Первым, с большой радостью, начал друис, оставивший мне шрамы на шее. Он практически с восторгом заявлял, что друисы к битве не приспособлены, совершенно опасности для армии не представляют, и единственное, что могут противопоставить, — ускоренный рост растений.

Я с радостью наблюдала, как император, не стесняясь в уничтожающих выражениях, откинул его мысли как неактуальные. Насмешливо наблюдая за побелевшим друисом, я улыбнулась. Теперь Орионта была под защитой Громариса, и друисы стали более серьезными противниками.

Следующими собирались высказаться фригусы, но…

— Не надо, — отмахнулся от них светловолосый император. И выжидательно уставился на девушку-ингиса.

А та, конечно, рада стараться. Широко улыбнулась, быстро склонила голову и заговорила. И, надо сказать, говорила по делу, вполне четко и уверенно рассказывая и об основных местах расположения различных войск, и примерное соотношение типов оружия, и даже стандартные принципы работы в армии.

Я кусала губы, чтобы не смеяться. Едва вернувшись с неудачного Совета и поженившись, мы с Торром кое-что в организации армии поменяли. Может быть, не так уж принципиально, но всё же реальность теперь заметно отличалась от того, о чем говорила Варлена. Пусть будет сюрприз для правителя Империи Менд!

— Почему улыбаешься? — вдруг перебил Варлену император, некстати обратив внимание на мое веселье. Что ж, я сегодня была полна гениальных идей.

— Представила, как мой муж ломает ей позвоночник! — преувеличенно радостно ответила я и с удовольствием заметила, как немного дернулся знакомый друис. О да, уж он-то знал, что Император Громариса беспощаден к своим врагам! Я тихо засмеялась.

— Ах, наивные девичьи мечты, — местный император тут же потерял ко мне интерес.

Варлена, зло глянув на меня, продолжила рассказ, но, к слову, с куда меньшим энтузиазмом. Наверное, её всё-таки впечатлила эта картина.

Впрочем, не так уж много девушка и рассказала — исключительно в общих чертах, время от времени повторяя одно и то же разными словами. Видимо, пыталась просто выглядеть более важной и нужной. Хотя, сдается мне, её повелитель не оценит такую трату времени. А я с удовольствием посмотрю на его гнев, пока он направлен не на меня.

Затем пришла очередь трех каркаремов. И их поведение меня удивило. Печально переглянувшись, двое юношей и мужчина заявили, что были бы счастливы помочь Повелителю информацией, но не знают ничего стратегически важного, лишь общеизвестные факты.

— Хоть кто-то здесь бывает честным, — оценил их прямоту император, сдержанно улыбнувшись. И тут же сурово глянул на девушку-ингиса. — А вот ты меня в который раз разочаровываешь… Может, моя игрушка была права, и ты тоже хочешь получить рабский ошейник?

Черно-белая девушка — именно так она выглядела в этот миг. Черная одежда, черные волосы, темные глаза и ужасающе белая кожа. Оживший карандашный рисунок.

А я поморщилась от слова «игрушка». Что-то неестественное и, как мне казалось, ужасающее было в этом обращении. Жаль, что я не могла запретить меня так называть. С моего похитителя станется вообще забыть другие обращения…

— Ладно, я всё понял, — венценосный блондин махнул рукой и опасно улыбнулся. — Все вон! Кроме… Ниора.

Брат дернулся, но головы не поднял. Терпеливо ждал, пока все уйдут. А я гадала, что же придумал ещё…

— Ты так и не выполнил мой приказ, — демонстративно спокойно сказал Ниору его повелитель, сложив руки на груди. — Выполняй сейчас. Будешь бить мою игрушку так, как я скажу. Первый удар — кулаком по губам. Ну!

Только на последнем слове брат поднялся. Двинулся ко мне, опустив голову. Шел медленно-медленно, как на казнь, хотя бить должны были именно меня. И замер чуть дальше, чем в прошлый раз. Впрочем, сейчас я и не пыталась сопротивляться. Во-первых, теперь братец будет учитывать такую возможность, а во-вторых, у меня было ощущение, что сейчас император ломает в основном его, а не меня…

— Кстати, она ведь права. Вы, как-никак, семья, — в прохладном голосе повелителя прорезались откровенно саркастичные нотки, — удостой же сестрёнку взглядом!

Я и без того смотрела на друиса во все глаза. Поэтому хорошо видела, как сперва напряглись мышцы на его плечах и шее, как томительно-медленно (а может, через силу?) он стал поднимать голову… пока зелёные глаза, слишком похожие на мои, не наткнулись на мой взгляд — я надеялась, достаточно выразительный.

Он сглотнул. Кровь под его носом была размазана. Но сам нос казался ровным, видимо, сломать его у меня так и не получилось. А глаза… я не могла понять его взгляда. Но какая разница, о чем думает, если он всё равно поднимет на меня руку?

— Бей. Сейчас же.

Ниор снова сглотнул и сжал кулак. Удар был быстрым и, надо признать, болезненным. Брат не пожалел сил. Меня отшатнуло к стене, и я уперлась лопатками в холодный белоснежный мрамор. Лицо горело.

— Неплохо. Пни в живот.

Брат стремительно, практически «с душой» выполнил и этот приказ.

И следующий. И ещё один. И ещё много…

Мне кажется, даже когда я чуть не умерла в когтях другого друиса, мне было не так больно. А сейчас горело всё тело, мышцы жгло, словно по венам пустили огонь, а каждый вздох отдавался болью в отбитых ребрах. Надеюсь, они хотя бы не сломаны…

— Ладно, довольно. Ты неплохо потрудился.

Преодолевая себя, я приподняла голову. Непривычно короткие волосы немного занавешивали обзор, но я разглядела фигуру императора, который сидел, развалившись, и явно наслаждался зрелищем.

Ненавижу. Как же я их обоих ненавижу!..

— Может быть, игрушка хочет что-то сказать? — издевательски осведомился «Повелитель».

Я усмехнулась. А потом неожиданно даже для себя расхохоталась. Нервно, болезненно, временами задыхаясь. Наверное, это была истерика. Но они ждали, и вскоре я всё же снова поймала взгляд Ниора.

— Знаешь, бра-а-а-ат… Хоть из нас двоих ошейник на мне, именно ты здесь — раб! — хрипло выдала я мысль, которая крутилась в голове в последние минуты. Такая слепая беспомощная покорность — что может быть унизительнее? Особенно когда даже не пытаешься сопротивляться.

Может быть, схожие мысли одолевали и Ниора, поскольку он вздрогнул. Но отвечать не стал, а может, у него не нашлось, что сказать.

— Свободен, — коротко скомандовал ему «повелитель». Друис, обозначив поклон, ушел. Снова даже не оглянувшись.

Впрочем, не думаю, что я бы сумела его простить, даже если бы он искренне раскаялся.

Я перевела взгляд на последнего оставшегося собеседника.

— За что ты наказывал его?

Император приподнял светлую бровь, изучая меня. Кажется, не ожидал, что я посмею к нему лезть с вопросами! Но, как ни странно, он всё же ответил:

— Именно он на пару с Варленой был ответственен за ваше с рыженькой исчезновение и смерть. Но они провалились. А потом я узнал, что он ещё и посмел с тобой связаться. Из-за этого планы могли рухнуть. И за такое надо платить.

Я криво улыбнулась, тут же поморщившись от боли в разбитых губах. Интересный способ наказать друиса за его попытку помочь сестре…

— Иронично, что ты сильнее всех моих помощников, — мужчина задумчиво постучал пальцами по столу. — Хотя, как ты верно заметила, единственная из всех выходцев из Астрокварты в цепях… Впрочем, твоя сила ненадолго! — он снова предвкушающе улыбнулся, немного напугав меня резкой сменой настроения. — Скоро будешь сломанной, покорной и ничтожной, вот увидишь!

Он мне ещё и подмигнул! А потом, прихватив свои бумажки, скрылся за дверью.

Я откинула голову на стену. Мне жутко хотелось пить. И оказаться подальше отсюда.

Что-то холодное звонко стукнулось о мои зубы. Я попыталась открыть глаза, но это удалось мне не сразу. А когда удалось — я на миг задохнулась от удивления.

Рядом со мной на коленях сидел брат. И он прижимал к моим губам железную чашку… с водой? Не может быть! Задвинув подальше желание огрызнуться, я жадно принялась глотать это чудо. С ума сойти, вода! Холодная, чистая, свежая — настоящее наслаждение! Я выпила всю чашку едва ли не за пару мгновений. Мучительная жажда немного отступила. Хотя я бы не отказалась от ещё парочки таких же чашек.