Девушка вдруг усмехается, но так по-доброму и с юмором в глазах, что мне как-то сразу становится легче.

А потом до меня доходит! Это же она! Она была на той фотографии, она танцевала с тем мужчиной в чёрном костюме! Значит, это и есть Марк Давидович, тот самый монстр, про которого сплетничали, и его помощница!

— Давай свой отчёт, — протягивает руку. — Ничего, если я на ты? Я Ева!

— А я Аврора, — с облегчением улыбаюсь ей. — Конечно, да, давай на ты!

— Садись, — Ева кивает на кресло рядом со столом, открывает папку. — Так, уже сразу вижу проблему, — поджимает губы. — Сейчас сначала пробежимся по самому отчёту, если я правильно поняла, что у тебя здесь. А потом я тебе подскажу по требованиям именно Марка Давидовича.

Ева действительно быстро и чётко указывает на основные моменты, которые я упустила. Я быстро записываю себе то, что нужно сделать. Какое же удовольствие слушать человека, который говорит тебе конкретику, и всё по делу! Неудивительно, что она секретарь и помощник у руководителя такого высокого уровня! Мне до неё абсолютно точно далеко!

С другой стороны, я же никогда и не хотела быть секретарём или помощницей… да и вообще не люблю все эти финансы, бухгалтерию, отчёты и прочую скукотищу.

— Давай теперь подойди ко мне сюда, за стол, я тебе покажу на электронной версии документа!

Я киваю, встаю за спиной Евы, вглядываюсь в экран ноутбука.

— Смотри и запоминай, — она щёлкает мышкой, пока я быстро чиркаю себе информацию в заметках. — Форматирование, вот это. Полуторный интервал, шрифт только такой. Отступ делай обязательно. И столбцы в таблице должны быть выровнены строго по одному уровню. Глаз тогда не цепляется за неровности, это экономит время на просмотр.

— Серьёзно? — недоверчиво смотрю на документ, покачав головой. — Господи, да сколько тут сэкономить-то можно…

— Ну, знаешь. Три секунды на столбец в день превращаются в полчаса в месяц!

Голос Евы как-то меняется, в нём даже как будто проскальзывает… нежность? Я, не сдержавшись, закусываю губу, глядя на то, как у неё смягчается выражение глаз, даже лицо кажется другим. А она объективно очень красивая, думаю вдруг. Ни косметики, ничего, это не яркая красота, но какая-то очень… элегантная, настоящая. Мне даже на секунду становится немножко завидно. Видимо, танец — это действительно не просто так. Похоже, у них тут… любовь.

— Вот и всё, — заканчивает Ева. — На самом деле ничего такого сложного, Аврор. Просто запомнить. Единственное, за содержание я ответственность не несу, тут уж ты сама давай.

— Да я справлюсь, — вздохнув, качаю головой. — Наталья Петровна просто мне сказала совершенно не о том отчёте. Конечно, я чушь сюда полнейшую запихнула.

— Бывает, ошибиться могла, — тактично отвечает Ева.

— Ну да, ну да.

Смотрю, как она закрывает папку, и думаю… хотела бы я, чтобы меня предупредили? И тут же решаю: да, наверное, хотела бы. Поэтому, помедлив и снова отойдя за стол, так, чтобы быть напротив неё, начинаю негромко:

— Слушай, ты прости, что говорю это, я просто предупредить хотела. По компании слухи ходят о… тебе и твоём руководителе.

Она чуть улыбается, спокойно откидывается на спинку кресла, смотрит на меня.

— Вот как? Что за слухи?

— Ну, все обсуждают, что вы танцевали с ним… на том вечере. И он был без перчаток. Его в компании никто никогда не видел без перчаток. И ушли вы оттуда вдвоём. В общем, Ев, я к тому, что… — тороплюсь продолжить, чтобы не обидеть её. — Всякую фигню если услышишь, не принимай близко к сердцу. Всегда сплетни будут!

— Это точно, — легко пожимает плечами девушка.

Но почему-то мне кажется, что она не очень расстроена. Да и вообще, не слишком заморачивается насчёт сплетен.

— Вы с ним очень красивая пара, — говорю, не удержавшись, и улыбаюсь, глядя на то, как она хитро усмехается. — Серьёзно! А уж таблицы ты для него идеально наверняка делаешь… прости, дурацкая шутка! — тут же качаю головой, мало ли, воспримет как-то не так.

Но Ева только смеётся.

— Да ладно! Идеальные таблицы — это не так уж сложно… особенно если делать их для того самого, единственного мужчины, правда?

Она говорит это так, что я думаю — вот же повезло этому мужику!

И как раз в этот момент распахивается дверь кабинета. Я успеваю только мельком увидеть того самого Марка Давидовича, высокого, в тёмном костюме — и, ойкнув и извинившись, быстро выскакиваю из приёмной.

Вздохнув и успокоив заколотившееся сердце, качаю головой. Вот ведь… я его первый раз увидела, а сразу испугалась, хотя с чего бы? Видимо, не зря его монстром зовут, аура что ли такая… Хотя вот Ева же его любит. Значит, не такой он плохой. Наверное. Может быть.

Феликс так-то тоже весь из себя, привлекает все женские взгляды. А на деле — сволочь с манией величия и стремлением командовать!

— Кстати, о сволочи, — бурчу себе под нос.

Надо дочитать до конца все «требования», которые мне передали, и решить, что и как делать в пятницу. Потому что накрывает поганым предчувствием, что легко для меня этот благотворительный ужин не сойдёт.

То, что решила, я делаю сразу. Ну, точнее, сначала, чтобы не забыть, поправляю отчёт по всем тем критериям, которые мне назвала Ева.

А потом, прищурившись, делаю маленькую пакость. Адрес электронной почты непосредственно Марка Давидовича, конечно, есть в списке корпоративных рабочих адресов. Поэтому я беру и скидываю отчёт непосредственно ему! С короткими комментариями. Пока пишу, то и дело вспоминаю, как и что мне говорила Ева, и использую похожие формулировки, без воды, максимально по делу — счастье, что память у меня хорошая.

Знаю, что так делать нельзя — через голову своего начальства связываться с вышестоящим. Но даже не ставлю почту Натальи Петровны в копию. Она всё равно считает меня дурой. Ну вот я и буду вести себя как дура!

Зато точно буду уверена, что Резанов получил именно тот отчёт, который сделала я. И за который я хотя бы могу нести ответственность! А то хрен знает, что там не дай бог напоправляла бы в нём мой непосредственный руководитель.

А закончив, всё-таки вытаскиваю последний лист из поганой папки «с инструкциями».

Читаю и думаю, что Феликс, кажется, решил добить меня окончательно. Потому что там инструкции по прибытию в нужном виде. Так и сформулировано: «Прибыть в пятницу к приёмной главы Совета для проверки соответствия ровно в 16.00. В случае несоответствия быть готовой к замене отдельных элементов гардероба».

Я пару секунд просто смотрю в эту строчку. Несколько раз медленно перечитываю.

Проверка соответствия.

Нет, это уже за гранью. Это уже не регламент. Это... это... он просто решил унизить меня по полной!

Я стискиваю зубы так, что начинает ныть челюсть. Ну конечно. Не мог же Феликс просто велеть мне приехать вовремя. Обязательно нужно устроить ещё и этот цирк с досмотром, как будто я без пяти минут террорист в платье, а не женщина, которую он сам тащит с собой на мероприятие.

Спокойно, Рори, говорю сама себе. Просто дыши. Ты понимала, что он захочет насладиться своей властью сполна.

И всё же я думала, что…. хоть что-то человеческое в нём осталось. В конце концов… мы же были помолвлены. Мне даже казалось, что он относится ко мне внимательно и уважительно.

Рори, не будь идиоткой. Он уверен, что ты ему изменила. Своими глазами ведь видел эту «измену». А ты ни словом не возразила. Потому что боялась его деда и того, что он может сделать твоей матери и сестре. И не верила никому из них.

До боли закусываю щёку, но тут же заставляю себя разжать зубы. Мне нечего терять. Ничего у меня не осталось. Вытерплю. Ради сестры, и чтобы избавиться уже от всех шантажистов — навсегда избавиться! — я потерплю.

Счастье, что всю оставшуюся неделю никто меня не трогает. Наталья Петровна внезапно уходит на больничный — то ли и правда заболела, то ли внеплановый отпуск себе устроила, то ли ещё что. Даже ничего не говорит мне на тему отчёта, который я отправила Резанову. Правда, я сама заглядываю к Еве пару раз за эти дни, мы с ней даже выходим вместе пообедать — и она говорит мне, что всё в порядке. А ещё я вижу помолвочное кольцо у неё на пальце! Когда поздравляю её, девушка смущается, но глаза у неё так сияют, что мне снова становится немножко, хоть и по-доброму, завидно.