Но ведь бывают и другие отношения. Взять хоть Миру и Риана. Она рассказывала мне, что именно он помог ей развить дар. Пасынок маминой сестры, он часто гостил в их доме. Он вдохновлял её не бросать нудные тренировки. Давал читать полезные книги.

Получается, он искренне хотел, чтобы его возлюбленная тоже росла и развивалась. Не воспринимал её как конкурента и соперника, над которым надо априори обеспечить собственное превосходство.

Значит, противники равноправия женщин и мужчин — просто неуверенные в себе трусы и слабаки, пытающиеся строить из себя крутых мачо? Похоже, что именно так. Сильному и уверенному ни к чему подавлять других, препятствуя их развитию. Ведь он не боится честной конкуренции. Да и какая конкуренция может быть между мужем и женой? Ведь успех одного — это одновременно и успех другого.

Осознаю, что мне очень повезло тогда, в родном мире. Не заявись я без предупреждения в офис к Дмитрию — разрушила бы свою жизнь, став жертвой самого настоящего тирана. Ведь ему даже подруги мои мешали!

А если бы я ещё и родить успела? Наверняка он бы не погнушался и ребёнком шантажировать!

Что ж, хорошо, что я хоть теперь всё это чётко осознала. Надеюсь, никогда больше не попадусь на сладкие обещания возомнившего себя настоящим мужчиной. А по факту — самого настоящего ничтожества, боящегося доверять и опасающегося даже своей будущей супруги.

Жизнь в пансионе потихоньку возвращается на круги своя. Вот только нам так ничего и не сообщают по поводу происшедшего той ночью. Да и исчезновение Миры служит щедрой пищей для самых разных слухов и домыслов.

Девушки с упоением пересказывают друг другу фантастические истории про её похищение иномирными чудовищами, а то и вовсе адскими тварями. Хотя есть и те, кто склоняется в пользу более прозаических версий, объясняя её исчезновение гибелью от пожара или похищением шайкой разбойников.

Дамы в лиловом буквально сбиваются с ног, не успевая пресекать неподобающие разговоры. Да и всё ещё продолжающееся отсутствие хозяйки пансиона делает своё дело — воспитанницы словно оттаивают душой и начинают чувствовать себя более свободно.

Я пользуюсь этим и активно завожу новые знакомства. И совсем скоро натыкаюсь на ещё одну примечательную девушку. Её зовут Фиона и она из Аргуса. Это второй по величине город королевства.

Она из тех редчайших в Лотарии девушек, которые не мечтают исключительно о замужестве, а пытаются строить собственные планы на жизнь. И, на мой взгляд, они у неё просто замечательные: она мечтает открывать школы для девочек!

А ещё она рассказывает удивительную историю. Про одну благородную девицу, которой удалось избежать принудительного брака.

— Она просто скрывалась от своего опекуна, пока не достигла совершеннолетия! А потом судилась с ним и обрела свободу и своё наследство. Правда, её алчный дядюшка успел промотать родовое поместье, но она не пала духом и стала продавать цветы! Цветочная лавка Ирейны дин Миор, может слышала?

— Цветы? — удивляюсь я.

— Да! Видела бы ты, как изменился наш Аргус после того, как она открыла свою лавку! Он перестал быть серым и унылым! Да что там, к ней даже из столицы приезжают богатые покупатели. А в нашем городе во всех приличных домах заводят цветники и хвастаются ими друг перед другом. И даже появился новый обычай — совершая визиты, приносить с собой букеты!

Ого, это интересно! — соображаю я. — Получается, даже одинокой девушке удалось открыть собственный бизнес!

Я бы тоже не отказалась, вот только меня смущает один момент. Если меня не успеют выдать замуж до совершеннолетия — я обрету личную свободу и смогу отказаться от нежеланного брака. Вот только на что я тогда буду жить? Ведь по закону имуществом распоряжаются близкие родственники-мужчины.

И если я не стану исполнять волю отца, например, выходить замуж, за кого он скажет — он запросто сможет лишить меня наследства или вообще выгнать из дома. Закон же будет на его стороне.

Я постоянно размышляю о том, как буду жить, если придётся порвать отношения с семьёй. Нет, я не боюсь усердной работы. Да и опыт организации бизнеса с нуля у меня есть. В моём прежнем мире.

Но ведь здесь всё совсем иначе! Помимо всего прочего здесь имеется такая вещь, как репутация. И ссора с семьёй означает, что девушка теряет её и становится своего рода изгоем.

Ей уже не светит ни брак с приличным молодым человеком, ни даже единственное считающееся допустимым для благородных девиц занятие вне дома — труд гувернантки. Без разрешения родственника-мужчины, а также достойных рекомендаций — никто не допустит девушку к своим детям.

А для открытия своего дела у меня слишком мало знаний. Наши уроки, хоть и затрагивают некоторые юридические и экономические вопросы ведения хозяйства — капля в море. Я слишком мало знаю о здешней жизни.

Пытаюсь спрашивать у других воспитанниц. Увы, они такие же невежественные в этом, как и я.

Самый любимый урок в нашем пансионе — конечно же, танцы! Только на нём мы становимся такими, какими и должны быть девушки в нашем возрасте — оживлёнными, жизнерадостными и хоть капельку счастливыми.

После усердного заучивания движений под отбиваемый наставницей ритм мы, наконец, начинаем танцевать по-настоящему. Даже под музыку — два раза в неделю в пансион приглашают самый настоящий оркестр, хоть и совсем маленький — всего из трёх музыкантов.

Мы кружимся по залу почти три часа. И это здорово! А ещё можно нормально поговорить, потому что надзирающая за нами наставница сидит на стуле у стены и обращает внимание лишь на правильность движений.

Там-то я и знакомлюсь с Мартой. После нескольких разговоров мы начинаем доверять друг другу. Я рассказываю ей про магию, а она делится секретом своего происхождения.

Она — единственная в пансионе, не принадлежащая к благородным девицам. Всего лишь дочь купца. Правда, её отец очень богат. И это сыграло злую шутку с несчастной. Он поставил себе цель любой ценой выдать дочь за благородного. Именно поэтому и отправил сюда. Да ещё и заплатил за обучение в два раза дороже и без того весьма высокой платы.

— Ты же понимаешь, что приличный благородный на мне не женится! — чуть не плача, сетует Марта. — Либо вдовец в возрасте, либо вообще какой-нибудь неадекват! Жестокий тиран, или просто охотник за приданым. В любом случае мой будущий супруг и его семья будут меня презирать!

Я искренне сочувствую ей.

— Отец говорит, что я должна быть по-змеиному хитрой. Где надо — подольститься, где можно — ужалить в уязвимое место. А я — не такая! Мне и дома-то тяжело было с некоторыми родственничками, которых хлебом не корми, только дай сплести интригу, чтобы насолить близкому!

Я рассказываю ей про цветочницу Ирейну дин Миор.

— Я бы тоже так хотела! — отвечает Марта. — Я ведь многое знаю. И как лавку открыть, и как отношения с клиентами, поставщиками и городской управой правильно строить. У нас в семье все с раннего детства в деле отца на подхвате. Потому и деньги водятся. Вот только не в них счастье-то.

— Расскажи! — буквально вцепляюсь в неё я и со вниманием слушаю про её жизнь и работу в родительском доме при богатой столичной лавке текстильных изделий.

Да уж, без начального капитала тут сложно будет пробиться. Впрочем, до этого ещё дожить надо. Сперва нужно от жениха как-то отделаться.

Я рассчитываю, что эта проблема встанет передо мной лишь в конце весны. Однако судьба решает иначе.

В самом начале первого весеннего месяца в пансион неожиданно возвращается хозяйка. И сразу после завтрака вызывает к себе меня, Андрею и ещё одну воспитанницу.

— Готовьтесь покинуть пансион! — заявляет она.

Мы застываем в абсолютном недоумении.

— Я больше не буду брать воспитанниц с магическим даром! От вас — одни неприятности! Я написала вашим родным, и они со дня на день заберут вас домой!

Ну, дела! — думаю я. — Похоже, всё из-за беглянки Миры. Да и сама хозяйка наверняка отсутствовала по этой же причине. Интересно, как она уладила это с родом дин Кириор? Да и вообще, судя по тому, что в последнее время родители забрали из пансиона нескольких девушек, репутация её заведения явно пошатнулась.