— Вы, видимо, такими намеками пытаетесь выведать, не влюблен ли я в жену своего брата? Так позвольте заверить: нет, не влюблен. Я безгранично уважаю её как девушку, личность и свою Императрицу, но не более. И я бы настоятельно рекомендовал Вам оставить в покое её сердечные дела.

«Великий Лес, спасибо, Шионасс!». Наконец-то ему кто-то это сказал, раз уж я не могу выдавать свое присутствие!

Торрелин решительно вошел внутрь, и король Перикулотерра наконец умолк, не став при нем продолжать подобные расспросы. Надеюсь, сейчас он умолк на более долгий срок, чем в прошлый раз!

Ох, мечты… Допустим, личную жизнь Его Величество действительно оставил в покое. Но нетактичные вопросы продолжились, и теперь досталось Ошину и второму выжившему Главе Клана, чуть старше моего брата и со свежей раной поперек лба. Настырный король очень хотел знать, видели они смерть кого-нибудь из членов своих семей, что чувствуют сейчас, оставшись почти последними друисами…

Одному из фригусов это надоело:

— Ваше Величество! Любопытство — безусловно, не порок, но надо знать, когда давать ему волю! Даже мне очевидно, что сразу после потерь такие вопросы будут вызывать лишь боль. Даже для всех гибель почти всех друисов — ужасающее преступление и огромная утрата, что уж говорить о них самих!

— Может быть, Вы поделитесь тем, что происходит на Вашей планете? — тут же предложил Торрелин. — Вам удалось найти убийц Вашего брата?

«Самого себя трудно потерять!» — не без горечи заметила я про себя.

Право слово, вернуться за сутки до убийства брата, чтобы сразу же перенять престол, — это как-то даже оскорбительно!

— Увы, нет. Но, раз уж Вы любезно мне напомнили… Могу ли я попросить Вашей помощи, Император? Если не возражаете, я тоже желал бы побеседовать наедине, как Вы с господином Амдиром парой минут ранее. Уверяю, я не займу много времени!

Не знаю уж, почему, но мне категорически не нравилась эта идея. Тихо оказавшись рядом с Торрелином, я схватила его за запястье, надеясь, что он меня поймет. Но нет, он просто проигнорировал! Осторожно выкрутился из моих пальцев и сложил руки на груди.

— Что ж, для начала мне стоило бы выслушать Вашу просьбу о помощи. Прошу Вас.

Вот же самоуверенный наглец! Нет чтобы жену послушать! Ну неспроста же этот хитрец наедине с Торром поговорить хочет… То ли гадость какую-нибудь скажет, то ли сделает…

В общем, я, естественно, вышла вместе с ними, держась за спиной Торрелина, а в коридоре, благо места было много рядом, встала рядом с ним, слева. Торр, с видом непоколебимой горы, терпеливо ждал, пока король Дагний заговорит.

— Я хотел спросить у Вас, Император… Вы не слишком ли горды?

Торрелин чуть-чуть наклонил голову в сторону. Я улыбнулась тому, что мой муж был, кажется, самым высоким в Совете Астрокварты.

— То есть?

— Три жизни в обмен на мир — так, кажется, предлагал правитель Империи Менд?

Я сцепила зубы. Легко было рассуждать, пока речь шла о посторонних или даже о тебе самом. Но когда дело касается тех, кто близок и дорог — нет, цена становится непомерной.

— Мы уже отклонили это предложение. Не думаю, что Вирран будет столь любезен, — Торр саркастично выделил это слово, — что повторит его.

— Но разве это не приемлемая цена?

— А Вы полагаете, лишив Астрокварту лидеров военного дела, он действительно оставит её в покое?

— Ты и впрямь упрямый мальчишка, — вздохнул каркарем.

И резко дернулся к Торру.

Я совершенно пропустила мгновение, когда в его ладони оказался нож. Успела увидеть лишь блеск стали. И скорее интуитивно, чем осознанно, поняла, что лезвие метит в горло Торру.

Вряд ли от меня было много толка… Но я действовала на эмоциях, попросту не успев задуматься. И толкнула его в сторону. Мне на лицо упало несколько горячих капель. А я рванула вперед. Давние уроки Торрелина вспылил в памяти сами собой: я всегда была прилежной ученицей. И никакая жалость меня уже не останавливала.

Кулаком в подбородок снизу вверх. Потом ребром ладони в открытое горло. Выступающей костяшкой ступни — по коленному суставу. Сломать нос уже о свое колено. Вывихнуть кисть. Потом плечевой сустав.

И, замирая от ужаса, обернуться.

Бледная кожа. Горячая, буйная алая струя крови. Слишком сильная. Он терял слишком много за каждую долю мгновения.

— Шионасс! — прокричала я, бросаясь к Торру и зажимая фонтанирующую рану обеими ладонями.

Дверь распахнулась уже через пару мгновений, и Генерал, едва оглядевшись, тоже побледнел. Его руки легли поверх моих, помогая зажимать рану.

— Кажется, артерию не задело… Близко, но не задело, видишь, он ещё жив, он дышит… А он вообще живучий, из любой беды выкарабкается. Вистра, сбегай за Луко!

Весь шум на какое-то время слился для меня в одно звуковое пятно. Я почти ничего не различала. Только смотрела на стремительно бледнеющее лицо Торра и умоляла его: не бросай меня! Мы столько всего пережили… Не может же всё закончиться вот так!

— Генерал! Император! Там начинается атака на Громарис! Импера… Оу. От кого ждать приказов?

Мы с Шионассом нервно переглянулись. Какие приказы, когда тут Торр… в таком виде⁈ И я начала первой, понимая, что ни на что рациональное вообще не способна!

— Ты лучше меня разбираешься в военных действиях.

— Но Императрица выше по статусу.

— А что толку-то, если я не знаю, что командовать⁈

Я совсем не по-императорски всхлипнула. Толчки крови под моими ладонями, кажется, замедлялись… Это хорошо или плохо? Я не понимала…

— Генерал, уберите руки! Императрица, чуть-чуть… приподнять нужно, я должен увидеть.

Это был голос Луко. Точно, Шионасс же кого-то посылал за ним. Я с трудом заставила себя оторвать пальцы от раны Торрелина. Кровь продолжала бить, кажется, ею был залит весь пол…

— О Пламя… Я понял. Зажмите обратно, как можно крепче! И готовьтесь вставать. Генерал, помогите его переложить…

Кажется, Луко был самым подготовленным из всех. Он пришел сразу с помощниками и носилками. И пока Шионасс и Луко перекладывали на них Торра, я продолжала сжимать его рану на шее.

Думать о том, что случилось и чем нам это грозило, я пока не могла. Мне было всё равно.

Правда, стоило нам пойти в сторону маленького медицинского кабинета, я поскользнулась и чуть было не упала. Осознание, что мои ноги поехали в огромной луже крови моего мужа, вызвало новую волну слез.

— Алатиэль, тише, дыши!

Вистра сжала мои плечи, помогая удержать равновесие. Хотя её голос тоже дрожал. Ещё бы, зрелище, должно быть, впечатляющее…

— Давай, вперед, я с тобой! Мы справимся, и он тоже! Он столько всего преодолел, это просто ещё одно ранение! Да, очень пугающее, но он справится! Ты же знаешь Торрелина! Он ещё возмущаться будет, что все забыли про войну и занимались только им, вот увидишь!

Вистра была, кажется, ожившим голосом нашей надежды. Я не знала, кто, кроме Луко и Шионасса, идет с нами, меня это совершенно не занимало, но она говорила с такой уверенностью и такие светлые вещи, что ей очень хотелось верить. Я думаю, даже наш суровый Генерал цеплялся за эти сбивчивые, но обнадеживающие слова.

Прямо на носилках, чтобы, видимо, не тревожить лишний раз, Торрелина уложили на узкую кровать, другой ингис, помоложе и куда сосредоточеннее меня, сам стал прижимать края раны, отстранив меня… Мой локоть сразу же попал в чужой захват.

Я обернулась, попадая под тяжелый серьезный взгляд нашего врача. Мы все, наверное, уже замучили Луко своими вечными проблемами, ранениями и всем прочим.

— Вам лучше идти, Императрица, — уверенно посоветовал он.

— Нет! Я… я должна быть с ним.

— Нет. Просто сидя рядом и переживая, вы будете отвлекать и его, и нас.

Вокруг Торрелина кружило уже двое ингисов, с бинтами, иглами, ещё какими-то металлическими инструментами…

— Вам лучше отвлечь себя от бессмысленной тревоги. Решите все дела, которые есть, и тогда уже приходите. Если у меня будут новости раньше, чем Вы освободитесь, я приду сам, незамедлительно. Я обещаю.