— Нелла? Что случилось?

На светлой юбке проступает небольшое тёмное пятно. Я уже иду к ней, велю закрыть ворота и отвести телегу от дома.

Аларик оказывается рядом раньше солдат. Нелла пугается военного плаща и цепляется за Брину. Я прошу мужа не трогать её и обращаюсь к кучеру:

— Откуда руда?

Тот смотрит на появившегося у ворот Торвена.

— С глубинного склада. Управляющий велел готовить обоз, как увидели знамёна генерала, — отвечает кучер, не поднимая глаз.

Аларик поворачивается к Торвену.

— Я такого приказа не отдавал.

Торвен начинает объяснять, что хотел сберечь время и спасти маяк. У Неллы снова напрягается живот, и я прекращаю слушать.

— Внутрь её. Брина, готовьте комнату. Альма, воду только из верхнего запаса.

Аларик сам приказывает отвести телегу за город и никого не подпускать к руде. Это ещё не признание моей правоты, но первый его приказ, который защищает женщин здесь, а не щит на карте.

К ночи Нелле становится спокойнее, хотя боли возвращаются через равные промежутки. Брина выгоняет меня поесть. Внизу Аларик ждёт у потухшей жаровни. Поверх имперского приказа стоит бутылка с водой, и серебристый осадок медленно опускается на дно.

— Если это связано, мне придётся закрыть источник, которым держится весь Север, — говорит он.

Я придвигаю бутылку ближе к огню; серебристые крупинки вспыхивают на дне.

— А если ты ошибёшься сейчас, мне снова принесут ребёнка, которого заранее записали умершим.

Он поднимает глаза, но ответить не успевает. Над горами прокатывается далёкий гул, хотя небо чистое.

Капитан Рейн входит без плаща, со снегом на сапогах.

— Генерал, первый маяк погас.

Аларик спрашивает о гарнизоне так тихо, что капитану приходится подойти ближе. Рейн снимает перчатку и мнёт её в руке.

— Дозор не успел отойти. Трое погибли. Остальных ведут ко второму маяку.

Аларик закрывает глаза всего на мгновение. Потом смотрит на лестницу, за которой лежит беременная Нелла, и на меня.

До рассвета осталось меньше шести часов.

Глава 6. Голодный клинок

После известия о маяке Аларик требует карту и точное время выхода первой бригады. Пока Рейн разворачивает бумаги, муж говорит коротко, возвращаясь в привычное состояние генерала, для которого потеря сразу превращается в следующий приказ.

— Телегу отвели, Нелле стало лучше, — напоминаю я. — Ты видел это сам.

Аларик упирается ладонями в стол. Голос остаётся ровным, но пальцы сминают край карты.

— Я видел совпадение и получил троих погибших солдат. На рассвете люди спустятся под защитой магов.

Сверху доносится вскрик Неллы. Следом Брина зовёт меня по имени.

Я сворачиваю карту прежде, чем Аларик отдаёт следующий приказ.

— Разговор не закончен, — бросает он мне вслед.

Я не оборачиваюсь, потому что наверху Брина зовёт второй раз.

— Сначала помоги ей. Потом продолжишь спор.

На лестнице я слышу, что муж идёт за мной. Нелла сидит, вцепившись в край матраса. Брина сообщает: воды отошли, схватки усилились, срок слишком маленький.

— Мужа позвали? — я мою руки и подхожу к постели.

Нелла качает головой. Орвен ушёл на ночную смену ещё до закрытия шахты.

Аларик остаётся у двери. Его плащ, оружие и холод с улицы занимают половину тесной комнаты. Нелла замечает генерала и пытается поправить рубашку, забывая о следующей схватке.

— Выйди, — прошу я мужа.

Он воспринимает это как продолжение нашего спора.

— Мне нужно понимать, что происходит.

Я киваю на таз и свободный крючок у стены.

— Тогда сними меч, плащ и вымой руки. Или понимай из коридора.

Солдаты слышат каждое слово. Нелла тихо просит не ссориться, и это решает быстрее меня. Муж расстёгивает перевязь и передаёт клинок Рейну.

— Не выпускать из рук.

На рукояти темнеет крупный серый камень. Аларик моет руки так, как я показываю, и подходит к постели. Нелла всё равно напрягается, поэтому я ставлю его у изголовья.

— У неё уходит тепло. Поддерживай ровно, без всплесков.

Аларик осторожно кладёт ладонь Нелле на плечо, дождавшись её кивка.

— Смогу. Сколько времени?

Я проверяю промежуток между схватками.

— Столько, сколько понадобится ребёнку.

Первые минуты Аларик пытается выполнять мои распоряжения и слушать донесения из коридора. Когда Рейн напоминает о второй заставе, тепло вокруг Неллы становится сильнее. Она морщится.

— Слабее, — я накрываю руку мужа своей, показывая нужную температуру. — Здесь нельзя давить сильнее только потому, что ты злишься там.

Аларик смотрит на наши руки и выдыхает. Тепло становится мягче. Рейн сам закрывает дверь, оставляя войну снаружи.

Роды идут быстрее, чем я опасалась. Брина понимает меня с половины слова, Альма приносит тёплые пелёнки. Аларик поддерживает Неллу, когда ей не хватает сил, но сначала повторяет мои команды почти дословно.

— Я слышу госпожу, — сердится Нелла. — Не надо командовать мне в другое ухо.

Муж замолкает. Через пару минут спрашивает, как назовут ребёнка. Нелла отвечает после схватки:

— Если девочка — Эйра. Орвен уверен, что мальчик, но он всегда уверен раньше времени.

Аларик вспоминает офицера, трижды готовившего имена сыновьям и получившего трёх дочерей. Нелла смеётся и тут же хватается за его руку. Теперь он помогает ей не считать минуты до страха.

Девочка рождается маленькой и слишком тихой. Я освобождаю дыхание, заворачиваю её в нагретую ткань. Она делает один слабый вдох, затем второй.

— Эйра, — шепчет Нелла. — Я говорила ему.

Я не обещаю ей больше, чем вижу, но позволяю услышать главное.

— Она дышит. Просто пока бережёт силы.

Брина согревает крошечные ступни через ткань. Аларик поддерживает тепло, но я замечаю, что воздух возле двери становится холоднее, будто кто-то приоткрыл окно.

Рейн стоит в коридоре с клинком. Серый камень в рукояти светится изнутри. От завёрнутой девочки к двери тянется тонкая дымчатая нить.

— Не двигайтесь.

Аларик первым понимает, куда я смотрю. Он встаёт между ребёнком и оружием, но нить проходит мимо и касается камня. Дыхание Эйры становится реже.

— Рейн, вынеси меч во двор.

Капитан смотрит на командира. Тот кивает. Клинок исчезает за дверью, нить растягивается и обрывается. Девочка делает глубокий вдох и тихо пищит.

Я передаю Эйру Брине и выхожу только после того, как дыхание выравнивается. Клинок лежит на скамье под охраной, серое свечение погасло.

— Отдай его мне.

Аларик закрывает дверь комнаты, чтобы Нелла не слышала. После увиденного ему уже труднее говорить о совпадении.

— Осматривать будешь здесь, при мне и военном маге.

Я указываю на комнату, где за дверью тихо разговаривают Нелла и Брина.

— Он потянулся к ребёнку. Пока меч был рядом, девочка дышала хуже.

Аларик смотрит на запечатанную дверь с клинком.

— Я видел. Но он связан с командованием и северной защитой. Я не могу передать его без замены печатей.

Он снова находит порядок, который важнее случившегося у него на глазах. Я подавляю желание ударить словами: за дверью Нелла впервые держит дочь, и крик сейчас поможет только Аларику закрыться.

— Тогда запечатай его и никому не позволяй унести. Утром я возьму образец с камня.

После паузы муж приказывает Рейну убрать оружие в пустую комнату и выставить охрану.

Когда мы возвращаемся, Эйра лежит у матери на груди. Аларик остаётся в стороне, не приближаясь без приглашения. Нелла замечает и кивает ему.

— Можете посмотреть. Только без меча.

Он подходит. На несколько минут в комнате становится спокойно, и я почти позволяю себе считать эту ночь первой победой.

У двери меня перехватывает шахтёр в выцветшей куртке. На пальцах серая пыль.

— Госпожа, меня зовут Марек. Я работал на глубинном участке. Под плавильней есть комнаты, которых нет на плане. Ночью туда возят ящики, а назад телеги выходят пустые.