— Лелька! — крикнула княжна в толпу. — Лелька, поди сюда, мамушка! — им навстречу вышла женщина с толстой русой косой. Она тут же окинула Варассу испуганным взглядом, и принц поспешно улыбнулся.

— Где ж ты была, милая? — тут же запричитала Лелька, коснувшись покрытой снегом шубы. Сильва нетерпеливо отмахнулась.

— Ты видела Клюкву? Она гуляла в лесу, не возвращалась?

— Нет, дочка, не видела я твою гулену.

— Ясно, — княжна нахмурилась. — Отведи принца в комнаты, подготовь воды горячей и накорми, хорошо? Я с отцом поговорю до… церемонии.

— Все сделаю, — женщина быстро закивала, бросив на Вара еще один взгляд.

— Иди с ней, — Сильванна обернулась к жениху, быстро сжав его ладони. — Я найду тебя. Пойдем вместе, — ее улыбка была грустной и вымученной. — Все хорошо будет, — пообещала она, но Варасса прекрасно знал, что ей эти слова были гораздо нужнее.

— Я все сделаю, — тихо ответил он и поднес ее ладони к своим губам, медленно оцеловав холодные костяшки.

Сильва не ответила. Судорожно сглотнула и, не прощаясь, скрылась из вида, оставив его на попечение Лельки. Та с подозрением оглядела принца и молча зашагала в сторону лестниц. Варасса последовал за ней.

Терем походил на муравейник. Каждый суетился, что-то нес или отдавал поручения. Вар заметил генерала Зайана и советницу Нингаль. Оба стояли чуть в стороне и тихо переговаривались, и, судя по мрачным лицам, разговор был не из приятных. Варасса навострил уши и опустил голову, чтобы не привлекать внимание.

— Нам не нужны проблемы с Лунарисом. Зачем он здесь, скажите? — советница королевы раздраженно фыркнула.

— Я бы тоже хотел это знать, госпожа Гилиа, — генерал ее нервную веселость не разделял, был собран и суров. — Вам наверняка известно, что наследный принц сватался к княжне Сильванне…

— Хотите сказать, что отпрыск эльфийского императора прибыл в Красногорье драться за ее любовь? — Нингаль ломко рассмеялась, тряхнув головой. — Пусть оставит эти попытки.

— Скажите ему об этом сами, — Зайан пожал плечами и сжал челюсть. Он неожиданно поднял взгляд и посмотрел прямо на Варассу.

Эвер здесь — принцу понадобилось мгновение, чтобы понять смысл услышанного разговора. И, судя по всему, младший брат не был в восторге от новостей, которые получил из Эголлы. Примчался сюда, чтобы отвоевать Сильванну, чтобы отнять ее, исполнить свою капризную мечту. Варасса остервенело огляделся по сторонам, словно Эвер стоял прямо за его спиной, но вместо него принц увидел хрустальный склеп, который на плечах несли четверо воевод.

Вар шумно втянул носом воздух и, набравшись смелости, взглянул на лик того, кто спал непробудным сном.

Кожа молодого мужчины была натянутой и нездоровой, темные кудри потускнели, а губы иссохли, лишившись красок. Варасса замер, потому что помнил это лицо совершенно другим, юным и веселым, полным жажды жить. И помнил, что принадлежало оно тому воину, с которым он познакомился в ночь перед битвой за Змеиный Хребет, и которого после вынес на руках с поля битвы.

И Вар хорошо помнил его рассказы о красавице-жене и маленьком сыне.

Я бы хотела вернуться на несколько минут назад, где были только мы с Варассой и утренний снег. Вместо этого я шла вперед. Однако искала я не отца, мне нужен был кое-кто другой. Я медленно выдохнула, поморщившись от того, что снег был у меня даже за шиворотом. Было мокро и неприятно, но сердце грели мысли о том, откуда взялся этот снег. Мои губы пылали от недавних поцелуев и вся я — цвела. Сегодня похороны моего бывшего жениха, а я глупо улыбалась, и снег сыпался с моих одежд. Но я уже устала винить себя, поэтому просто шла. Шла туда, где были ответы на все мои вопросы.

Маришка нашлась сразу — она суетилась среди прочих чернавок, готовясь к церемонии. Я хищно прищурилась, уставившись на девку так, что она спиной почувствовала мой взгляд. На мгновение ее лицо приняло совершенно странное, чужое выражение, словно Маришка все осознала, но тут же разгладилось. Она улыбнулась, поспешив ко мне.

— Что угодно, княжна? — ее голос был наигранно бодрым, но я прекрасно видела синяки под глазами и подрагивающие руки.

— Пойдем со мной. Поможешь, — сухо приказала я, резко развернувшись и зашагав в сторону пустующих комнат. Маришка повиновалась.

Мы шли тихо, минуя оживленную часть терема. У меня было совсем немного времени, чтобы подтвердить свою догадку. На самом деле было глупо полагать, что Химера не приставит ко мне кого-то из своих людей. Я не была глупой к своему огромному горю, поэтому когда голоса прислуги стихли, я резко прижала Маришку к стене.

— Зачем сдала принца королеве? — тихо, почти рычаще спросила я. Чернавка не удивилась.

— Потому что он мешал, — она лениво качнула головой. Ее взгляд изменился, стал темным, страшным. — Потому что миссия превыше всего, княжна. Сестра говорила, что ты сообразительная, — Маришка зубасто улыбнулась, даже не пытаясь вырваться.

— Да? А вот мне не сказала, что Гарпия будет моей нянькой, — огрызнулась я, нахмурившись. — Ты воровала волчьи ягоды, верно? Было глупо даже не спросить меня о том, зачем они мне, когда я попросила их в день помолвки.

— Ты уже тогда догадалась? — наемница медленно кивнула. — Умная.

— Ты — мастерица вуали. Скажи, это ты позаботилась о том, чтобы я и Варасса не наткнулись на слуг, когда он вернулся с мыса Никса?

— Я, — Гарпия хмыкнула. — Ты рискуешь миссией каждую секунду, которую проводишь рядом с принцем, — невозмутимо заметила она, скривившись. — Он чуть не раскрыл меня, когда заметил пропажу ядовитых ягод.

Мне хватило ума не сказать о том, что от нее самой несло волчьими ягодами по словам Клео. Вместо этого я выпрямилась, и мой взгляд ожесточился.

— Ты надеялась, что его казнят, верно? — с пугающим спокойствием спросила я, и Маришка оскалилась.

— Послушай, он и так должен умереть. И ты должна помнить об этом. Ты знаешь, что сама обязана его убить. Я всего лишь пыталась облегчить тебе жизнь, — Гарпия пожала плечами, но ее глаза оставались серьезными. По моей спине пробежал холодок.

Это было правдой, моей самой страшной и гнусной. В начале миссии Химера предупредила, что долго и счастливо в этой истории не будет, и королева Каланта вместе с сыном должны быть убиты. Такое будущее вполне очевидно — когда мир меняется, старая власть должна быть уничтожена. И я была к этому готова, потому что у Волчьей Княжны нет сердца.

Однако теперь о подобном не могло быть и речи.

— Я сама способна на это, — сухо проговорила я, отпустив Гарпию. Та не улыбнулась.

— Химера знает, что вы нареченные, — устало пояснила она. Я вздрогнула. — И, поверь мне, она не в восторге от этого. Она больше тебе не доверяет.

— Зачем говоришь это? Предаешь ее? — я отступила. Наемница прикрыла глаза.

— Нет. Но я знаю, что такое нареченные, поэтому не ерничай. Ты не сможешь его убить. Поэтому это сделает кто-то другой.

— Ты? — я мрачно ухмыльнулась. Гарпия качнула головой.

— Нет.

— Хорошо, потому что я не позволю даже приблизиться к нему, — я обнажила зубы. Во мне бурлила ярость. — Он — мой.

Маришка-Гарпия ничего не ответила, только окинула меня тяжелым взглядом. Конечно, она обо всем доложит Химере, но пока этого не случилось, я должна доказать, что лучше меня с этим никто не справится. Я стану королевой Эголлы и оборву этот порочный круг нескончаемой жестокости.

Когда я впервые услышала о том, что мне придется убить принца Варассу, я не почувствовала ничего, кроме пустоты — тогда мне не было дела ни до кого, кроме Асена. Но потом, после встречи в саду, после мыса Никса, после помолвки… я забыла, что такое равнодушие. Вар медленно, очень медленно, но верно подбирался к моему сердцу, наполняя собой все мои мысли. Он разрушил все мои планы. И планы Химеры тоже грозились пойти прахом. Единственным выходом было убедить южан в том, что принц Эголлы полностью лоялен к ним, но тогда Варасса окажется в большей опасности, чем оно есть.