона и улыбки, которую она чувствовала в его голосе, по всему телу Веги поползли мурашки. Ей не должна была нравиться его намеренная провокация, но теплу в груди и жару внизу живота было плевать на то, что думал мозг. Она попыталась отодвинуться от его паха, но стоило дёрнуться, как рука Элиона настойчиво вернула её на место и прижала ещё ближе. Его член тут же увеличился, а у Веги сердце забилось как сумасшедшее, разгоняя кровь.

Она задышала чаще, когда ладонь Элиона поползла по её телу вверх и легла на левую грудь, сосок под его рукой затвердел, но он явно проверял её сердцебиение.