Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь, чтобы отправить очередной караван судов в Синопу или Амис, Махар принужден был давать ему охрану из десятков военных кораблей, которые могли бы противостоять вражеским нападениям.

Торговые корабли гибли в пути, и пантикапейские судовладельцы, стремясь избежать полного разорения, стали уклоняться от повинности по перевозке царских грузов через море. Придумывали разные отговорки, ставили суда на ремонт.

– Кому хочется, чтобы его корабль был потоплен или оказался в руках пиратов! – говорили судовладельцы между собою.

– А ведь дохода никакого! – сетовали люди торговые. – Было бы для чего рисковать. Уже сколько погибло кораблей с людьми и грузами!

До ушей Махара доходили эти суждения и приводили его в ярость.

– Низкие люди! – кричал он в бешенстве. – Они не понимают, что все делается для великой победы моего отца, а их повелителя и государя! Он сторицей вернет их потери! А кто погибнет ради дела Митридата, тот будет восславлен в веках! А его потомки будут пользоваться неизменной свободой торговли в царстве Митридата!.. Чего же еще?..

Но и груженые корабли стояли в гавани без надежных экипажей. Сервилий и пираты отпугнули самых смелых. Моряки предпочитали бродить по рынку и спать под городскими стенами, перебиваясь нищенством и воровством, чем плыть на верную гибель.

Здесь опять выдвинулся Асандр, который готов был рискнуть головой ради собственного успеха и возможности пополнить пустующий кошелек. Он решил обратиться к Махару с предложением своих услуг, но сначала уединился с Панталеоном, желая посоветоваться с ним, как с верным другом и опытным моряком.

– Мы, Панталеон, – сказал Асандр, – одними оргиями евпатористов и даже службой в отрядах по сбору налогов не поправим наших дел!

– Это так. Но уже то хорошо, что мы ежедневно сыты и даже пьяны!

– Стоит разгневаться Махару – и все это полетит вверх ногами!

– Ты что-то задумал?

– Задумал, друг! Хочу возглавить флотилию кораблей, которые идут в Синопу с грузами для Митридата! И охрану тоже взять на себя!..

– Ого!.. Это дело опасное, может, даже безнадежное! Сервилий сейчас силен и нападает смело! Да и экипажи ненадежны!

– Но другого пути показать свое рвение и получить награду нет!.. А мы ведь никогда трусами не были! К тому же надо сделать это в удачный миг, когда пантикапейские мореходы струсили, а судовладельцы заявили, что корабли, мол, они дали бы, да вот хороших экипажей нет!.. Мы-то и дадим эти экипажи! Сейчас Махару преданные и смелые люди вот как нужны!.. Тебе моряки поверят, если ты поговоришь с ними, посулишь хорошую оплату!.. Скажешь им, что во главе каравана будем мы! Ты, Панталеон, и я!

– Ты и я?.. Это дело серьезное, – покрутил головой Панталеон. – Но как ты себе это представляешь? Рассчитываешь остаться живым и получить награду от Махара?

– Не только это. Я думаю договориться с некоторыми купцами, мы повезем их товары и за морем продадим за выгодную цену! Привезем купцам их выручку и получим свою долю!

– Это было бы неплохо! Сейчас в Понте дороговизна, и каждый, кто прибудет туда с продовольствием, получит большую прибыль!

– Именно так. Значит, ты согласен?

– Пожалуй, да!

– Ты будешь моим проревсом. А по возвращении получишь ненамного меньше меня. Только набери ребят надежных… Я же выберу лучших из фиаситов!

– Я согласен, ибо верю, что боги споспешествуют тебе. Верю в твое счастье! Да и не только я, за тобой пойдут все – моряки и «ледовые братья»!

– А я уверен в твоих талантах флотоводца!.. Благо за собою их не чувствую. Итак, принесем жертвы Афродите Судоначальнице и Аполлону Дельфинию, укротителю бурь, и спросим их милости!

– Да будут боги милостивы к нам, я готов!.. Дерзай!

В это время Махар ломал голову, думая, как обеспечить отправку очередного каравана кораблей и их неуязвимость в пути. И кипел от негодования. Его возмущали хитрость и двоедушие боспорских судовладельцев, равно как и трусость моряков, что боятся пуститься в плавание.

– Они еще пожалеют об этом! – угрожающе говорил он, сжимая волосатый кулак.

Предложение Асандра показалось ему дерзким. Но когда тот резонно изложил свой замысел, рассказал, что набирает преданных людей, верных Митридату, которые пойдут на любой риск, наместник задумался.

– Иди, потом получишь ответ, – сказал он надменно.

И тут же подумал, что, пожалуй, этот Асандр нисколько не хуже тех, на кого он мог рассчитывать. Преданность Асандра и его незаурядный талант вожака, за которым охотно идут смелые и сильные люди, были вне сомнения.

На другой день Пантикапей облетела весть, что Асандр вновь оказался впереди других, что его новая выходка принесла ему удачу. Он получил должность наварха, хотя лишь на одно плавание и ценою огромного риска.

– Вот теперь-то он сломает шею, – обрадовались недоброжелатели из числа Ахаменов и Гераклидов, – живым ему не вернуться!

– Кто знает, – качали головами горожане победнее. – Боги капризны и иногда помогают очень смелым, бесшабашным людям!

XV

Собираясь в дальнее плавание, Асандр сказал Гиерону:

– Готовься стать моряком. Да приоденься получше. Вот, возьми, я купил тебе хорошую накидку, и недорого! Какой-то пьяный купец продал ее старьевщику, а тот – мне!..

Гиерон с изумлением узнал ту самую накидку, которая досталась ему от Микста и была позже оставлена в домике Евпории. «Пьяный купец» был не кто иной, как Клитарх по прозвищу Жаба. Это он продал накидку и пропил деньги!

Гиерон с внутренним содроганием думал о предстоящем путешествии. Ему грезились страшные бури и не менее страшные встречи с пиратскими судами, а то и римскими быстроходными либурнами.

«Видно, от судьбы не уйдешь, – подумал он с тайным воздыханием. – Я хотел стать пиратом, но побоялся!.. За это боги решили посмеяться надо мною, они устроили все так, чтобы я попал-таки на море и испытал на себе его гнев!»

Ему сильно захотелось побывать у Евпории, оправдаться перед нею за невыполненное намерение бежать в пираты. «Теперь-то она уже не будет смеяться, ведь не по своей воле отправляюсь я в плавание. Причем наверняка и бесповоротно!.. Боги что-то задумали!»

Опоясавшись коротким мечом, Гиерон накинул на плечи старый плащ, а подарок хозяина аккуратно свернул и взял под мышку. Через полчаса он был у калитки Евпории и засвистал дроздом, давая знать о себе.

– Тсс… – встретила его озабоченная и заплаканная Дидона, приложив палец к губам. – Послушай!

Из глубины домика, окруженного цветочными клумбами, доносились глухие звуки ударов вперемежку с грубой бранью и женскими воплями.

– Это хозяин Клитарх наказывает Евпорию!

Гиерон отстранил служанку и приблизился к дверям дома.

– Зазналась, подлая, зазналась! – слышался гневный голос Клитарха. – Отказываешь выгодным гостям, жрешь и пьешь хозяйское, а что даешь мне?

– О Клитарх! – отвечала Евпория, рыдая. – Но эти гости – грязные матросы, деревенские скотоводы, не умеют сказать приличного слова и дышат луком и чесноком! Они противны мне!

– Они несут деньги – это главное! А что они тебе противны, меня не касается!

– Пойми, Клитарх, после этой неумытой оравы портовых пьяниц и пастухов уже ни один горожанин не зайдет ко мне посидеть у очага и послушать мою игру на кифаре!.. Всякий скажет, что не приятная женщина живет здесь, а грязная уличная гетера, которая не брезгует медными деньгами матросов!

– Да, но твои горожане сидят и слушают, а матросы и пастухи приносят хотя и медные, но деньги!

– Не буду я принимать матросов!

– Нет, будешь!

Послышались удары и брань.

– Слушай, – сообразил Гиерон, обращаясь к плачущей Дидоне, – утри слезы, не тебя бьют. Мы сейчас прекратим это!.. Иди скажи, что в воротах ждет приличный гость!

Служанка, утирая слезы, робко поднялась по ступеням крылечка и вошла в дом. Через минуту крики и звуки побоев прекратились. Дидона вышла и сказала:

– Как ветром сдуло! Вышел через заднюю дверь! И наказал, что, если к его возвращению не будет денег, отправит Евпорию, а с нею и меня, на рынок с рогожками в руках!

19
{"b":"22176","o":1}