И ударила ножом сама, куда смогла. Вирран выпустил меня, отшатнувшись, на его животе расплывалось кровавое пятно… Я сглотнула, кажется, вместе с собственной кровью… и рванула вперед, всаживая нож в его грудь, туда, где билось бездушное сердце.

Вирран странно захрипел. Его глаза были удивленными и огромными-огромными. По подбородку потекла кровь. Но он ещё был жив, хотя и шатался. И я провернула лезвие.

Тело упало с неестественным стуком. Я тоже тяжело осела на пол, наблюдая за ним, словно убеждая себя, что всё закончилось. И лишь через несколько минут абсолютной тишины я поверила.

Я это сделала. Я его убила. Я… освободилась. Навсегда. И хотя теперь пульсировало от боли запястье и жгло рассеченное лицо, я улыбалась. Глупо и счастливо улыбалась. Потому что больше никто не наденет на меня ошейник. И никто не пошлет убийц к моему мужу.

Я свободна.

Но теперь надо было вернуться к своим. Я знала дорогу, и мне не нужно было искать в огромном дворце цель, но… кровь. Я была вся в крови! Я вытерла ладони о свои штаны, но что делать с лицом? Кровь продолжала течь, и если я буду идти, отмечая путь каплями крови, меня могут заметить прежде, чем я покину дворец.

В итоге я оторвала часть ткани от рукава Виррана, сложила пополам и прижала к лицу. Щелкнул замок, я проверила, что мимикрия не подводит… И, как могла быстро, помчалась к выходу.

На первом этаже суматоха достигла каких-то неестественных размахов. И многие носили в одном и том же направлении емкости с водой. Странно…

Лишь спустя минуту я из обрывков разговоров поняла, что на кухне вдруг почему-то вспыхнул пожар. И теперь внимание всего дворца было именно там, а не вокруг их сумасшедшего императора.

Я улыбнулась неповрежденной половиной губ. Кажется, я вдвойне задолжала сыну Виррана.

Благодаря пожару я покинула дворец без особых усилий и со всех ног побежала к нашему кораблю. Странно, что император не спросил, как я сюда попала. Но, видимо, он считал, что у него ещё будет время это узнать. Ну-ну!

Задыхаясь от быстрого бега и наглотавшись за время пути своей же крови, я кое-как уже вползла к двери нашего корабля и правой рукой забарабанила в железную дверь, освобождаясь от мимикрии.

«Интересно, за сколько я управилась?» — задумалась я, пока дверь отъезжала в сторону. И почему-то чуть не ввалилась внутрь, как будто ноги переставали держать.

Вистра звонко и испуганно ахнула, увидев мое лицо. Я пока не хотела даже задумываться, как я выгляжу. Наверняка отвратительно.

Я стала сползать вниз по стене, уже внутри корабля.

— Вистра, пиши Амдиру. Я справилась. Пусть начинают. Мы возвращаемся. И мне нужен Заин… левое запястье…

Основные команды я раздать успела, но всё равно нормально не договорила. Просто отключилась. По-моему, у меня просто кончились нервы. Хорошо ещё, что я не потеряла сознание прямо возле тела Виррана…

Как оказалось позже, я провалялась без сознания три дня, перепугав всех до невозможности. Едва очнулась — и Вистра высказала всё, что у неё накопилось за эти дни. Её возмущенная, непрерывная речь заняла почти полчаса, но после этого она просто обняла меня, заплакала и призналась, что просто очень за меня испугалась. Я ничуть не обижалась. Наверное, тоже испугалась бы, если бы моя подруга так долго не приходила в себя.

Запястье у меня оказалось просто вывихнуто, Заин успел его вправить и туго забинтовал, чтобы восстанавливалось. А вот с лицом было сложнее. Вирран уродовал меня с душой, и рану пришлось сшивать. Молодой врач даже, уныло повесив голову, сказал, что опасается, что шрам так и останется.

Мне оставалось только философски пожимать плечами. Шрамы на спине, начавшаяся в 21 год седина, теперь ещё шрам на лице… Да уж, я становилась прям нереальной красоткой.

Но внутри… я чувствовала, что стала спокойнее. Я была права, считая, что смерть Виррана убьет и мой страх перед ним. Хоть тревога ещё и оставалась, но легкая, естественная, не такая всепоглощающая, как накрывала меня раньше временами. Так что, несмотря ни на боль, ни на его ядовитые слова, я не жалела о том, что было.

— Кстати… Торрелин очнулся, как раз пока ты была в Империи.

Я подобралась, чувствуя, как сердце сбилось с привычного ритма.

— Он в порядке? Хорошо восстановился? Никаких проблем нет?

Вистра звонко засмеялась.

— Нет-нет, он в порядке! Луко пока просит его не напрягаться, но он сопротивляется и всё рвется чем-нибудь заняться.

Я невольно улыбнулась, тут же дрогнув от боли в рассеченном лице. Это было вполне похоже на него…

— Про меня сказал что-нибудь? — помолчав, спросила я. Тихо. Потому что догадывалась, в каком он гневе…

— Не особо, — Вистра пожала плечами. — Сказал, что рад, что ты жива, и что ждет на Громарисе. Видимо, высказываться об этой идее он будет лично. А уж увидев тебя…

Подруга осеклась, смешно хлопнув себя по губам.

— Ой. Прости, я… не хотела.

— Очень плохо, да? — вздохнула я, откидываясь на подушки.

Я никак не могла собраться с силами и посмотреть на себя в зеркало. Мне было просто страшно увидеть тот ужас, в который превратилось лицо.

Вистра немного помялась, но попыталась найти компромисс между правдой и нежеланием меня обидеть:

— Плохо, но не очень, надо просто, чтобы зажило! Потом будет не так уж страшно, вот увидишь!

Да, только вот Торрелин меня увидит не особо «потом»… За три оставшихся дня полета я точно не стану выглядеть как обычно.

Ещё и мои сомнения… Не хотелось бы цепляться за слова врага, которого я лично убила, но и забыть их я не могла. Во мне ведь действительно не было ничего, что заставляло бы меня всерьез за что-то любить и уважать. И от этого понимания становилось неуютно и даже холодно. Может быть, мое место вовсе не там, где все говорят?..

Наверное, по мне было заметно, что я не конца пришла в себя после этой вылазки в Империю Менд. Во всяком случае, Вистра не слишком меня забалтывала, а на мое напоминание, что мы хотели заняться её тренировками, она и вовсе отмахнулась, заявив, что после ещё всё успеем.

В каком-то смысле, наверное, она была права. Судя по тому, что Вирран копался в своих бумагах в гордом одиночестве, он никому не доверял. А это значило, в свою очередь, что без него решения будут приниматься медленно, неизвестно кем и вряд ли достаточно взвешенные и учитывающие все детали. Словом, как раз так, как мы и хотели. И одолеть такого врага, конечно, будет проще.

В общем, Вистра болтала через связной браслет с Амдиром (кажется, эта парочка уже успела помириться), ингисы ко мне почти не обращались, только Заин время от времени проверял руку и лицо… Пользуясь возможностью, я почти всё время спала.

Правда, кошмары, которые при Торрелине исчезали, сейчас снова стали возвращаться. То мне вновь казалось, что я подвешена на цепях в той белоснежной комнате, то видела, как хлещет кровь из раны на шее Торрелина… Каждый раз, просыпаясь, я тянулась к знакомой горячей руке, не сразу вспоминая, что Торра рядом не было. Засыпала обратно я долго, убеждая себя, что Вирран больше никому не причинит вреда.

К счастью, лететь оставалось недолго, и вскоре мы приземлились на Громарис. Часть войск Астрокварты уже отправилась к Империи Менд, но и Торрелин, и Амдир, и Шионасс пока оставались здесь, дожидаясь нас.

Я боялась покидать корабль. Знала, что где-то там был Торр, но кто бы знал, как мне не хотелось показываться ему в таком виде!..

— Алатиэль, ты выходишь? — звонко и радостно окликнула меня Вистра. — Все ингисы уже ушли, я тоже готова, а ты?

— Иди, — кивнула я. — Я… я сейчас тоже уже пойду.

Как только найду в себе достаточно смелости…

Но минута проходила за минутой, а ничего не менялось. Никакой смелости так и не появилось. И со вздохом я пошла сдаваться мужу, как была.

Входная дверь корабля осталась открытой, и мне не пришлось даже разбираться с её механизмами. Я осторожно вышла наружу, гадая, где искать Торрелина, да так и остановилась.