— Их наказали?

— А я не видела, кто это был, — пожимаю плечами. — Просто вычислила. И эта зона не просматривалась видеокамерами, как потом сказали бабушке.

— Но вы же хотели только предупредить! — искренне негодует Юми.

— В средневековье ведьм сжигали на костре и топили. — Парирую я не без иронии. — После этого случая бабушка запретила мне говорить о моих способностях.

— Ну, я бы тоже запретила, — уверенно.

— Я так злилась и негодовала от обиды тогда… — вспоминаю себя маленькой. — Не понимала. Ведь хотела помочь. А вместо этого получила ожоги. Еще и инфекцию занесла. Грязная была после земли. Поэтому остались рубцы по позвоночнику.

— Ничего не видно! — пытается меня успокоить.

— Позже убирала их лазерной шлифовкой. Но это было уроком. Многие боятся таких, как я. Включают агрессию или, наоборот, высмеивают и называют шарлатанкой. Своеобразная психологическая защита от того, что не могут контролировать и объяснить.

— И вы больше не помогали никому?

— После этого инцидента я очень долго пыталась быть как все. — Усмехаюсь. — Так себя перекрыла, что даже сны перестала видеть.

— Я бы вас поблагодарила и прислушалась. Зря ведьм жгли на кострах…

— Зря… — соглашаюсь я.

— Хм… — задумчиво.

— Что?

— Хорошо, что мистер Коул вас привез в Гонконг.

— Почему? — смотрю с любопытством.

— А зачем ему простая женщина.

Ну, Коулу я тоже не интересна даже не блокированной. Ему скучно и тесно. Поэтому и решил поэкспериментировать. И все-таки. Откуда за мной идет этот смертельный шлейф.

На этой вопросительной ноте я и пытаюсь заснуть позже, после ужина.

Но сон не идет. Занозой сидит неразрешенный вопрос. Дискомфорта придает и блок. Чтобы заглушить неприятный вайб, надеваю наушники и включаю свой любимый сборник. Музыка добавляет настроения.

Встаю с постели и выхожу из спальни. После ванны все еще одолевает жажда.

Шепотом подпевая за «Florence» мрачный трек, спускаюсь босиком на кухню, но свет не включаю. Не хочу потревожить Юми. Вытаскиваю из холодильника стеклянный кувшин. Налив цитрусовую воду в стакан, продолжаю подпевать под низкий мрачный тембр, как внезапно в глаза бьет свет и в арочном проеме появляется Тенет.

От неожиданности подпрыгиваю, рука дергается и содержимое стакана выплескивается на на мою и без того тонкую ночнушку и голые ноги.

Тенет скользит по мне взглядом, и отрываясь, направляется ко мне. А я машинально делаю шаг назад на мокром полу и прикрываю грудь, просвечивающую через тонкое черное кружево.

Тенет приближается ко мне, а в ушах параллельно, будто в такт его шагам слышится мрачный голос Florence.

«Seven devils all around me» [семь дьяволов окружают меня]

Сердце стучит так, что заглушает трек. Крепко прижимаю ладонь к груди. Второй рукой все еще держу полупустой бокал.

Запулить, как когда-то в бойфренда сводной сестры? — первой мыслью.

«I'll be dead before the day is done» [Я умру прежде, чем кончится этот день], — продолжает греметь в ушах хрипловатое контральто и внезапно что-то во мне щелкает. Какая-то мгновенная эмоция в миксе с коротким визом. Будто на долю секунды мое подсознание, сплетясь с этой обстановкой и песней, достало из глубины и выдало нечто очень важное. Но я дергаюсь от приближения Коула и страха насилия, и эмоция с визуалом мгновенно исчезает.

«Бесова. Поверни руль в сторону заноса. Ты только что вспомнила что-то важное, но из-за своего гребанного страха все упустила!» — шиплю я и «поворачиваю». Ставлю стакан на стол. Вытаскиваю наушники. Что случится, то случится. Нужно принять это, как данность. Выпрямляюсь. Наблюдаю за Тенетом с гордо поднятой головой. Приму насилие без вида затравленной мыши.

Подходит ко мне и, не обращая внимания на грудь в кружевах и вызывающий вид, поднимает руки к моей голове. Через нервный ток понимаю, он не пристает. По крайней мере, на данный момент. Его цель — просканировать мое состояние. Сдавливает мои виски. От его жестких прикосновений вздрагиваю. Не отвожу от Тенета взгляда, пытаюсь вспомнить только что увиденную вспышку. Параллельно делаю вид, что контролирую ситуацию. Но даже самой смешно. Пульс зашкаливает, что без труда читает и сам Коул.

— Я полностью восстановилась. — Тем не менее стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно.

Не вру. В больнице меня продержали на сутки больше из-за носового кровотечения. Но оно никак не было связано с утоплением.

Видимо, Тенет того же мнения, потому что если ранее он прикладывал руку к моей грудной клетке, чтобы меня восстановить, сейчас лишь отпускает голову.

— Пей свою воду и иди спать, — ровным тоном. И, развернувшись идет к выходу.

Наблюдая, как он скрывается в арочном проеме, выдыхаю. Сердце колотится. Пытаюсь восстановить пульс. Когда внезапно слышу трель смарта Коула.

— Уже прилетел… — Пауза. — Через десять минут у меня Zoom со Штатами и Лондоном. — Вновь пауза. Усмехается. — Нет. Это надолго. Я сегодня не приеду в Централ.

Значит он еще будет проводить зум-конференцию. Судя по его «иди спать», меня сегодня оставят в покое.

Хмурюсь. Интересно. Кто его ждет там в этом Централе. В груди что-то неприятно царапает.

Наполнив еще один бокал цитрусовой водой с мятой, залпом осушаю его до дна и иду к себе.

Уже заходя в спальню, отмечаю, что из кабинета падает свет, и слышу тихий голос Тенета. С кем-то говорит по-китайски.

— «До пятницы я совершенно свободна», — цитирую я старый мульт и плотно прикрываю за собой дверь.

Проходит два часа. Тенет по-прежнему в кабинете. Не врал, когда сказал «это надолго».

Однако мне по-прежнему не спится. И не потому, что опасаюсь, что Коул внезапно захочет секса и потащит в свою спальню. Он сказал “иди спать”, а это значит, сегодня он трогать меня не будет.

Во-первых, из-за присутствия Тенета. Эта первая ночь, когда он остался в «Башне», и мне непонятна моя странная реакция.

Во-вторых, я пытаюсь вспомнить увиденный на кухне виз.

Иногда, слыша его голос, продолжаю разгадывать загадку. Но блокировка еще та стерва. Ставлю на репит ту же тему Florence и, закрывая глаза, погружаюсь в атмосферу нуар. Может быть, трек поможет.

Проговариваю за Florence каждую строчку. Слушаю в сотый раз одни и те же слова.

Он напряга начинается дикая головная боль. Но я не обращаю внимания. Носом опять пошла кровь. Но я не пугаюсь. Напротив. Вытирая пальцами теплую струйку, продолжаю пробивать блок. Даже не иду в ванную, опасаясь сбить ход мыслей.

Бесова, что еще было недавно? Может быть, как-то тебе поможет. Я разговаривала с Юми. Вспомнила детство. Ожог от кипятка. Откуда у меня тату… «Зря ведьм сжигали на костре». Слышится голос Юми. «Семь дьяволов окружают меня» параллельно гремит в ушах трек.

Думай, Бесова. Думай!

«Что сделано то сделано…»— пою я вместе с Florence, преодолевая адскую головную боль, и внезапно в сознании проносится вспышка.

Резко сажусь на кровати. Я вспомнила эмоцию, схваченную на кухне. И виз, пойманный там же. Очень короткий. Как миг. Как скриншот, выхваченный из другой реальности.

Вытираю кровь с губ простыней. Снимаю наушники. Застываю. Несмотря на адскую головную боль, прокручиваю снова и снова увиденную картинку. Будто опасаясь ее забыть.

Массирую виски. Наконец, когда шум в ушах стихает, отмечаю, что пент погружен в тишину. Тенет закончил Zoom со Штатами. Лишь где-то шумит вода. Видимо, принимает душ. Но и она скоро стихает. Внезапно слышатся шаги. Вновь замираю. Проходит мимо моей спальни. Возможно передумал и решил поехать в Централ. Но лифта не слышу. Зато вновь слышу трель его смарта где-то наверху.

Судя по всему, он ушел на крышу.

Решение приходит молниеносно. Оно такое же сумасшедшее и опасное, как и последние две недели моей жизни. Но мне плевать. Во мне включилась ведьма. Пусть и заблокированная. Я не боюсь умереть.