— Тут больше негде искать, — покачал головой страж. — Ты и сам видишь.

— Угу… — неловко хмыкнул воин, с грустью оглядывая обломок меча. В гроте повисла звенящая тишина. Даже вуаль присмирела и теперь не издавала ровно никаких звуков.

Нивертон подошел к воину и приободряющее похлопал по плечу.

— Глупо было надеяться отыскать здесь Чашу, — с сочувствием сказал он, — а меч твой я попробую починить. Думаю, стоит устроить привал в другом месте, где нет соблазна, — на последних словах Нивертон многозначительно взглянул на Каису, которая первая была готова испытать портал, и приподнял бровь.

— Но я так устала… — простонала она, украдкой скосившись на фиолетовую вуаль, с которой еще не успела закончить.

— Нет, Нивертон прав, — вдруг сказал Вестагар, по-дружески хлопнув стража по спине так, что тот чуть не испустил дух. — Найдем другое место, — и, не сказав больше ни слова, воин покинул грот. Каиса хотела было юркнуть за ним, чтобы не оставаться с наставником наедине, но тот ловко загородил ей проход.

— Так, теперь ты, — с напором начал он речь, не предвещающую ничего хорошего. — Какой тролль тебя дернул прикасаться к порталу?! Ты же знаешь, назад пути нет, а ты уже им один раз пользовалась!

— Вообще-то, если быть точным, то не я сама, — поправила его львира, протестующе скрестив руки на груди.

Нивертон тяжело вздохнул. Порой, ему казалось, что он бьется о стену, которую не возможно пробить ни рукой, ни мечом, а только головой, и то львириной. Выдержав небольшую паузу, страж пристально посмотрел в золотистые глаза, а затем мягко произнес:

— Здесь я нашел тебя, — указал он на место у портала. — Ты лежала там такая крошечная… полностью завернутая в одеяло так, что даже кошачьего носика видно не было, — с теплой улыбкой вспоминал Нивертон. — Но когда мы подошли, ты проснулась и в миг стала очень грозной; рычала, скалилась, крылья показывала, которыми еще пользоваться не умела…

Каиса хихикнула, представляя эту нелепую сцену.

— А потом что было? — заинтригованно спросила она.

— Потом я нарек тебя, — продолжил Нивертон, — и глазом не успел моргнуть, как тебе стало восемнадцать. Поэтому я постоянно говорю тебе, что не являюсь твоим опекуном, ведь ты не была ребенком, скорее котенком, и я не растил тебя в общепринятом понимании этого слова.

— Но мы ведь не чужие друг другу, так? — с тревогой в голосе уточнила Каиса, украдкой заглянув в васильковые глаза.

— Конечно нет, глупая, — тихонько рассмеялся страж, и прижал к себе львиру. — Мы самые не чужие друг другу…

Каиса в ответ обхватила руками Нивертона и прислонилась щекой к его груди. Она чувствовала необъяснимую связь между ними, образовавшуюся прямо здесь, в пещере, но задолго до этого дня. Львира не знала, как работает такая непреодолимая сила и зачем нужна, но игнорировать ее было трудно. Проявлялась же она, как бескрайнее доверие, словно, пока Каиса жива, Нивертон всегда будет рядом, ведь они часть одного неразделимого целого.

— Я знаю, что мои родители в Фарьяре, — вдруг сказала она после долгого молчания. — И я знаю, что ты — не они. Также, я прекрасно понимаю, что нас связывает лишь магия, заложенная в львир при создании и какое-то время, проведенное вместе. Ты чувствуешь за меня ответственность, я понимаю…

Нивертон слегка отстранился и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Нет, — удивленно покачал он головой, — это не все. Если ты думаешь, что я здесь лишь ради ответственности за тебя, то ты крупно ошибаешься.

— Ну ладно, еще и за Солмир, — пробурчала Каиса. — Я ведь как нависшая угроза с этим пророчеством, а друиды меня нашли, чтобы никто не смог обратить во зло…

— Может, Альвисс и рассматривал тебя как стратегический план, я — нет, — возразил страж, все еще недоумевая от слов Каисы.

— Тогда кто я для тебя? — прямо спросила она. — Друг, знакомая, или непутевая младшая сестра?

— Скорее, глупая кошатинка, — отшутился страж, смотря на Каису странным взглядом.

— Точно… — горько усмехнулась она, отвернувшись в сторону. — И почему я вдруг решила, что ты ответишь серьезно?

— Идем, серьезная ты моя, — потянул ее Нивертон за запястье. — Уже светает, нам надо отдохнуть и поесть.

— Вечно ты меня куда-то тянешь… — бурчала Каиса, нехотя следуя за своим наставником.

— Потому что сама ты ходишь только туда, куда не нужно… — ворчал в ответ страж, выходя с львирой наружу.

Первые лучи рассвета ослепили яркой вспышкой после тьмы пещеры. Нивертон на миг замер и прикрыл широкой ладонью солнце. Перед глазами поплыли круглые радужные блики, а сквозь них вдруг проступили лица. Эльфы стояли плотным строем вокруг грота туго натянув тетиву. Прямо перед ними с горделивой улыбкой на надменном лице возвышался Лесной Король.

Каиса хотела было сделать шаг назад, но луки вмиг дернулись по направлению ее движения, предупреждая о последствиях.

— А вот и друиды! — с нежностью пропел Король, грозно блеснув глазами.

— А вот и Нимуард — медвежий перекус, — насмешливо ответил Нивертон, оглядывая четко выстроенные эльфийские ряды.

— Да как ты… — на глазах вскипел эльф.

— Это не я придумал, — перебил его страж. — Но теперь тебя так кличут в Друидэйне. Что мне твои луки, да мечи? Неужели еще не усвоил урок?

— А ты, друид? — расплылся король в недобром оскале и взмахнул рукой. Строй разошелся. Обзору предстал связанный Вестагар с кляпом из тряпья во рту, активно сопротивляющийся и ревущий, словно разъяренный буйвол. Луки мгновенно поменяли свое направление и теперь наконечники стрел оказались нацелены на воина.

— Попробуете противостоять, и я перекушу этим медведем, — издевательская улыбка расплылась по довольному лицу эльфа. — Взять их!

— Пятеро — охранять портал, остальные за мной! — приказал король Нимуард и двинулся в противоположную от истока Лунной реки сторону. Пленников обыскали, забрали котомки и оружие, а затем перевязали запястья так, что концы веревок находились в руках у эльфов, которые беспощадно дергали за них, таким образом подгоняя узников, словно какой-то скот. Вестагар все еще ревел и сопротивлялся таким унизительным мерам, чем вызывал еще больший гнев эльфов, которые уже втроем тащили упирающегося воина за собой, а друиды же шли спокойно, пытаясь придумать хоть какой-то захудалый план действий.

— Почему нас ведут на восток? — незаметно шепнула Каиса Нивертону, пока эльфы вновь занимались буйством Вестагара.

— Они не хотят карабкаться с нами по горам, это очень долго, — пояснил страж, и вдруг замолк, увидев подозрительный взгляд эльфа, держащего его веревку. Когда тот отвернулся, Нивертон быстро заговорил:

— Они перевезут нас по Лунной, а там эльфов еще больше…

— И что же нам делать? — шепнула львира, окидывая наставника отчаянным взглядом. — Может, перевоплотиться…?

— Нет! — твердо возразил страж, гневно блеснув глазами. — Не смей, поняла? Даже, если они захотят убить меня, ты не имеешь права раскрыть себя! Ты поняла, Каиса?! — требовал незамедлительного ответа он, но львира не успела ничего сказать.

— Ты! — дернул эльф за веревку с такой силой, что Нивертон рухнул на камень, проехавшись на коленях несколько антроф. — Пойдешь отдельно!

Подождав, пока остальные пройдут вперед, эльф вновь потянул едва поднявшегося на ноги Нивертона за собой. Устало взмахнув головой, откидывая упавшие на лицо рыжие пряди, страж с ненавистью воззрился на своего пастуха, желая запомнить все черты его бледного ушастого лица, чтобы потом отличить от других таких же, абсолютно одинаковых и смазливых для друида. Лопоухий же сардонически ухмыльнулся и вновь рыком подтянул веревку. Нивертон недобро прищурился и хорошенько дернул руками в ответ. От неожиданности эльф не удержался на ногах и звучно плюхнулся на мягкое место, проскользив по наклоненному камню, словно с горки. Его падение остановилось лишь когда тот эпично шлепнулся всем телом на влажную от росы почву. Белые волосы рассыпались по изумленному лицу, а такого же цвета одежды стали черными. В рядах раздались надменные смешки, заставив эльфа слегка порозоветь и больше не провоцировать пленника.