— Альвисс хотел отправиться со мной к некроманту, говорил, нужно в воды Правды и Лжи… — вспомнила львира подслушанный разговор старейшины с Сиррой.

— Ты не пойдешь к некроманту, — отрезал Нивертон, переменившись в лице.

— С чего это? — нахмурилась Каиса, недовольно подперев щеку рукой.

— С того, что даже если бы русалки предложили на своих спинах довести нас до этого острова, ты к нему все равно не приблизилась бы, — ожесточенно отчеканил страж.

— Да что там такого?

— Некромант — отвратительное существо, полуживой-полумертвый маг, который за ответ запросит больше, чем даст. Ты не пойдешь к нему, — блеснул глазами Нивертон, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

— А если полететь? — задумалась Каиса, игнорируя буравящий ее взгляд.

— Ты не долетишь даже будь у тебя шесть крыльев, — отмахнулся страж. — И не вздумай вновь убегать. Не пойдешь ты к нему. Я не разрешаю и точка.

— Но Альвисс думал, что это важно… — парировала изо всех сил девушка.

— Старейшина имел много планов, но не все из них я могу назвать разумными, — еле слышно произнес Нивертон, вспоминая последнее собрание.

— Но Альвисс…

— Его больше нет, Каиса, — жестко отрезал страж, холодно посмотрев на нее. — Смирись с этим.

Львира отвернулась. По щекам опять заструились слезы.

— Моя обязанность — сопровождать и охранять тебя, — добавил Нивертон ей в затылок, но львира едва ли слышала его. Она не понимала слишком много вещей, и правильный выбор оказался для нее так же тяжек, как и для стража. Все равно, что не исполнить последнюю волю умирающего, какой бы абсурдной она ни была.

Соскользнув с бочки, Каиса хотела было уйти, но Нивертон удержал ее за запястье.

— Сядь, — мысленно приказал он ей. Голос громом пронесся в голове, от чего необъяснимый страх закрался под кожу. Каиса, сама от себя не ожидая, послушно села обратно.

— Мы направимся в Эвенгилл, — по ментальной связи продолжал Нивертон, неотрывно смотря ей в глаза.

— К эльфам? Ты спятил? — еле слышно прошептала Каиса, пытаясь мысленно прикинуть, не повредился ли ее дорогой наставник умом во время битвы.

— Что говорилось в пророчестве про Луну? — вновь раздалось в голове.

— Что она скроется от земных глаз… — неуверенно промямлила Каиса.

— А еще? — продолжал буравить он настойчивым взглядом.

— По-моему… птицы смогут ее увидеть и что-то про серп. Не помню точно…

— А теперь сложи два и два, — Нивертон наклонил голову на бок, изучая ее озадаченное лицо.

— Люди не могут, птицы могут… — размышляла Каиса, прожигая взглядом деревянный стол. — Значит, если смотреть снизу — не видно, а с неба — видно… Луна в Солмире!

— Правильно, — вслух хмыкнул Нивертон, подливая себе Драконье Пламя. — А точнее, это острова Молодого Месяца и Полной Луны. Они находятся прямо за Эвенгиллом.

— Но зачем нам туда? Пророчество так и не объяснило…

— Там и узнаем. Думаю, эльфы больше ведают о том, что сейчас происходит в мире. Допивай, нам пора собираться.

Каиса залпом осушила полкружки и слегка покачнулась. Таверна поплыла перед глазами, а пламя свечей превратилось в размытые шары размером с кулак. Встав на ноги, она поняла, что достаточно пьяна.

— Ага, кто-то перебрал, — вынес вердикт страж. — Хотя, как можно напиться этим зельем — ума не приложу… Другое дело «Черная химера» …

Каиса икнула в знак протеста, но спорить не стала. Несмотря на побочный эффект, ее все устраивало. Драконье Пламя избавило от безнадеги и тоски, пусть даже только на вечер. А все остальное сейчас не имело значения. У нее будет время побеспокоиться об этом завтра.

— Ладно, глупая кошатинка, — снисходительно вздохнул Нивертон, подхватывая Каису на руки и взваливая на плечо, прямо как свою котомку, — сам донесу тебя до твоей лежанки.

Открыв ее ногами дверь, он вышел из таверны и направился к своему друфу. Каиса мирно засопела, укаченная неспешными шагами Нивертона. Руки беспомощно свесились вниз, покачиваясь из стороны в сторону, словно водоросли на ленивых волнах.

Войдя в друф уже без помощи ее конечностей, Нивертон аккуратно переложил львиру на свою кровать и укрыл одеялом. Поправив локоны, рассыпавшиеся по ее лбу и щекам, страж присел рядом на корточки. С минуту он сурово вглядывался в умиротворенное лицо, а затем отмер и тяжело вздохнул.

— Хотел бы я сказать, что будет безопасно в этом походе, Каиса, и моих сил хватит, чтобы оградить тебя от любой напасти, — тихо произнес он, слегка поморщившись, будто нечаянно вдохнул перца, — да вот только это будет ложь. Альвисс покинул нас совсем не вовремя. Он и не должен был… — Нивертон замолк. Горло сковала судорога. Легонько похлопав Каису по руке, страж поднялся и принялся за сборы. Положив в мешок зелья, немного еды и одеял, он достал из небольшого шкафчика какой-то предмет. Вынув из-за пояса маленький перочинный ножик, он уселся на крыльце друфа, затворив за собой дверь.

— Фе́ра! — шепнул он. Сумрак рассеялся.

В его руке покоился маленький обрубок чуть меньше мизинца. Стружки полетели на ступеньки, а лезвие все беспощадно рассекало дерево. Медитативные действия успокаивали Нивертона. Под тихим покровом ночи, он погрузился в свои мысли, которые то и дело уводили его к предательству Тирека и его последствиям. «Каиса права, все начнется сегодня» — размышлял он про себя. «И Альвисс это знал. Он придавал львире настолько большое значение, что пожертвовал своей жизнью, лишь бы одно единственное перо не досталось эльфам… А значит, крылья все также остаются ее слабым местом. Они не только уязвимы, они опасны даже для нее. Перо белого феникса — сильнейший ингредиент для зелий, обладающих поистине громадным размахом. А что, если у Тирека было не одно перо? Тогда Альвисс напрасно пожертвовал собой… Тогда, у эльфов есть все возможности, чтобы стереть Друидэйн с лица земли одним лишь флакончиком…»

Нивертон помотал головой, словно отгоняя эту чудовищную мысль и дунул на обрубок. Маленькие щепки разлетелись в стороны, а крохотные опилки закружились в воздухе небольшим облачком. Подсвеченные сферами, эти бледные искорки потеснили ночную мглу.

— Каиса, проснись, — раздался над ухом знакомый баритон. Разлепив глаза, львира отчужденно уставилась на стража, вспоминая вчерашние события. Через секунду ее лицо омрачилось и Каиса тяжело сползла с кровати на пол.

— Мы в твоем друфе? — недоуменно огляделась она.

— Я спал на полу. Теперь мы знаем, что ты пьянеешь от Драконьего пламени, так что не налегай на него, — слегка улыбнулся Нивертон, взваливая себе на плечо мешок с поклажей. — Идем, церемония вот-вот состоится.

Ничего не понимая, Каиса потерла глаза и поднялась на ноги. В друфе резко потемнело, а голова пошла кругом.

— Ох-х… — простонала она, вскинув руку в поисках точки опоры. «Кто же знал, что после невинного зелья наступит состояние полного изнеможения? И предупредил бы хоть кто-нибудь…» — ворчала про себя Каиса, стоя беспомощно в потемках. Через несколько секунд свет вернулся, и девушка поняла, что ее точкой опоры оказалась гладко выбритая щека стража, который наблюдал за этим представлением с наполовину сплющенным застывшим лицом.

— Прости, — пискнула Каиса. Схватив протянутую ей Нивертоном котомку, она закинула ее на плечо и мигом выскочила из друфа. Страж ничего не ответил. Видимо, он уже успел привыкнуть к дуростям своей подопечной. Но его лицо, как всегда, говорило о многом.

Пройдя между домиками деревни, они пересекли подлесок и оказались у восточного края озера Дэорен, теперь уже усеянного надгробными камнями. Там собрались не только все друиды деревни, но и животные, обитающие в этих землях. Деревья клонились под тяжестью сотен самых разных птиц, а звери, хищные и травоядные, замерли по северную сторону озера. Они тоже пришли проститься. Акил стоял перед друидами, а за ним покоилась гробница, вырезанная из цельного белого кристалла. Тяжелая плита, пока еще не сокрывшая тело Альвисса навеки, лежала на траве рядом.