У меня не хватало больше силы воли на то, чтобы сопротивляться искушению в её лице. Мне всегда теперь хотелось быть рядом с ней. Неразрывно. Навсегда.
Представлял бы я год назад, как привяжусь к милой соседке…
Что ж, теперь я, во всяком случае, знал, что не всегда и не всё можно контролировать разумом.
Мои поцелуи сами собой скользнули по щекам, по шее, вызывая у девушки слабый стон. Я не знал, как далеко бы нас обоих унесло, если бы не резкий крик какой-то птицы прямо над нашими головами, из-за которого мы вздрогнули, немного отшатнувшись друг от друга.
— Ой, — Вистра слабо хихикнула и уперлась лбом мне в плечо. — Мы, кажется, кхм… увлеклись!
Я улыбнулся, обнимая её. Подразнил:
— Разве ты сама не была «за»?
— А это и не упрек! — довольно возразила она. Щеки и губы у неё раскраснелись. Она резво поднялась на ноги, стремясь куда-то дальше: — Пойдем-пойдем!
Правда, на первом же шаге её заметно пошатнуло, и мне пришлось подхватывать её на руки, чтобы спасти от падения.
Я в который раз поблагодарил и собственную предусмотрительность, и помощь Торрелина. Ещё когда мы только стали соседями, и каждое утро ингис начинал с физических упражнений, я решил к нему присоединиться в этих занятиях. Без хоть сколько-нибудь развитых мышц, может быть, наши дела были бы хуже. По меньшей мере, я не смог бы носить на руках Вистру или вытащить Алатиэль из заброшенной подземной лаборатории на Инновии.
Всё-таки надо не забыть связаться с Императорской четой. И ещё поговорить с Торром о той подставе со свадьбой… Мы вообще-то собирались предлагать семейную жизнь нашим девушкам одновременно! А он всё провернул тайком — ох и выскажу я ему при встрече!
— Такой ты чудной, когда злишься, — сказала вдруг Вистра, проходясь кончиками пальцев по моему лбу.
— С чего ты взяла, что я злюсь? — переспросил я.
— А ты прищурился так… по-особенному. И губы сжал. На кого злишься? — с любопытством спросила каркарема.
Ну и как на это отвечать? Если я начну объяснять причину — я как будто уже предлагаю прям выходить за меня замуж… А я хотел, чтобы всё было торжественно и красиво, а не на бегу среди леса заброшенной планеты.
— Потом расскажу, — я хитро ей улыбнулся и подмигнул.
Вистра вздохнула и указала рукой чуть правее, словно уже прекрасно знала окрестности:
— Во-о-о-он туда надо!
— Ты когда успела-то тут всё обойти? Уходила минут на 10…
Каркарема звонко рассмеялась, запрокинув голову.
— Амдир, иногда ты меня поражаешь!
— Только иногда? — я грустно вздохнул. — Я-то думал, я всегда поразительный…
Девушка снова посмеялась.
— Меня вообще-то почти час не было!
В смысле — час⁈
Я споткнулся, и мы оба чуть не упали, я едва успел восстановить равновесие.
— Ты шутишь… — не поверил я.
Неужели я в самом деле так увлекся сбором техники и любовании природой, что не заметил бег времени?..
— Чудо ты мое!.. О, смотри!
Я глянул вперед, прослеживая взглядом направление её руки.
Девушка показывала на небольшое здание из дерева, затерянное посреди леса. Я поставил спутницу на ноги, не без опаски приближаясь к некогда аккуратному строению.
Это было что-то вроде дома — на сарай или нечто подобное не походило. Сквозь окна проросли кусты, крыша наполовину обвалилась. Тонкий ствол какого-то молодого дерева пробил дырку в стене.
Разруха и заброшенность чувствовались в каждой мелочи.
— И зачем нам это печальное строение? — поинтересовался я у Вистры.
Каркарема весело растрепала мне волосы. И я снова отвлекся от разумных мыслей, всем существом зацепившись за прохладные пальцы…
Вот как она это делает? Мы только что целовались как сумасшедшие, а один её жест — и я снова у её ног. Даже если не фактически, то, по крайней мере, по ощущениям. Я даже не разобрал слов, хотя она мне и ответила. Интересно, это когда-нибудь пройдет?
— Амдир?
Я потер лоб. Ну не дело всё время растекаться восторженной лужицей! У нас тут дело вообще-то, важное и ответственное.
— Повтори, пожалуйста, я отвлекся.
— Сам спросил и сам отвлекся, самостоятельный какой! — справедливо возмутилась Вистра.
— Прости. Так зачем нам это здание?
— Мы же не будем вечно использовать только наш корабль. Нам нужно строение на земле, настоящее. Хранить что-нибудь, или спать, или ещё что-то такое… Ну, ты же понимаешь! В общем, мне кажется, мы могли бы немного отремонтировать его и использовать! Скажи, ведь хорошая мысль? Я у тебя умница!
Мне всегда становилось смешно, когда Вистра начинала тараторить, как какая-нибудь милая птичка. А уж сейчас, после такого гордого вывода, удерживаться от смеха стало совсем уж сложно. Но я справился — тоже молодец!
— Да, действительно хорошая мысль, — важно покивал я, кусая изнутри щеку.
К счастью, моя вспыльчивая каркарема не заметила сарказма. И вместо того, чтобы ругаться, она потащила меня ближе к дому.
— Как думаешь, много времени ремонт займет?
Я вошел внутрь. Пол был выстлан досками, но сейчас, под действием времени и погоды, они только портили дело. Их стоило бы убрать полностью. Стены были неплохими — кроме тех дырок под деревья, конечно, — основную свою защитную функцию они худо-бедно выполняли. А вот крыша… Я задрал голову и вздохнул. Крыши скорее не было, чем она была. Так, несколько балок да досок, скорее как знак, что когда-то настил там действительно был. От дождя бы теперь эти жалкие остатки не защитили бы.
— Пол и крышу — на замену, — констатировал я. — По времени… честно говоря, строительными работами я ещё не занимался, поэтому время не оценю. Но поработать есть над чем.
— Но ведь это будет того стоить! — просияла подруга.
Пришлось согласиться.
Когда мы притащили сюда же других фригусов, они нас вполне поддержали. Было решено в отсутствие крыши оставлять здесь то, что не могло повредиться природой, а когда мы исправим основные недостатки здания, оно вполне подойдет как более универсальное хранилище: для инструментов, техники, запасов и, может быть, самого тенебрия. Если, конечно, наша идея с его поиском и добычей всё же увенчается успехом.
Вот тогда все мои товарищи, что ругались на забитый до отказа корабль, всё же оценили мою предусмотрительность. Мало того, что я взял с собой кучу инструмента для работы с металлом (как, интересно, все собирались обходиться без него⁈), я прихватил и всё нужное для дерева. Поэтому уж теперь, когда нам потребовалась крыша, которую мы бы вряд ли сумели здесь изваять из тенебрия, все вспомнили о той куче «барахла», которую я привез.
— Амдир, ты гений! — говорили они мне.
Слово «гений» вызывало у меня странные чувства.
Я не был гением. Я хорошо это осознавал. У меня была лишь крохотная искра способностей и много-много усилий.
Я не хотел был бесполезным сиротой. С ранних-ранних лет пытался стать нужным и полезным. А что на Инновии ценится больше светлой технической головы? Верно, ничего. Вот и я учился не покладая рук с самого детства. За острый ум, который я упорно развивал не по годам, некоторые другие дети меня ненавидели, а ещё часть — уважали.
А я просто не хотел быть обузой.
Со временем, конечно, я стал понимать, что нужно общаться с другими, не замыкаясь в мире цифр и техники, подружился с бойкой компанией, незаметно став в ней своим… Но, кажется, эта жажда «быть нужным» никуда не делась.
А слово «гений» только напоминало об этом.
Лишь к вечеру я, перебирая в памяти список всех дел, вспомнил о данном Алатиэли обещании. Мы уже поужинали грибным супом (от души надеясь, что найденные нами грибы были съедобными и безвредными — в ботанике никто из нас не разбирался), и сейчас мы с Вистрой просто сидели в обнимку у борта корабля, глядя на далекие серебряные искры звезд.
— Мы обещали позвонить нашим Императорам Громариса, когда доберемся, — напомнил я.
— Ой, точно! — каркарема едва ли не подпрыгнула от нетерпения. — Давай, звони!
