— Слушаю, брат. Надеюсь, ты с добрым известием? Моя невеста плачет и просится обратно?

Иштефан, сидевший за столом, откинувшись на спинке геймерского кресла, допил кофе и угрюмо покосился на принца.

— С недобрым, — пропищал со сдержанной издёвкой. — Твоя невеста остаётся в академии.

— Что у тебя с голосом? — поморщился Юлиарн, подошёл к раковине, заглянул в зеркало и включил воду. — Простыл?

Набрал полные ладони и, отфыркиваясь, принялся яростно умываться. Иштефан саркастично наблюдал за ним, потягивая горький напиток. Наконец, принц кое-как привёл себя в порядок, вытерся и обернулся к сводному брату.

Розовые лучи рассвета освещали просторный кабинет магистра. На ореховом столе серебрился закрытый ноут. Кофемашинка слегка жужжала, готовя очередную порцию капучино. «Брат стал зависим от всех этих людских примочек», — раздражённо подумал Юлиарн.

— Так что с голосом? И с невестой.

— С невестой то же, что и с голосом, — загадочно ответил магистр.

— Объясни, — смирился принц и, рухнув в кресло напротив, забросил ноги на стол, с удовольствием увидев в чёрных глазах гнев.

Но Иштефан, как всегда, сдержал эмоции.

— В Эуджении проснулась магия.

— Чушь, — фыркнул Юлиарн, пожимая плечами. — Ты сам знаешь, что этого не может быть.

— Как тебе мой дискант? — неожиданно поинтересовался магистр.

— Омерзительно. Верни тот голос, что у тебя был.

— Не могу, — развёл руками Иштефан.

— В смысле?

— Эуджения меня заколдовала.

Юлиарн резко вскочил и, опершись о край столешница, перегнулся к нему, всматриваясь. Издевается? Не похоже.

— Ну и? Расколдуйся.

— Моих сил хватило лишь на то, чтобы хоть как-то вернуть себе способность говорить, — усмехнулся Иштефна.

Принц моргнул. Потом ещё.

— Шутишь?

Магистр хмыкнул и снова глотнул кофе.

— Фавны лесные! — потрясённо выдохнул принц. — Но как это возможно⁈ Даже если она разбудила родовой артефакт… Всё равно… Магия людей всегда уступала нашей. Всегда. Положим, она тебя заколдовала. Положим, дар пробудился именно в ней впервые за сотни лет. Поверю. Но она не может быть равна тебе!

— Не равна, — согласился Иштефан, посмеиваясь, — я всё же говорю. Но ты понимаешь, братец: она необученная. Княжна меня заколдовала случайно, чтобы ты понимал. Не вкладывая желания и силу. И вряд ли поняла, что сделала.

Юлиарн отошёл к окну, погладил подбородок.

— Трещины? Откуда? — спросил в недоумении.

— Развлекался с дикарями.

— С ума сошёл?

Иштефан не ответил. Принц всмотрелся в Сумеречный лес, укутанный розовеющим в лучах восхода снегом. Молчал долго. Пока золотистый диск не выглянул над сосновыми макушками.

— Её надо уничтожить, — наконец произнёс хрипло. — Это становится опасно. Слишком опасно. Пожалуй, я передумал жениться. В конце концов, у неё вроде есть сестра. Или две сестры. Женюсь на другой людишке.

— Нет.

Юлиарн изумлённо оглянулся:

— Что?

— Нет. Эуджения останется под моим наблюдением.

— Рехнулся? Или тебе нужен приказ короля?

— Адепты академии находятся под защитой академии, — невозмутимо напомнил Иштефан.

Принц подошёл, положил ладонь магистру на лоб.

— Да вроде не горишь. Стукнулся? Мозги вытекли?

— Хочу сначала изучить этот феномен. Юлиарн, представь, если в них во всех начнут просыпаться настолько мощные дары? Ты хочешь убить одарённую, не разобравшись в причинах пробуждения?

Юлиарн задумался. Пожал плечами.

— Ну ладно. Поступай, как знаешь, — согласился подозрительно мягко. — Ты же у нас самый умный в семье, да? Но учти, если…

— Я помню.

Принц подошёл к фамильному портрету и вдруг услышал:

— Поможешь расколдоваться?

Обернулся, ухмыльнувшись:

— Изучай, братец. Не смею мешать твоей любознательности.

Подмигнул и добавил:

— Маякни, когда созреешь.

И решительно вошёл в Зачарованный замок. Ладно, братец всегда отличался упрямством. И любопытством, едва не стоившим ему… Вот только Юлиарн предпочитал надёжность. И проверенные решения.

— Значит, мне поможет Церсея, — пробормотал устало и выхватил меч.

На охотника устремилась тень, призрачная рука бросила зелёный шар, но принц отбил его, прыгнул и разрубил нападающую.

Проснулась я ближе к вечеру в превосходном настроении. Мне снилось, как бывший грустно скребётся под дверью, умоляя меня разрешить ему войти. Я легла на спину, потянулась и уставилась в потолок. Идеальный план! Единственное — необходимо всё как следует продумать: месть обиженного мага мне не нужна.

А потом я вспомнила, что утром не бегала — слишком устала после лекций. Какой ужас!

Вскочила, приняла душ, переоделась и вышла. Я, конечно, не собиралась повторять вчерашний «подвиг», понятно, что наружу выходить нельзя, но… Почему бы не побегать по фойе, например? Всё лучше, чем ничего.

Когда я сбежала по стеклянным ступенькам, то увидела, что перед входными дверями кто-то стоит. Двое мужчин. Один — рыжеволосый, и его лёгкие прямые волосы шариком сверкают вокруг головы, другой весь тёмный: в коричневом плаще, рясе, в капюшоне, закрывающем лицо.

Люди? В Сумеречном лесу? А… ой, на них же твари могут напасть! Что же они тут делают? Это же опасно!

Я поспешила к несчастным и замерла на последней ступеньке.

А если это — иллюзия? Если это монстры в образе людей? Я растерялась, не зная, что делать. К тому же позы обоих не выражали какого-либо испуга. Рыжий поднял руку и помахал мне приветливо.

Обман? Иллюзия? Или эти ребята в беде?

— Привет, красавица! Не пустишь нас погреться? — весело спросил рыжий. — Мы тут заблудились немного…

— Не пустит, — отрезал Иштефан, подходя.

Оказалось, что он спускается за мной. Магистр встал слева.

— Что у тебя с голосом, Иштефан? — полюбопытствовал рыжий.

— Простыл.

— Тебе, должно быть, говорить больно, — посочувствовал гость, — а тут мы со своими новогодними испытаниями. Какая неприятность!

Иштефан подошёл к двери. Он ведь не собирался их впускать? Я вдруг поняла: он сейчас к ним выйдет. А там… там монстры! Нет, мне не было, конечно, не жаль козла, но…

Стеклянные двери распахнулись, Иштефан вышел в тамбур, и я — не знаю уж как — выскочила за ним.

А я ведь даже куртку не надела!

Мороз тотчас защипал щёки, стоило мне выйти. Снег захрустел под кроссовками.

— И телохранителя взял, — расхохотался рыжий. — Сёма, глянь, какой у магистра телохранитель симпатичный!

Просто я ответственная. «Сам погибай, а товарища выручай», — твердила мне бабушка. И хотя Иштефан товарищем мне не был, всё-таки бросить магистра одного во враждебной среде я не могла. Всё дело только в этом.

Рыжий парень был одет обычно: альпинистская куртка, лыжные штаны, на ногах лыжи, а в руках — палки. Ничего такого, мне на миг показалось, что я дома. Если бы не второй — он был весь увешен амулетами из металла, дерева, перьев. Мне кажется, я даже видела высушенную обезьянью лапку. Ну, надеюсь, что это была именно обезьянья, а не рука ребёнка, например. И множество различного бисера. Он блестел на десятке браслетов, им был расшит плащ из грубой дерюги, им же были украшены дреды странного мужчины.

— Приветствую тебя, магистр Дарх из рода Нирвасов, — пропищал Иштефан, наклонив голову. — И тебя, Семаргл Тёмный. Вы напрасно проделали столь долгий путь: у нас набор был три дня назад. Адепты не готовы к испытаниям.

— Вряд ли это наши проблемы, Тефан.

Рыжий ухмыльнулся пренаглым образом. Я снова посмотрела на него, уже внимательнее: лет… под тридцать, но выглядит очень молодо. В основном, наверное, именно из-за вот этого выражения весёлого, даже скорее безбашенного человека, легкомысленно относящегося к жизни. Над губой — золотая полоска, губы того нежно-розового цвета, который, мне кажется, может быть только у рыжих. Но в чёрных глазах есть что-то хищное. Первое впечатление — шутник-приколист, главный клоун класса. Второе — очень опасный тип, дорогу которому переходить не стоит.