— Есть большая вероятность, что сектанты не сдержат слова.

— Но попробовать стоит. Нельзя же просто сидеть и смотреть, как Эён умирает!

— В худшем случае все закончится тем, что женщин расстреляют прямо на месте. — Син Хэрян говорил ровно, почти спокойно, но в голосе проскальзывала жесткость. — А вы, Мухён, даже не узнаете о случившемся. Нас, — он кивнул на себя и Чжихёка, — тоже, скорее всего, убьют.

Со Чжихёк только пожал плечами.

— Почему сектантам нужны именно вы? — спросил Син Хэрян.

— Я не знаю.

Но мне никогда не удавалось ему врать, — казалось, он видит меня насквозь.

— Когда террористы требуют, чтобы им выдали конкретного человека, то дело обычно в деньгах, в оружии или в важной информации. Или в мести. Если же речь о религиозной организации, то возможно, этот человек имеет для них особую символическую ценность.

ПУЛЯ В ГРУДИ

Часть 5

Син Хэрян, все так же сжимая кружку, спокойно заговорил:

— Сделка, о которой вы с Чжихёком говорили, по сути, означает одно: вы добровольно отдаете сектантам право решать, как именно вас использовать. Во-первых, не стоит питать иллюзий: то, что они велели привести вас, еще не значит, что с вами будут гуманны. Если понадобится, могут прибегнуть к насилию, даже к пыткам. Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что вооруженные до зубов фанатики вообще знают, что такое права человека.

— Но…

— Во-вторых, даже если удастся доставить Эён в госпиталь на Тэхандо, нет никаких гарантий, что там ей смогут оказать помощь. Обычно, если террористы захватывают медицинский объект, они не церемонятся ни с пациентами, ни с врачами. Первыми умирают самые тяжелые пациенты и те врачи, которые добросовестно выполняют свой долг. Или просто не боятся. Здесь есть своя логика: чем меньше людей, которые могут оказывать помощь, тем больше будет жертв среди мирного населения.

Я слушал и чувствовал, как внутри все сжимается. Разве террористы не должны щадить хотя бы врачей? Впрочем, будь у них принципы, они бы не делали того, что делают. Но разве не логично пытаться сократить число пострадавших?

Как до этого дошло? Ведь я — обычный офисный работник. Все, что меня должно было волновать, — это что бы съесть на обед.

— В-третьих, если на станции все настолько вышло из-под контроля, не думаю, что на Тэхандо ситуация принципиально лучше. Да, госпиталь не зальет, но безопасным убежищем его не назовешь. Даже если Пэк Эён, Ким Гаён и Туманако туда доберутся, кто знает, что ждет их внутри? Нам до сих пор неизвестно, где сейчас Чжихён и замком. Велика вероятность, что девушки окажутся в самом эпицентре хаоса. Без защиты. В-четвертых, — Син Хэрян взглянул на меня, — Эён получила ранение не по вашей вине, доктор. И вы не должны брать на себя ответственность за то, что произошло. Проведу простую аналогию. Неполадки в жилом блоке — ответственность инженеров. Ким Гаён не смогла выбраться только потому, что дверь не открылась. Ломать ее или сносить стену — это наша задача. То же самое касается ранений членов моей команды: за это отвечаю я, а не вы, доктор.

Я слушал, не перебивая, но тут кто-то встрял:

— Что? Я?

Услышав свое имя, сонно кутающаяся в одеяло Ким Гаён встрепенулась и испуганно уставилась на нас. Стакан выскользнул у нее из пальцев, но сидевший рядом Чжихёк ловко подхватил его прямо на лету.

Гаён слегка поклонилась ему в знак благодарности и повернулась к нам с Син Хэряном:

— Уронила стакан и окончательно проснулась. Фух… — Она глубоко вздохнула, еще поплотнее укуталась в одеяло и сказала: — Может, я что-то неправильно поняла… но вы всерьез собираетесь отдать меня вооруженным террористам? Я как бы… ну, не очень хочу.

— Э-э-э… Речь не о том, чтобы отправить вас одну, — сказал я, не дожидаясь ответа Син Хэряна. — И уж точно не с какой-то дурной целью. Я пойду вместе с вами.

— Что? Доктор, вы собираетесь с нами? — переспросила Гаён. — Меня зовут Ким Гаён, кстати.

— А, да, приятно познакомиться. Я — Пак Мухён. Эён ранена. Мы с Чжихёком думали о том, чтобы предложить сектантам сделку: я останусь с ними в обмен на то, что вы, Эён и Туманако попадете на Тэхандо.

— Что?! Вы и Эён хотите отдать? Нашу Эён? Ну уж нет! — возмутилась Гаён, вытирая рукавом слюну в уголке губ.

Я почувствовал себя каким-то работорговцем, который собирается продать Пэк Эён в рабство. Начал было объяснять, что можно попытаться обменять одного человека — меня — на то, что у них троих будет возможность выбраться на большую землю, но Гаён уставилась на меня с таким видом, будто я не в себе.

— Мухён, вы что, сын главного гуру этой секты?

— Нет.

— Тогда, может, пожертвовали им кучу денег? Или у вас там связи?

— Что?

— Связи, протекция; называйте как хотите. У европейцев все по дружбе решается, но они любят называть это красивым словом «нетворкинг» — по сути, своя тусовочка, где все друг друга продвигают. В общем, чтобы торговаться на таких условиях, вы должны стоить как минимум троих. Говорите, вас по имени назвали и сказали привести? Так, может, сначала стоит спросить, зачем вы им вообще сдались?

Я не рассказал Син Хэряну и Со Чжихёку о своей способности возвращаться в прошлое не потому, что не доверял им. Просто стоит хотя бы одному человеку узнать об этом — и рано или поздно узнают и сектанты. И совсем неважно, расскажут им по доброй воле, под пытками, по глупости или из лучших побуждений. А я не хочу, чтобы эти психи узнали, что их «эксперимент» удался. Если кто-то напрямую спросит меня, умею ли я возвращаться в прошлое, я спрошу в ответ, в своем ли он уме.

Я повертел в пальцах шоколадку, которую когда-то оставила мне Ю Гыми, и спросил:

— Думаете, они просто так ответят, если спросить? Честно говоря, мне и самому любопытно, зачем я им понадобился. И я не настолько самовлюбленный, чтобы считать, будто моя жизнь стоит трех других. Это все понятно. Но вроде бы на переговорах принято начинать с завышенной ставки, чтобы потом было что сбрасывать.

Из приемной донесся голос Туманако. Она говорила невнятно из-за леденца во рту, но громко:

— Я против! Я никуда не пойду! С вооруженными людьми не бывает никаких переговоров! Такие всегда договариваются только на своих условиях. Раз уж ищут именно тебя, значит, ты им зачем-то нужен! А даже если не нужен, тем более не отдадим! Кто они такие, чтобы людей по списку забирать? Надо им, пусть сами и приходят!

Ну, похоже, именно это сектанты и сделали, ведь в прошлых петлях они оставались на Второй подводной базе…

Неловкая ситуация: из трех человек, которых я собирался отправить на Тэхандо, двое уже четко сказали, что никуда не пойдут. И если бы Пэк Эён была в сознании, сомневаюсь, что она бы радостно согласилась. Я не знал, как теперь быть.

Син Хэрян допил остывшую воду и будничным тоном сказал:

— Они все равно скоро придут сюда.

— Что?

— Перевернув Пэкходон вверх дном, они, скорее всего, направятся в стоматологическую клинику. У человека, который работает здесь всего пять дней, есть только три маршрута — жилой блок, столовая и клиника.

Эй. Вот я, стоматолог, который работает здесь всего пять дней, прямо перед вами стою. Теперь я выгляжу как полный социофоб. …Хотя в целом-то Син Хэрян прав. Я ведь и правда больше никуда особо и не ходил.

Я хмыкнул, даже не зная, смеяться или обижаться, а Со Чжихёк, все это время тихо стоявший у стены, вдруг закатил глаза и произнес:

— Есть способ разобраться с этим делом быстро и просто.

— И какой же? — оживился я.

Со Чжихёк выглядел чертовски серьезно, но, стоило мне задать вопрос, как Син Хэрян уже начал качать головой. Впрочем, Чжихёк это полностью проигнорировал: