— А отец-то жив?
— Лет пять уж, как похоронили… Во-вторых, с уходом Белы кончилось и мое влияние при дворе. Представляешь, Андрей дважды уже мне в приеме отказывал! Когда такое было? Этот самовлюбленный малолетка невесть что о себе возомнил! Иной раз так и хочется… Ну да ладно, Бог ему судья, — махнул рукой Обер.
Михаил налил себе полный кубок вина и залпом его опрокинул.
— Неужели твоему королю невдомек, — перевел он дух, — что, только объединившись, мы сможем одолеть вражину? Если он умный человек, то должен понять: лучше драться у соседа, чем бить посуду у себя дома.
— Жаль, но покуда до нашего короля доберешься, вся посуда уж будет разбита, — захихикал Обер.
Михаил понял намек, лицо его скисло.
— Ну, не печалься. Эта рука, — Обер, задрав рукав по локоть, сжал кулак, — крепко еще держит рукоять.
Обер устроил Михаилу встречу с сыном Само. Молодой человек с темными, глубоко запавшими глазами и высоким выпуклым лбом поприветствовал нежданого гостя подчеркнуто сухо. Правда, лицо его заметно оттаяло, когда князь преподнес подарки. При виде золота глаза юноши радостно заблестели, голос несколько потеплел.
Он выслушал князя не перебивая, лишь изредка озабоченно кивая головой. Когда Михаил договорил, хозяин поднялся, давая понять, что аудиенция закончена:
— Хорошо. Я попробую вам помочь. Ждите, я сообщу о результате.
…День проходил за днем, а от Само не было никаких известий. Тогда Михаил, не выдержав, решил действовать самостоятельно. Сына брать пока не захотел. Сам же, облачившись в лучший наряд и выставив княжескую хоругвь напоказ, двинул к дворцу, выслав впереди себя двух разодетых дружинников с трубадурами.
Перед железными воротами королевского дворца последние огласили местность трубными трелями. На звуки вышел дворецкий. Узнав, кто явился к королю, приказал открыть ворота. Такое начало ободрило князя.
Дворец представлял собой приземистое двухэтажное здание из темного камня с узкими зарешеченными окнами. На широком крыльце Михаила встретили служки в расшитых камзолах, они же торжественно ввели в здание. Навстречу попался князь Само. Тот на мгновение остановился и укоризненно покачал головой. Затем исчез так же внезапно, как и появился. По лестнице с узорчатыми перилами Михаил поднялся на второй этаж. Комната, предназначенная для ожидания аудиенции, была довольно вместительной. На потолке красовалась цветная лепнина, стены украшало разнообразное оружие, развешанное между коврами и разбавленное головами трофейного зверья.
Дверь скрипнула, и на пороге появился уже знакомый служка. Он склонил голову и жестом пригласил гостя в зал.
Переступив порог, Михаил увидел того, в чьих руках была сейчас его судьба. Навстречу поднялся моложавый щупловатый человек. Не было ни переводчиков, ни писцов, ни бояр. Вдвоем. Что это? Унижение? Или — доверие? Князь решил, что будущее покажет.
Разговор начался с короткого извинения короля:
— Мне передали, что вы ищете встречи со мной. Но, к сожалению, я не располагал доселе свободным временем. Сегодня, князь, Европа живет не только интересами восточных соседей, — без предисловия перешел он к международным событиям. — Неутихающая борьба императора со своими вассалами заставляет внимательно следить за происходящим. — Король, оказывается, довольно сносно говорил по-русски. — Свою лепту вносит и Ватикан. В первую очередь сам Григорий IX, который никак не может урегулировать свои отношения с Фридрихом…
— Каждый борется за свои интересы, — заметил по-венгерски Михаил.
Король не без удивления посмотрел на князя и перешел на венгерский.
Он долго еще рассуждал о международной обстановке, связях и позициях европейских правителей, и трудно было понять, что выгодно лично ему. Неожиданно он переключился:
— Князь, предлагаю со мной отобедать.
— Но прежде я хотел бы вручить вам свои дары, — Михаил улыбнулся.
Андрей оживился:
— Любому человеку, в том числе королю, приятно подобное внимание.
— Тогда попрошу… э-э… — замялся князь.
— Да величайте просто, — пришел на выручку король, — королевское величество.
— Прикажите, ваше королевское величество, чтобы дары внесли.
Подарки уже были приготовлены и разложены на небольшом столе с тонкими витыми ножками. Михаил почувствовал, что королю они понравились. На душе стало спокойнее, даже пожалел, что не взял с собой сына Ростислава.
Короля и его русского гостя уже ждали. Королева князя не интересовала. Свой взгляд он задержал на дочери. Та была в отца: хрупкого телосложения, с маленькой и симпатичной головкой, венчавшей длинную шею. Почти плоскую грудь украшало дорогое ожерелье. Князю она не понравилась. Не по-русски состряпана.
Король не закрывал рта и за обедом. Поначалу князь добросовестно ему внимал, но почувствовав, что конца словесному потоку не будет, попытался найти лазейку, чтобы вставить хоть слово.
Неожиданно на помощь пришла королева.
— Андрэ, — сказала она, — по-моему, князь хочет что-то сказать.
Не воспользоваться такой возможностью Михаил не мог. Начал он рассказ с нападения татар на Козельск. Обрисовал их силу, ужас творимых дел. Затем перешел к угрозе, готовящейся не только для его княжества, но и для всей Европы, включая Венгрию. Он увидел, как широко раскрылись глаза у королевы и принцессы. Король не выдержал и выразительным жестом дал понять, чтобы гость замолчал.
— Князь, королева и моя дочь чрезвычайно чувствительны. Боюсь, предстоящая ночь станет для них кошмарной, поэтому сей разговор предлагаю продолжить, когда мы с вами останемся одни.
Дамы поспешили откланяться.
— Я догадываюсь о цели вашего приезда, — сказал король, когда дверь за ними затворилась. — Вы хотите, чтобы я вместе с вами выступил против татар.
Михаил согласно кивнул.
— Не стоит думать, что это выгодно только мне, — пояснил он. — Не ровен час, на крыльях своих побед татарское чудище двинет и на вас. А здесь, в Европе, вы тоже, гляжу, грызете глотки друг другу. Так что, боюсь, по одиночке вражину и вам не одолеть.
Король надолго задумался. Наконец промолвил:
— Я рассмотрю сей вопрос на совете.
Князю такой ответ не понравился: король явно колеблется и старается снять с себя всю ответственность.
— Король, — решительно произнес Михаил, — время не терпит. Татары уже сожгли Чернигов.
— Сожгли?.. Чернигов?.. — переспросил тот, вздрогнув.
Князь утвердительно кивнул.
— Гм, это несколько меняет дело, — хмыкнул неопределенно король.
— Я прекрасно понимаю, — продолжил Михаил, спеша закрепить свой маленький успех, — что любой союз должен крепиться доверием. И наилучший способ, я думаю, — породниться домами.
— Что вы предлагаете?
— Ваше величество, я видел вашу дочь и лучшей жены для своего сына теперь не представляю.
Почему этот русский князь столь настойчиво рвался к нему, король понимал. Но Европа жила по своим законам. И она гораздо ближе, чем какое-то Черниговское княжество за Карпатами.
— Интересное предложение, — король оторвал виноградину и сдержанно улыбнулся. — Дозвольте мне, князь, поразмыслить над ним.
Михаил понял, что прием окончен. Откланявшись, степенно удалился.
…Обер выслушал рассказ князя о встрече с королем очень внимательно.
— Так, — крякнул он, покидая кресло. Подошел к Михаилу и, нагнувшись, оперся на стол: — Думаю, друг мой, Андрей хитрил. Не хочет он решать твои вопросы. Взор его обращен сейчас только на запад. И дочь свою, сдается мне, бережет для одного из сыновей Фридриха.
— Что же делать? — расстроился Михаил.
— Что делать?.. — машинально переспросил Обер. — Ждать! Может быть, завтра звезды сойдутся по-другому.
Ждать Михаил Всеволодович не любил. Вернее, не привык. А тут!.. Но… куда денешься?
Однако время шло, а послы от короля все не являлись. Видя страдания князя, Обер решил сам прояснить ситуацию, для чего встретился с молодым Само. Но ничего определенного и тот не сообщил. А выходя из дворца, Обер столкнулся с ханом Котяном, что весьма его озадачило: с какой целью король принимает половца? Вернувшись домой, старик, желая хоть как-то успокоить гостя, обо всем ему рассказал. Михаил задумался.
