— Нет.

«Да».

Да, я разлюбила того, с кем была пять прекрасных лет своей жизни, того, кто заставлял меня смеяться и чувствовать себя нужной, кто окружал теплом, кто целовал так, что начинала кружиться голова. Разлюбила того, ради кого вообще затеяла все эти игрища с наследованием престола, ради кого жила, ради кого дышала. Мне не было прощения за это предательство, но почему-то я готова была с этим смириться.

Я оглянулась на каюту, где меня ждал Варасса. Мой нареченный, моя душа, моя боль и мой свет. Чтобы привязаться к Асену мне потребовалось два года. Чтобы вручить свое сердце Вару хватило половины месяца. Я люблю его, моего принца с темными глазами и грохочущим голосом.

Люблюлюблюлюблю.

Когда я вернулась в каюту, было уже за полночь. Мы с Клюквой успели разделить поздний ужин и поглазеть на звезды. Обращаться ей было опасно, поэтому мы молча сидели рядом, и все тревоги, все мысли ворочались внутри нас, разделенные поровну. В моей голове до сих пор не укладывался факт того, что все это время у Клюквы был возлюбленный, такой же оборотень, громадный черный медведь, которого Финист в свое время чуть не убил. А моя милая подруга ни разу не позволяла себе скверного слова в адрес моего непутевого братца! Оборотни слишком хороши для этого мира, в них осталась эта природная искренность, присущая зверью.

Агна и Клео. Глядя на них, я видела, как нежность и безграничная любовь сверкали в воздухе. Особый вид магии, какой я не встречала очень-очень давно, с тех пор, как умерла маменька. Когда они с отцом смотрели друг на друга, теплые искорки так и выплясывали вокруг них. Как бы грозен и мрачен ни был князь Алекай, я помнила его настоящего.

Я толкнула дверь в каюту и тут же прищурилась от слепящего света свечей. Снаружи, в коридоре, царила кромешная тьма. Прошло несколько мгновений, прежде чем я поняла — Варасса уже спит. Взгляд скользнул по выскобленному до блеска полу, задержался на приоткрытом смотровом люке, в который вползал ночной ветер. В деревянной купели еще дымилась пряная вода — Вар, вопреки моему наказу, не только натаскал ведер, но и вымел каждый угол. Упрямец. Сказано же было отдыхать.

Я нахмурилась. Закрыла окно и подошла к кровати, прислушавшись к тихому ровному дыханию. Наконец-то все лекарства подействовали. Стало стыдно за то, что вообще ушла, что оставила Варассу одного. Захотелось его поцеловать. Нежно, долго, чтобы до дрожи в коленях. Фыркнув, я подоткнула ему одеяло и ушла за ширму, чтобы раздеться и, наконец, окунуться в воду. Смыть бы с себя этот день, весь без остатка.

Сарафан вместе с накидкой упали на пол, и я залезла в лохань, практически бесшумно осев до самой шеи. Тепло и пряности окутали меня шелковыми лентами, и я откинула голову, зажмурившись от удовольствия. Подумалось, что со дня на день я смогу сходить в настоящую красногорскую баню, и жизнь сразу показалась краше. И Варассу туда обязательно надо будет сводить, в санях покатать, на ледяные озера отвести…

Нет, боги, пусть Асен проснется, тогда я смогу с ним поговорить и все объяснить, смогу попросить прощения.

Магия Варассы всполошенно зазвенела, и я открыла глаза. Принц перевернулся с одного бока на другой, шумно выдохнул и резко открыл глаза, словно что-то неведомое вытолкнуло его из сна. Наши взгляды встретились, и Вар стыдливо отвернулся, закрыв лицо ладонью. Сел ко мне спиной.

— Прошу прощения. Я сейчас выйду, — его голос был хриплым после сна, а у меня мурашки по спине забегали, несмотря на то, что вода была горячей.

— Нет. Лучше иди сюда, — слова вырвались против моей воли, но брать их назад я не собиралась.

— Вам нужна моя помощь? — Варасса напряг плечи, а я ухмыльнулась.

— Мне нужен ты. Раздевайся и лезь в воду, — это не звучало как приказ, скорее напоминало игру, в которой Вар согласился участвовать.

Принц оглянулся на меня через плечо, а я развязно улыбнулась, поманив его пальцем. Все мое тело вспыхнуло спичкой. И его, я знала, тоже. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о том, что пару часов назад Варассу лихорадило, но я пообещала себе прекратить все сразу, как вода начнет остывать. Тем более что целебные ванны еще никому не вредили.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — все же спросила я, подплыв к бортику и опершись на него. Вар отрывисто кивнул и потянулся к вороту рубахи. Он уже успел искупаться и переодеться, это я поняла по мокрым волосам. — Ты вздумал заснуть с открытым окном? Простудиться решил?

— Забыл, — тихо ответил Варасса, и, судя по его взгляду, никаких открытых окон и рисков заболеть для него не существовало.

— Тогда мне придется всю ночь тебя отогревать, — прошептала я, хищно улыбнувшись.

— Сильванна, — он обессиленно застонал, едва ли не сорвав с себя рубаху.

— Больше никаких титулов? — уточнила я, сложив подбородок на бортик лохани.

Варасса не ответил. Откинул за спину мокрые волосы, обнажив для меня свою грудь. Я разом проглотила все прочие колкости, уставившись на собственноручно оставленные засосы и следы от зубов. Боги, боги. Я до смешного бессильна против подобной красоты. Руки зачесались от желания сжать мягкие выпуклые мышцы, уткнуться в них носом и целовать, целовать, целовать.

Горело все, но я терпеливо ждала, что Вар будет делать дальше.

Я видела, как дрожали его руки, которыми он потянулся к поясу мешковатых штанов. У меня же сперло дыхание.

— Повернись спиной, — мой голос осип, но Варасса услышал и повиновался.

У сердца заныло, когда я увидела его развороченную спину. Старые и совсем свежие шрамы складывались в извращенный узор, напоминание о жестокости, которая с приходом к власти Дома Камня и Ивы никуда не исчезла. Глупо во всем винить женщин, которые на протяжение тысячелетий терпели еще большие гнусности от мужчин. Нельзя ненавидеть Каланту, ведь королевой она была хорошей, справедливой и воинственной. Но… не как княжна и будущая наследница трона, а как нареченная Варассы я желала боли тем, кто посмел причинить боль ему. Моему мужчине.

— Я слышу твои мысли, — он мягко усмехнулся и повел плечами.

— И о чем же я думаю? — я фыркнула, жадно скользнув взглядом по ямочкам внизу его спины. — Ты не закончил, — я не дождалась ответа. Наверное, испугалась того, что его слова могут оказаться правдой.

Варасса снова хмыкнул и потянул за шнуровку на поясе. Я внимательно следила за каждым его движением, за тем, как напряглись его мышцы, как вспыхнула ярко-зеленым возбужденная магия. А он медлил, дразнился. Вошел во вкус. Я недовольно ударила ладонью по воде, и Вар, тихо рассмеявшись, позволил расшнурованным штанам рухнуть на пол.

Я готова была поклясться богами, что в это мгновение мир замер. Какой же наивной я была в тот миг, когда решила, что мне хватит одной ночи, чтобы насытиться желанным телом и излечиться от этой страсти. Не хватит и тысячи ночей, потому что с каждой секундой я хотела Вара сильнее. Ближе, жарче. Ощутить, слиться воедино и никогда его не отпускать.

Близость с Асеном не всегда доставляла мне удовольствие, и тогда мне казалось, что это не страшно, это пройдет со временем, но… сейчас я поняла, как сильно ошибалась.

Варасса неловко кашлянул, и я встрепенулась, шумно выдохнув. Он по прежнему стоял ко мне спиной, переминаясь с ноги на ногу, и несмотря на приглушенный свет вечерних свечей, я сумела разглядеть россыпь родинок на его ягодицах. Как созвездия. Боги, боги.

— Подойти, — мой голос был тих, я и сама не до конца была уверена, что сказала это вслух, но Вар развернулся и шагнул ко мне, прикрывая ладонями пах. Его щеки были красными.

Я отплыла к другому краю, позволив ему забраться в лохань. Варасса заметно расслабился, когда погрузился в воду и упрятал все свои сокровенные места. Я дернула уголком губ и подалась к нему, уперев руки в бортик по обе стороны от его головы. Мое сердце гулко стучало где-то на уровне горла.