— Нет же, ты должна верить в то, что делаешь, — серебристая борода заколыхалась из стороны в сторону. — Представь, юная львира, что твое слово нерушимо. Оно твердо как скала, прочно как железо, всемогуще, словно остервенелый ветер! Когда произносишь буквы, нужно четко выговаривать каждую, уверенно и смело, ведь только тогда слова станут подчиняться тебе. Магия не придет, есть не овладеешь могуществом речи, если не вдумаешься в ее тайный смысл, природу… Пойми, когда ты произносишь слова, ты создаешь их заново. Изречение есть, но его и не существует. Оно живет лишь в памяти, на бумаге, в умах живых, но, когда ты произносишь слово, ты возрождаешь его, даруя новое предназначение. Необходимо почувствовать его силу.

Каиса нахмурилась. Она начала понимать, что все сделала неправильно.

— Эта магия подобна рождению, только появляется не новая жизнь, а новая энергия, которая остается в этом мире, питая его и насыщая.

Каиса переминулась с ноги на ногу. Собрав в голове все то, что сказал старец, она уверенно произнесла, смотря прямо перед собой: «Фе́ра!»

Прямо на ее глазах зеленый луг вспыхнул жарким пламенем. Львира отшатнулась, едва не подпалив себе штанину. Альвисс удовлетворительно хмыкнул.

— Уже лучше. Теперь ты знаешь, что фера — это не только магия света, но еще и огня. Ведь солнечный свет вполне способен быть обжигающим, — ухмыльнулся из-под бороды старец и возвел руку над полыхающим лугом:

— Флуэ́рэ! — фонтан ледяной воды хлынул на пламя, рассеивая брызги в разные стороны.

— Но это же магия стихий… — озадаченно произнесла Каиса. — Неужели она пересекается с магией слова?

— Стихии подчиняются через прикосновение. Для воды нужна вода, для ветра — ветер, а для песка — земля под ногами. Но огонь — другое. К нему не прикоснуться. Конечно, можешь попробовать, но твоя оболочка не выдержит. Поэтому этой стихией владеют лишь фурии огненных гор, да драконы. Те, кто не боится огня, но не владеют магией слова. Водой в совершенстве владеют нимфы света, но огонь для них губителен, да и не водится пламя в их землях. Однако, ты, юная львира, можешь владеть и огнем, и водой, и ветром. Едва звук слетит с твоих губ, как они придут тебе на помощь. Отличие лишь в том, что магией слова ты создаешь их, рождаешь в природу, а с помощью магией стихий пользуешься уже существующими. Последний путь подходит в чрезвычайных случаях, когда не хватает сил создать волшебство. Там ты используешь силу природы.

— То есть я колдую, когда произношу заклинание, но касаясь стихий я лишь прошу их об услуге? Которую они могут отказаться выполнить?

— Так и есть, юная львира, так и есть, — одобряюще закивал Альвисс, и его борода весело заплясала у пояса, резво раскачивая вздернутый кончик седых волос. — Духи природы исполняют волю не всех. Если друид слишком горд, чтобы отдать им должное, они перестают являть свою помощь.

— То есть нужно всегда помнить, что магия стихий — это их заслуга?

— Именно. Тебе еще только предстоит узнать, что магия слова тоже может быть разной. Она делится на категории. Те заклинания, что ты видела сегодня относятся к разряду «создающих». Есть еще «изменяющие», например структуру вещества, «воздействующие», «уничтожающие», «исцеляющие», «разрушающие» и «вспомогательные». Пока тебе не нужно все это запоминать, мы еще успеем к ним вернуться. А теперь попытайся снова. И на этот раз постарайся создать именно свет. Используй свою волю.

Каиса слегка повела плечами. «Использовать свою волю…» — эхом пронеслось у нее в голове. «Сегодня утром я уже пыталась это сделать, только вот другому моему учителю это не понравилось.»

В голове заметались воспоминания. «Что я хотела больше всего? Узнать то, зачем я здесь. А если магия поможет мне в этом, значит сейчас я больше всего хочу…»

— Фера! — с силой воскликнула Каиса. На этот раз заклинание удалось на славу. Друидский круг заливал ослепительно-белый свет. Львира стремительно закрыла рукой глаза, спасая их от радужных бликов.

— Уже лучше, — донесся откуда-то голос старейшины. — Однако, для света нужен дом — заключи его в сферы. Для этого есть заклинание уменьшения из разряда «воздействующих». Произнеси «ми́нема».

Яркие лучи слепили глаза, заливая все вокруг. Действительно, если бы не магический круг друидов, как далеко простилался бы этот пылающий маяк? До самых эльфов?

— Ми́нема! — собрав волю к кулак воскликнула Каиса и лучезарное свечение исчезло. Убрав руку с глаз и немного проморгавшись, львира увидела завораживающую картину. Мириады крохотных светящихся сфер, простирающихся на метры вокруг, парили над полем, словно переливающиеся мыльные пузыри. Они плавно кружили, меняясь местами, играючи вспыхивали и на секунду гасли, а горели так ярко, будто маленькие солнца, заключенные в тонкий омут молочных облаков.

— Как же чудесно… — едва слышно произнесла Каиса одними лишь губами. Она стояла запрокинув голову и завороженно наблюдала за магическим танцем манящего света.

— Главное, юная львира, не дай им коснуться ни тебя, ни травы, — раздался совсем близко голос старца. Теперь, когда слепящий свет ушел, а остался лишь мягкий и теплый, Каиса могла видеть Альвисса, стоящего неподалеку.

— А что тогда будет? — устремила она на него пытливый взгляд.

— Трава вспыхнет, а ты обожжешься, — просто ответил старец. — Теперь отпусти его, пусть свет отправится в свой первый путь по этому миру. Каиса подчинилась. Едва она ослабила свою волю, как пылающие огни пропали, соединившись солнечным потоком.

— Теперь, — подошел Альвисс ближе, — я могу отдать тебе это, — он протянул ей толстенную книгу, на которой большими золотыми буквами были выгравированы друидские письмена. — Относись к ней трепетно, учи все, что содержат ее строки, но самое главное — храни, как зеницу ока. Все знания, что подчерпнешь в книге Магии Слова, ты применишь только в этом круге и только под моим присмотром. Договорились? — чуть строже произнес старейшина.

— Конечно! — с придыханием отозвалась Каиса, зачарованно глядя на увесистый том и взяла его в руки. — Только нужно сначала научиться читать…

Разгоряченные тела переплелись на обжигающем песке. Океан посылает им навстречу буруны, которые ласково разбиваются о прибрежные камни. Мягкие изгибы, плавные движения, резкие порывы дуновения из жаждущих губ. Совершенно бесстыдно и бесстрашно они продолжали начатое, не боясь быть обнаруженными.

Рыжие пряди смешались с красными локонами, огнем пылая на желтом песке. Языки пламени лизали тела, разжигая искры мощным пожаром. Сильные руки сжимали тонкую талию, мягко скользили по упругой груди, заставляя ее вздыматься все выше, все сильнее.

Тела катались по пляжу, поднимая песчаные столбы в воздух, мелькали волосы, губы сходили с ума, исследуя каждый сантиметр. Их пыл мог иссушить море, не оставив в нем ни капли, даже чтобы утолить безудержную жажду. Насладившись друг другом, любовники упали без сил.

— Тебя давно не было, — покосилась Ариэлла на стража.

— Были дела, — сухо ответил Нивертон. Он лежал прикрыв глаза и, казалось, мягкий укор русалки его ничуть не задел.

— Эта твоя Каиса? — фыркнула Ариэлла, откинув с груди копну рубиновых волос. — Не много ли чести для простой друидки?

Нивертон неспешно поднялся и принялся одеваться. «Надо было сразу уходить, как и раньше,» — пронеслось у него в голове. «Своих забот хватает, а еще на вопросы ревнивой русалки отвечать».

— Или между вами что-то есть? — не отставала Ариэлла, пиля его недоверчивым взглядом.

— А тебе-то что? — наконец посмотрел на нее Нивертон.

— Мне… — Ариэлла закусила губу и потерянно посмотрела на море.

— Русалки же не привязываются, да и любить не умеют. Так зачем все эти расспросы? — Нивертон стоял уже полностью одетый и ожидал ответ.

— Просто интересно, — пожала плечами русалка. — Раньше ты мне все рассказывал.

— Теперь все изменилось, — страж поднял с песка эльфийский меч и двинулся в сторону деревни. Сзади него послышался всплеск. Ариэлла вернулась в Воды Древности, где ее уже поджидала сестра. Они были близняшки, только вот у одной был хвост белый, а у другой — рыжий.