— Я не знала, что маменька такая! — чуть слышно шепчет Кларисса. — Она ударила меня по щеке, потом схватила за волосы. Я укусила её за другую руку. Тогда она велела меня наказать!

Она опять захлёбывается в рыданиях. А я опять прижимаю её к себе и шепчу на ухо, что никому больше не позволю её обидеть. И обязательно научу, как сделать свой магический огонь горячим.

Грустно всё это. Но я сделаю всё, чтобы её отогреть! Не хочу, чтобы её душа очерствела и ожесточилась. Надеюсь, этого ещё можно избежать.

— Идите, покушайте, голубушки мои! — зовёт нянюшка.

Они с Андреей уже расстелили на земле покрывало, небольшую скатёрку и достали припасы.

— Чаю вот только нет! — сетует она. — Мы с Андреюшкой побоялись костёр-то разжигать!

— Сейчас! — говорю я и беру в руки медный чайник с водой.

Подогреть его, чтобы вода стала горячей — не шутка. После такого чувствуешь себя, как выжатый лимон. А я и так всю ночь не спала. Но чего не сделаешь ради родных и дорогих людей!

Я рву поблизости подходящие травки и кидаю их в воду. А потом концентрирую силу. До кипения довести всё-таки не получается. Но до горячего состояния — вполне.

— Ух ты! — восхищённо шепчет Кларисса. — Научишь меня?

— Конечно! — улыбаюсь я.

Немного через силу, потому что чувствую себя жутко уставшей. Зря я всё-таки это сделала. Вдруг придётся отбиваться от каких-нибудь незваных гостей?

Я по-быстрому прожёвываю ломоть хлеба с сыром и залезаю в экипаж. Кое-как сворачиваюсь на узком сиденье, хорошенько укрывшись предусмотрительно купленным в Намрисе одеялом.

Просыпаюсь уже под вечер. Нянюшка полностью пришла в себя и радостно хлопочет, подсовывая мне еду повкуснее. Умудряясь одновременно выговаривать за возмутительно неблагочестивую мужскую одежду.

Я принимаюсь объяснять, что, во-первых, так безопаснее. Меньше риска, что узнают. Во-вторых, мне всё-таки лошадью править.

Нянюшка вроде и соглашается. Но тут же начинает переживать, что это плохо отразится на моей репутации.

— Ах, оставь! — машу рукой я. — Мне уже нечего терять!

— Ну как же! Тебе ведь ещё замуж выходить! Надо соблюдать приличия-то!

Не могу больше! Прямо закричать хочется, чтобы от меня отстали уже с этим замужеством! Как будто на нём свет клином сошёлся. Даже Анжела, и та намекала уже.

А я не собираюсь выходить замуж просто потому, что так надо! Лучше старой девой останусь.

Да, я обожаю детей. И мечтаю, чтобы у меня тоже когда-нибудь появился малыш. Такой, как Анжелин сынишка. Ну, или дочурка. Мне без разницы. Вот только я хочу родить детей от того, с кем мне будет хорошо. И чтобы обязательно любовь была!

Размечталась. Ты сначала свои проблемы реши! — говорю я себе и печально вздыхаю.

Кларисса подбегает и зовёт меня посмотреть найденные ею неподалёку подснежники. Я беру её за руку и иду.

— Да что же это делается! — восклицает Леара, когда мы всей дружной компанией вваливаемся в её избушку и принимаемся знакомиться. — Совсем ребёнка заморили! Но это мы обязательно поправим!

— Я не ребёнок, мне уже четырнадцать! — возмущённо произносит Кларисса.

За время дороги она успела оттаять душой и вновь обрела свой решительный и даже дерзкий нрав. Леара ласково улыбается в ответ.

Сестра развязывает свой мешок и достаёт вещи, чтобы переложить их в шкаф. Так я и знала! Беру в руки тяжеленную книгу и присматриваюсь к обложке. Это один из томов «Полного уложения законов королевства Лотария»!

— Зачем тебе это? — недоумённо спрашиваю я.

— Это очень интересная книга! — принимается объяснять Кларисса. — Про разные законы и про наши права в том числе! Жаль, что получилось взять только одну. Я ведь целых три из кабинета папеньки утащила!

Ну, ничего себе ребёночек! Ай да сестрёнка! Далеко ведь пойдёт, если получится с учёбой!

Наконец, гости сытно накормлены и устроены. А мы с Леарой до ночи сидим за кухонным столом, уютно освещённым магическим огоньком.

— Нас теперь много, — говорю я. — И я не хочу ни в какую Архизию! Значит, нам надо как-то решать вопрос с жильём и пропитанием.

— Нас много, и это хорошо! — отвечает Леара. — Вместе можно достичь большего!

Она, конечно, права, но я даже не представляю, с какой стороны за это браться. Так, какие-то обрывки идей носятся в воздухе.

А на следующий день к нам заявляется совершенно неожиданный гость.

— Люди говорят, у вас тут беглых невест принимают! — произносит он, вежливо поприветствовав Леару. — А беглого жениха не возьмёте?

Несмотря на его бодрый и весёлый голос, я ощущаю в нём крайнее смущение. Даже с нотками неуверенности и страха.

— Мы всем хорошим людям рады! — отвечает Леара.

— Он правда хороший! — произносит вдруг Луиза и тут же заливается краской и отступает за мою спину.

Морису семнадцать и он из Кирса. Сын ремесленника-мебельщика. Причём старший. А значит, по здешним обычаям, он должен продолжить и унаследовать дело отца. Вот только с этим у него проблема. Потому что душа не лежит к ремеслу.

— Я с детства мечтаю стать целителем! — объясняет он. — А отец с матерью считают это пустой блажью.

— И ничего это не пустое! — опять выскакивает Луиза. — Он столько зверюшек вылечил!

Увы, это Лотария. Я уже успела убедиться, что здесь никому нет дела до душевных устремлений, чувств и, тем более мечтаний. Всё подчинено либо соблюдению закостеневших традиций и приличий, либо банальной материальной выгоде.

— Отец с матерью побоялись, что я сбегу из дома, и решили меня женить! — говорит Морис. — На соседке. Хорошая хозяйка, говорят. И лицом красива. Только у меня с ней ничего общего нет! Она не хочет меня понимать. Для неё главное: я старший сын и унаследую мастерскую. Я не сразу это понял даже. Думал, она меня любит.

Его смущение просто зашкаливает. Но он делает над собой усилие и продолжает:

— Один парень с нашей улицы подстерёг меня и пытался убить! Она с ним раньше встречалась. И даже хотела, чтобы он поговорил с родителями насчёт сватовства. А потом вдруг отказала! Из-за меня. А он по ней ну просто с ума сходит! В общем, я всё взвесил и решил уйти. Так будет лучше для всех.

Сдаётся мне, что у Мориса тоже есть дар. Только какой-то странный. Совсем не такой, как у Леары, Клариссы и Андреи. А ещё он очень добрый и милосердный. Даже с тем своим врагом умудрился разойтись без смертельной драки и судебного разбирательства.

Леара с удовольствием берёт пришельца в ученики. А я задумываюсь о бродящих между людьми слухах про то, что мы привечаем беглых невест. Что принесёт нам завтрашний день?

Впрочем, всё внимание перетягивают на себя насущные заботы. Что мы будем есть и где жить? Запасы еды в кладовой быстро тают. Да и спать на полатях становится тесновато. Морис же и вовсе устраивается на чердаке.

Мы не сидим на месте и расширяем огород. Ещё заводим коз. Я и Леара с помощью магии расчищаем от леса довольно обширную территорию. Я беру лист бумаги и рисую план большой красивой усадьбы.

— По-моему, это слишком! — удивляется Леара. — Давай что-нибудь поскромней! Ну, как мы такой большой дом построим? Да и зачем он нам?

— Знаешь, мне надоело, что все мечтают о том, чтобы убежать в Архизию! — решительно отвечаю я. — Там свобода, там учёба! А здесь что? Уныние и безысходность? Неправильно это! Тем более, раз про нас уже слухи пошли, к нам будут и дальше приходить. Те, кто ищет чего-то большего, чем обывательское прозябание в отведённых традициями рамках! И мы будем их учить! Целительству, магии, у кого дар. Может, ещё чему-нибудь. Здесь будет самый настоящий оазис свободы и знания!

Леара лишь молча качает головой. Сомневается. А я уверена, что всё так и будет!

Рассказываю о своих планах остальным. И слышу в ответ возгласы восхищения и поддержки. Закончив с огородом, мы идём к участку леса, сваленному прошедшим несколько месяцев назад ураганом. Морис, с детства работавший с деревом, выбирает подходящие брёвна.