И чем ближе Коул подходит, тем сильнее вибрирует позвоночник. Но я продолжаю смотреть на него с ведьминым бесстрашием.

— Чувствуя твое присутствие, я понимаю, что такое азарт. — Повторяю. Не отводя взгляда.

Этот холодный хищный образ возбуждает. Потому что я тоже не человек. Мои реакции отличаются от стандартных, обывательских.

— Ногу. — внезапно слышу я в сознании и знаю что делать.

Тяну голень вверх и Тенет цепко обхватывает мою щиколотку.

Поднимаю глаза на Коула. Ловлю вакуумный безучастный взгляд и понимаю. Мне предстоит пройти еще один коридор Лабиринта в этом Эксперименте.

Смотрю на Тенета. И не понимаю, чего ждать. То ли боли, то ли оргазма. Ощущение, что рядом опасный хищник, не покидает. Напротив, чувствуется еще острее. Коул подхватывает вторую щиколотку и раздвигает ноги. Широко. До боли в связках. Cердце замирает.

Проходится холодными пальцами по моей промежности, будто проверяя готовность, и я перестаю дышать. Но теперь не от страха, а от новых ощущений. Острых. Жалящих током.

На инстинкте приподнимаюсь навстречу его ладони.

Момент истины. Неизбежный. Непредотвратимый.

Внезапно, он подхватывает мои бедра и одним движением переворачивает на живот. Тянет мою поясницу вверх и я бессознательно понимаю, что он хочет.

Машинально встаю на колени. Упираюсь локтями в диван. Он подтягивает меня к своим бедрам. Чувствую ягодицами его пенис. Твердый. Гладкий. Будто из мрамора.

Смотрю в зеркальное отражение. Пусть хоть так, но я вижу Тенета.

Изучаю его острые черты в стеклянной поверхности. Как обычно — нечитабелен. Но стабилен. Никаких признаков одержимости или страсти.

И сейчас, когда я полностью перед ним раскрыта, чувствую беззащитность. Даже включенная ведьма немного притихла. От неизвестности. От неизбежности.

Замираю. В пору помолиться.

Ладонями раздвигает мои ягодицы. По-хозяйски. Уверенно. Пальцами проникает во влагалище. Острое возбуждение, и я инстинктивно сжимаюсь. Но Коул продолжает. Его острый стержень касается моего лона и останавливается.

В том, что будет больно — не сомневаюсь. Только насколько…? Коул, конечно, опытный. У него был миллион женщин. Но от физиологии не уйдешь. Даже с учетом того, что я возбуждена и мокрая.

— Расслабься, или порву.

И он, не дожидаясь моей реакции, без предупреждения начинает в меня входить.

Низ живота горит. Но не от похоти. От боли.

Но Коул не останавливается. Продолжает движение вперед. Сжимаю челюсти. Но терплю. Тяжесть и натяжение внизу живота все сильнее. Но я стараюсь расслабиться. Не хочу, чтобы было больнее.

Внезапно резкое движение — и я громко вскрикиваю. В глазах яркая вспышка. Внизу будто обдало кипятком. Острая боль пронзает живот. Позвоночник пробивает током. Отдает в затылок и виски.

Но Коул не обращает внимания на мои эмоции. Не дает почувствовать момент становления женщиной. Продолжает медленно проникать все глубже. Неумолимо растягивая меня под свой член.

Больно. Очень. Впиваюсь пальцами в пляжную кровать. Хочется крикнуть «Хватит». Но терплю.

Наконец, останавливается. Чувствую, как он заполнил меня до основания. Полностью захватив меня изнутри. Но легче не становится. Боль первого проникновения перекрывает возбуждение.

Крепко фиксируя мою поясницу жесткими пальцами, делает несколько медленных движений.

Вперед-назад. Вперед-назад. Слоумо.

Его обратно-поступательный ритм будто успокаивает.

Но это лишь иллюзия спокойствия.

Коул только начал.

Внезапно его пальцы становятся еще жестче. И он приподнимая мое бедра, уверенно насаживает меня на член.

По животу проходит болезненная волна, я непроизвольно вздрагиваю, но он, не обращая внимания, беспощадно набирает темп.

Вперед-Назад. Вперед-Назад. Вперед-Назад.

Его ладони металлом сжимают бедра. Член раздирает изнутри. Колени и локти болят от трения. Но Коул продолжает. Неумолимо. Не жалея.

Под жесткие толчки, лечу в черную Бездну Вакуума. До невозможности дышать. До немого крика, застрявшего в горле.

Впиваюсь пальцами в ткань дивана. Хочу закричать — «Хватит! Остановись». Пытаюсь активировать в себе глиф смерти. Подняться на другой уровень, как пара Коула-Смерти. Может быть, так будет легче пережить.

Но внезапно понимаю. Я не чувствую свою ведьму. Не чувствую связь с космосом. Даже коннект не чувствую.

Я в глубоком блоке.

Пытаюсь выйти из этого состояния, но не в силах преодолеть бешенный ритм.

«Трахать я тебя буду. Много и разнообразно. Пробивать этот блок будешь тоже сама.» — вспышкой в памяти.

Внезапно Коул останавливается. Но только для смены позы. Подхватывает за талию. Тянет назад. Ставит на ослабевшие ноги и, не выходя из меня, несет к стеклянной панели. Сжимая горло, припечатывает к окну. И продолжает выбивать из меня душу. Не давая мне и шанса пробить блок. Сжав одной рукой мой живот вакуумной ладонью, а второй мое горло, насаживает на член.

До сумасшествия.

До опустошения.

До распад на атомы.

Чувствуя его пальцы на шее, с трудом поварачиваю голову. Бросаю взгляд на его отражение на фоне ночного мегаполиса. Глаза закрыты. Сосредоточен на ощущениях, но лицо ничего не выражает. Лишь бешеный темп и ночной Гонконг. Мерцая ярким неоном, безучастно смотрит на мое падение в Бездну. Становится частью этого жесткого ритуала. Вплетается фоном в Лабиринт смерти.

Вновь пытаюсь нащупать выход из лабиринта. Но бешеная энергетика Коула оседает тяжелым металлическим ядром боли внизу живота. Вытряхивает из меня остатки жизни. По позвоночнику стекают капли холодного пота. Горло сжимают его жесткие пальцы. Но я не жалуюсь. Не прошу пощады. Цепляясь за стекло, сбиваю пальцы в кровь и пытаюсь пробить блок. Выжить в марафоне со Смертью.

Внезапно Коул, еще сильнее обхватив шею, тянет за волосы.

— Не пробьешь блок, пока я не кончу, быстрее завершу эксперимент. — Спокойным шепотом.

И я понимаю, что стою на краю своего существования. Если я не справлюсь, Коул меня ликвидирует.

Черт. Я не смогу. Это, в конце концов, несправедливо. У меня нет сил. Хватит меня мучить… Ктулху, ты слышишь меня? За что? — продолжая впиваться пальцами в стекло. Чувствуя неумолимый темп.

На секунду закрываю глаза. Делаю глубокий вдох и… открывается второе дыхание.

Бесова, прекрати тут истерику «могу-не могу». Перестать распускать нюни и закатывать глаза в обидках. Ты не чел. единица, ничего не понимающая и не контролирующая свою жизнь. Уповающая на доброго Создателя. Ты на другом уровне. Ищи блок.

Если Коул пропускает тебя через этот жесткий коридор, значит, где-то есть еще какая-то хрень, которую ты не видишь. Которую позитивчиком, любовью и лаской не пробить.

Ты забыла постулат своего пребывания в лабиринте, который спасал тебя не раз. Поверни руль в сторону заноса.

И я не сдаюсь. Под неумолимый темп, теряясь в этом лабиринте безумия, пытаюсь нащупать выход. Выйти из блока.

И едва я поменяла вектор мысли, приходит правильная — в этом мне поможет Тенет.

Концентрирую силы. Разворачиваю голову.

— Жестче, милый. Я чувствую. Тебе нравится жесткий секс. Не жалей меня.

Коул сжимает мое горло, усиливая напор, и я улыбаюсь пересохшими губами — он меня понял. Он знает, что мне нужно. Выдыхаю, и мое сознание будто раздваивается. Продолжая чувствовать его захват внутри и снаружи, какая-то часть меня проваливается в вакуум.

Я в огромном кабинете из черного мрамора. За окном ночное небо. Я вижу два женских силуэта. Женщина, сидящая в кресле за массивным стеклянным столом, и девушка с разноцветными глазами, стоящая перед ней. Во второй узнаю себя. Первая — тоже блондинка. Но глаза черные, как и небо за ней. На фоне темного звездного полотна ее белые волосы светятся и отдают платиной.