Да уж, что-то ребята заигрались. Неужели я настолько сильно им насолил? Очень сомневаюсь, что родители перестали бы их любить и переключились полностью на меня, это выглядит, как лютый бред.

Проблема в том, что я так до сих пор и не понял всё, что сегодня произошло. Я ведь был абсолютно уверен, что стану магом при замке, но, чтобы князь признал меня собственным сыном… Реальный бред, я ведь на него даже не похож. Хотя, на отца-кузнеца я тоже не сильно похож. Может и правда мама в юности не устояла перед чарами аристократа, и принесла в подоле? не буду я о таком спрашивать, всё равно это ничего не изменит, только душу терзать.

София немного успокоилась, перестала всхлипывать и промокнула слёзы платком, только продолжала ещё шмыгать носом.

— Ты его хорошо знала? — спросил я.

— Да, — задумчиво кивнула девушка. — Пантелеймон был очень хороший человек. Даже не знаю, что его заставило съесть с пола этот проклятый десерт. С другой стороны понимаю, он выглядел так аппетитно, так жалко было такое выбрасывать. Да Пантелеймон никогда и не изображал из себя больше, чем он есть на самом деле. Был простым, открытым, уважительным, а теперь…

— Что теперь будет с этими сорванцами? — спросил я, наблюдая за реакцией девушки.

— С какими? — София немного смутилась и нахмурилась. — С поварами?

— С теми, кто сидел напротив меня за столом, — уточнил я. — Это ведь наверняка их рук дело. Решили, не откладывая, вырвать сорняк с корнем.

— Не понимаю, о чём вы, — ещё больше нахмурилась девушка, глаза её забегали.

— Уже неважно, — сказал я, понимая, что правдивых ответов не будет, всё же я здесь пока что совсем чужой человек. — Ты меня сегодня будешь ещё чему-то учить?

— На сегодня довольно, — тихо ответила София, словно имея в виду не только обучение, но и эмоции за этот день.

— Тогда ты можешь идти, — произнёс я спокойным холодным голосом.

— Вы уверены? — спросила девушка, резко обернувшись, в глазах проявился испуг.

— Я дальше знаю дорогу, иди, — кивнул я.

София ещё мгновение сомневалась, глядя на меня, потом кивнула.

— Доброй ночи, ваше сиятельство.

— Доброй ночи, — ответил я и тут же свернул в нужный мне коридор.

Дальше дорогу я и правда знал, хорошая память на такое, когда поворотов и разветвлений не слишком много. Когда моя гувернантка исчезла из вида, я немного ускорился. Хотелось поскорее оказаться в своей комнате и закрыться, подперев дверь стулом.

За сегодняшний день я устал неизмеримо больше, чем в самый насыщенный день в деревне. Чем все эти игры с летальным исходом и непонятными сюрпризами, лучше поле травы скосить. Но теперь назад дороги нет, я не развернусь и не уеду, не сбегу. Я справлюсь со всем этим. Пока не знаю как, но точно справлюсь, ведь много людей в замке на моей стороне. Правда в таких делах иногда хватает одного врага на сотню союзников, чтобы решить исход битвы.

Но, не будем о плохом. Я приехал в столицу княжества, прошёл обряд инициации, стал магом ветра, принят в семью князя под маской незаконнорожденного. Столько разных превращений и всё в один день. И верной смерти мне только что удалось избежать, значит Фортуна на моей стороне. А вот Пантелеймону не повезло. Наверно не говорила ему мама: «Не ешь с пола!»

Я вошёл в свои новые покои и сразу закрыл за собой дверь. Сразу захотелось подпереть ручку двери стулом, как и собирался, но потом возникла другая идея — поставить стул в углу возле двери так, чтобы он едва держался, чтобы не упасть, а к ручке двери привязать нитку, которая потянет этот стул в случае открывания двери, и он с грохотом рухнет. Пытающийся тихо проникнуть ко мне скорее всего просто убежит. Ну а если нет… Вспомню тогда единоборства, которыми занимался в юности.

Ха, единоборства, а помогут ли они, если в меня полетит сгусток огня? Как его там обычно называют, фаербол? Тогда навыки рукопашки не помогут, ведь князь и все его дети являются магами, я так понимаю. Я что-то слышал про их предел, а это понятие используется только для магов.

Значит готовиться скорее всего надо к магической атаке, а не к какому-нибудь отравленному клинку. Впрочем, и клинок может иметь место, ведь послать могут какого-нибудь наёмника, например.

А может я зря так напрягаюсь? Может агрессивно настроенных на меня княжичей прижучили и закрыли по разным комнатам, чтобы больше ничего не натворили? Тоже вариант, но в него верится слабее всего. Значит я должен быть готов ко всему.

Я вошёл в гардеробную и взял в руки белую рубашку, из которой принялся вытаскивать нитки с нижнего края одну за другой. Следующим этапом примерил стул, как лучше его поставить, но устанавливать своеобразную сигнализацию пока не стал, оставил стул в углу, нитку повесил в сложенном виде на спинку. Вдруг кто-то ещё захочет зайти ко мне вечером, а тут сразу грохот.

Итак, если придёт человек, метающий огонь, что я буду делать? Кажется, я знаю, где искать ответ. Я сходил в кабинет, взял книги, что мне дал с собой дед Филипп и вернулся за стол в гостиную. Лучше я буду изучать, имея возможность видеть входную дверь.

В книге по основам магии стихий я сразу отделил для себя часть, касающуюся первой ступени, это я должен изучить в максимально короткий срок. Надеяться на обещанного наставника мне сегодня не приходится, надо сохранить свою жизнь, а завтра наверняка уже появится и наставник.

— М-да, — задумчиво произнёс я, перелистывая пожелтевшие от времени страницы. — Тут можно вывих мозга заработать.

Стоило мне копнуть чуть глубже базового уровня, как начали встречаться сложные термины, без понимания которых не продвинуться ни на шаг. Но, пока я пытался понять, какие возможности передо мной открываются на первой ступени, в голове созрела идея — навстречу летящим фаерболам можно запустить мой любимый воздушный вихрь, он сможет остановить фаербол или замедлить.

Уклониться можно в конце концов, но вот как противостоять? Уворачиваться пока нападающий не выдохнется? Резерв маны ведь не бесконечен. Нет, плохая идея. Соперника надо дезориентировать и напасть, вот тут есть хорошая идея, но в этот момент в дверь уверенно постучали и она сразу открылась. Я от неожиданности подпрыгнул и вскочил со стула, чуть не выронив книгу.

В гостиную вошёл барон Каменский и заметив моё волнение и неловкое телодвижение, удивлённо поднял одну бровь.

— Впрочем, я вас понимаю, Михаил Фёдорович, — сказал барон и грустно усмехнулся. — Вы уж извините за эту неувязочку сегодня за ужином.

— Неувязочка? — искренне удивился я. — Мне предложили отравленный десерт!

— Согласен, неувязочка более чем серьёзная, — сказал со вздохом Каменский, озираясь в поисках второго стула. — Горничную что ли наказывали?

Барон с усмешкой взял стул, стоявший у двери, поставил возле стола напротив меня и сел, бросив взгляд на книги.

— Интересные экземпляры у вас, — сказал мужчина, осторожно перевернув пару страниц. — Магия воздуха — это хорошо. Не огонь, конечно, но тоже довольно мощно. Так вот, я вернусь к теме сегодняшнего ужина. Тут, видите ли, в чём дело, не все в этом замке рады вашему приезду, к сожалению. Но те, кто не рад, сами не понимают, что они творят. И, что самое главное, объяснений не слышат.

— Дмитрий и Константин? — спросил я.

Барон просто молча кивнул, продолжая смотреть мне в глаза.

— С виновниками будут производить разъяснительную беседу дополнительно, но не уверен, что это сразу поможет, — развёл руками Каменский. — Так что вы уж будьте поаккуратнее на всякий случай. В ближайшие дни столоваться будете в своих покоях и… — барон снял с пальца перстень и протянул его мне, — наденьте вот это. Камень меняет свой цвет если пища или питьё отравлены, надо просто приложить.

— Вы отдаёте мне своё кольцо? — удивился я и покосился на барона.

— Вы вполне разумный человек и наверняка понимаете, что глубокой симпатией я к вам проникнуться просто не успел, — с едва заметной улыбкой продолжил мужчина. — Но я крайне заинтересован, чтобы у вас всё было хорошо, поверьте, а это зачастую важнее, чем просто симпатии.