Из кухни появляется Ронан, его глаза широко раскрыты.

— Не ходите туда.

— Почему? — спрашиваю я.

— Финн сжег хлеб.

Денвер и я морщимся и заходим в гостиную, где Ронан, Таф и Алистер смотрят телевизор. Дом наполняют крики Хелены, за которыми следуют панические объяснения Финна.

— Итак, что мне нужно знать на сегодня? — спрашивает Денвер.

— Никаких разговоров о работе за столом. Хелена будет кричать на тебя, но с любовью, — говорю я. — И когда придут Даниэль и Элисон, не упоминай охрану.

Ронан бросает на меня свирепый взгляд.

— Заткнись, Кольт.

Денвер смотрит на нас двоих.

— Что?

— Элисон спит со своим телохранителем, — вставляет Таф с дивана. Ронан берет подушку и швыряет ее в него. — Ай, ты чего, бля? Я что, неправ?

— Имя моей сестры и это слово не должны стоять в одном предложении, — огрызается Ронан.

Таф смотрит на меня.

— Спит?

Открывается входная дверь, и по коридору проносится порыв холодного воздуха.

— Мы пришли! — поет Элисон, проносясь мимо двери вспышкой темных волос и в свитшоте Гарварда — она явно надела его, чтобы отвлечь тетю и дядю от драмы в своей личной жизни. — Дайте мне еды!

Даниэль останавливается в дверях с коробкой в руках. Ее черные волосы собраны в хвост, темные глаза светятся от возбуждения.

— У меня есть брауни. — Ее взгляд падает на Денвер. — А вот и беглянка. Привет, ДеЛюкс.

— Привет. — Денвер неловко машет сестре Ронана.

— Голодная? — спрашивает Даниэль.

Денвер кивает.

— Ага.

— В ужасе?

— Ага.

Даниэль ухмыляется.

— Значит, ты впишешься. — Ее улыбка исчезает. — Почему я чувствую запах горелого хлеба?

Пока мы кое-как переносим блюда из кухни в столовую под минимальные крики Хелены, Денвер общается с Элисон и Даниэль, а я не спускаю с нее глаз. Она смеется чуть громче обычного и постоянно поправляет волосы, заправляя их за ухо, даже когда они уже убраны.

Она никогда не рассказывала мне о подругах. У нее есть Льюис, была Харли, но никаких других имен не всплывало. Хотя Даниэль и Элисон помогут ей почувствовать себя желанной.

Ронан хватает меня за руку, прежде чем я успеваю сесть, и оттаскивает от суеты.

— Финн сказал мне, что ты сегодня утром пробрался из комнаты Денвер.

Дерьмо. Я думал, что был незаметен. Оказалось, нет.

Я морщусь.

— С чего бы ему тебе говорить?

— Как думаешь, почему? Он готовился к тому, что Рейнджер ввалится в дверь и пустит тебе пулю между глаз, — говорит Ронан, но ухмыляется. — Ну и как все прошло? Столько времени прошло. Как быстро ты...

Я бью его в живот, и он хрипит.

— Еще слово, и ты труп, Макьюэн.

— Ненавижу тебя, — шепчет он.

Я сажусь на свое место. Финн во главе стола, Денвер справа от него, Хелена слева. Ронан падает на стул в другом конце, его сестры по обе стороны от него. Льюис, Алистер, Таф и я сидим на средних местах, и я рядом с Денвер. Стул рядом со мной пуст.

— Кто еще придет? — спрашиваю я.

Хелена избегает моего взгляда.

— Эсме.

Эсме работает бухгалтером у Финна. Мы тоже выросли вместе, но я не видел ее в неформальной обстановке уже много лет.

— Зачем? У нее встреча с Финном? — спрашиваю я.

— Вина, Денвер? — мило спрашивает Хелена.

Элисон внезапно хлопает в ладоши.

— О, Хелена. Ты что, пригласила Эсме ради Кольта?

Я замираю.

— Пожалуйста, скажи, что нет.

Финн смотрит на меня широко открытыми глазами, которые говорят мне, что он явно не проболтался жене о том, что видел сегодня утром.

— Хелена, зачем ты это сделала?

Она вздыхает.

— Прошли годы с тех пор, как ты пытался завести отношения, Кольт. А Эсме чудесная. Какой вред от ужина с...

— Только не на семейном ужине! — шиплю я сквозь зубы. — Я не готов к свиданиям!

Ронан говорит:

— И он сегодня утром был в постели с Денвер.

Коллективный вздох, последовавший за этим откровением, был слишком драматичным, и я стону, жалея, что у меня нет чего-нибудь покрепче.

— Что? — спрашивает Хелена, переводя взгляд с одного на другого. — Когда это случилось?

Денвер бьет меня по руке, и я морщусь.

— Ты рассказал Ронану?

Я потираю ушибленную руку.

— Я никому не рассказывал. Финн!

Хелена бьет Финна.

— Почему ты не сказал мне? Бедная Эсме...

Входная дверь открывается и закрывается, и Эсме кричит:

— Я опоздала, но я принесла вино, так что это не считается!

Даниэль возбужденно ерзает на стуле:

— Это охренительно здорово.

Эсме появляется в дверях, вихрь длинных светлых локонов, ярко-красный свитер и черные джинсы, и сдергивает с себя пальто. Ее щеки порозовели от холода, и она ставит бутылку вина, садясь рядом со мной.

— Извините, извините, продолжайте, о чем вы говорили.

Даниэль складывает пальцы домиком под подбородком:

— Ну...

— Мы ни о чем не говорили, — быстро говорю я. — Мы ели. У нас семейный ужин, и мы обсуждаем семью. — Я указываю вилкой на всех. — И больше ничего.

Эсме выглядит озадаченной, но пожимает плечами. Даниэль и Элисон обмениваются лукавыми взглядами. Хелена прожигает Финна взглядом. Денвер пристально смотрит на Эсме.

Это какой-то кошмар. Хелена не в первый раз подсовывает мне свидание или пытается свести с дочерью своих подруг, но это, безусловно, худший случай. Это должно было быть знакомство Денвер с семейным ужином, а не мое возвращение в мир свиданий. Я даже не хочу ходить на свидания. Мне это не нужно. И уж тем более я не хочу быть на свидании-сюрпризе с женщиной справа от меня после того, как провел ночь, занимаясь оральным сексом с женщиной слева.

— Так, Эсме, чем ты занимаешься? — спрашивает Денвер.

Эсме наклоняется вперед, чтобы посмотреть на нее через меня.

— Я бухгалтер. А ты?

— Владелица бизнеса, — говорит Денвер, попивая вино. — Кофейни. Клубы. Казино.

— Мне нравятся все три.

Денвер сужает глаза.

— Правда?

Все наблюдают за этим обменом репликами с пугающим любопытством. Я понятия не имею, что происходит, но знаю, что мне охренеть как некомфортно.

— Денвер остается здесь, — говорит Даниэль, ее глаза бегают между двумя женщинами, словно она бросила ногу зебры между двумя голодными львицами. — Она только что ушла от мужа.

— Мне так жаль, — говорит Эсме, и, кажется, она искренна.

— Не стоит, он был козлом, — говорит Денвер.

Ронан прячет смешок за рукой. Таф давится картофельным пюре. Эсме выглядит так, будто не знает, что сказать, поэтому просто кивает и возвращается к еде.

— Ты свободна? — спрашивает Денвер.

Эсме замирает с вилкой у рта.

—...Да, свободна.

Денвер кивает и делает еще глоток вина. Все смотрят на эту сторону стола. Никто не ест и не пьет — они просто пялятся, как будто мы показываем шоу, сюжета которого я не знаю.

— Кольт и Эсме раньше встречались, — быстро говорит Элисон.

Денвер давится вином.

— О?

Эсме усмехается.

— Миллион лет назад.

Мой взгляд прикован к Денвер, но меня для нее как будто не существует. Она сузила глаза на Эсме, словно та сказала что-то не то, но она едва произнесла пару слов, и большинство из них звучали мило, так что...

— Эсме, разве ты не лишила Кольта девственности? — спрашивает Даниэль.

Бокал с вином трескается в руке Денвер. Она моргает, глядя на бокал, ножка отломилась у нее в пальцах, и кровь капает с ладони на джинсы.

— О боже, — говорит Хелена. — Я принесу аптечку.

Денвер выглядит совершенно озадаченной, когда Хелена забирает бокал.

— Мне так жаль, я не знала, что у меня такая хватка.

Я беру салфетку и прижимаю к ее руке.

— Ты в порядке?

Ее щеки раскраснелись, и она быстро кивает.

— Да, мне просто нужно секунду. — Она встает из-за стола и уходит, а я смотрю ей вслед.

— Она... милая, — говорит Эсме.

Когда я поворачиваюсь обратно к столу, мои друзья и Льюис смотрят на меня, ухмыляясь как полные мудаки.