– Ты мой герой!

Дженни хотела сообщить одну важную новость мужу, но решила, что бал – это слишком шумно. Потом, в спальне скажет. Новость касается их двоих, и всего Кэллавейна в придачу. Но первым должен узнать Даэнир.

А сейчас ей надо свести вместе двух упрямцев, которые в упор не замечают своего счастья. Как бы Эммет не уперся. Будет еще выступать, что пока не заработает столько же, не женится на Салли, ибо недостоин. С благородного дурака станется. Салли сейчас замуж надо, а не через двадцать лет. А то ведь там и мамаша беспринципная, и куча алчной родни, которой девочка откровенно помешала делить богатство. Салли срочно нужен муж и ребенок. А лучше парочка! Будут у ее детей друзья-ровесники.

***

Мы с Ирмой были так заняты весь этот месяц, что не оставалось времени тосковать по Лео. За делами мы чуть открытие сезона не пропустили, Сентябрьский бал, он же Праздник Урожая.

Хорошо хоть, Дженни прислала приглашение заранее. У нас теперь были средства на собственные платья, а не позаимствованные из королевского гардероба.

Модистка, которую нам посоветовали, стала приторно-любезной, когда услышала мою новую фамилию. А за минуту до этого она отказывалась принять заказ, ведь у нее отшиваются к балу аристократки! Графиня Корти, графиня Ман, маркиза Далоа, и еще куча баронесс и виконтесс. Нет-нет-нет, ателье загружено работой, ни о каком платье к балу и речи быть не может! Месяца через три возможно освободить окно, не раньше.

Как будто мы не знаем, что платье при желании и толике магии шьется за несколько часов! Хоть к балу, хоть к сенокосу.

Ирма презрительно фыркнула, пройдясь между манекенов, одетых в вычурные платья.

– Солейн, разве в этом ателье работает единственная мастерица в городе? Есть неплохие фасоны, но подбор тканей оставляет желать лучшего. Пошив отнюдь не безупречен. Донья Данкала-Далосса, нас ввели в заблуждение. Это вовсе не лучшая модистка столицы, а просто умелая торговка, выдающая третий сорт за высший.

Модистка моментально уловила фамилию и рассыпалась мелким бисером. Сразу и место в очереди нашлось, и сшить за три дня все успеют. Она просто не ту страничку открыла в гроссбухе.

– Видела я ту графиню Ман и маркизу Далоа. Не образец вкуса, если честно. Ты права, Ирма, нас обманули. Наверное, донна приплачивает в гостинице, чтоб приезжим рекомендовали именно ее ателье.

Побагровевшее лицо модистки подтвердило: да, приплачивает.

– Ирис Орт Даэро шьет у донны Серафины, поедем туда.

– Я дам скидку! – взвыла модистка, понимая, что жирный карасик уходит к конкурентке. – Поставлю вас вне очереди! Ночью заставлю швей работать!

– Она еще и к персоналу относится, как к рабыням? – голос Ирмы был полон возмущения. Вот попади к такой хозяйке! А ведь реальный вариант для слабого бытового мага.

В результате мы шили платья… у себя в академии. В нашей мастерской. Донна Иветта, преподающая у нас швейное дело, прониклась нашими трудностями и помогла с лекалами и раскроем. Что попроще мы бы и так сшили, а вот с придворными нарядами у нас опыта пока не хватало. Да и с настолько дорогими тканями мы раньше дела не имели.

Ирма выбрала серо-стальной атлас, такое же кружевное полотно и лаконичный крой. В этом платье она напоминала стилет. Такой строгий и хищный. Мне же хотелось цвета и тепла. Золотистые бантики, кружева и воланы обнимали меня, будто морская пена. Я казалась себе очень хорошенькой и яркой, как солнечный лучик.

Дженни предупредила, что меня ждет официальное представление, меня представят двору, мне представят самых знатных гостей, имеющих холостых отпрысков. Придется потерпеть полчасика, зато потом мы можем веселиться на всю катушку. Праздник Урожая празднуют все, аристократы и крестьяне, купцы и бродяги, это не один вечер, это неделя празднеств и разных мероприятий. Завершается праздничная неделя салютом.

А потом нас снова ждет учеба. Что ж, это было яркое лето. Насыщенное.

Разве мы с Ирмой не заслужили праздник? Будем веселиться и танцевать! Дженни сказала, что на эту неделю оставит нас во дворце, гостиница дело ненадежное.

На праздники столицу наводнили приезжие, большинство просто погулять, купить-продать, но ведь и мошенников, и наемников, и всяких авантюристов тоже прибавилось. Похитят, одурманят и очнешься замужем за ушлым Нуаре.

История о хитром дедушке Далосса немало позабавила Дженни. Даэнир даже вспомнил то прошение, так речь шла о спасении родовой магии, как было не подписать? Не так часто у нас минораты учреждают. Прямо скажем, первый случай за пятьдесят лет. А имени наследницы, действительно, не указали. И естественно, мне помогут с управлением. У короны имеются специалисты. Даэнир обещал. Жить сразу стало легче и веселее.

Дворец кишел приглашенными. Мы наверняка встретим много знакомых. Между прочим, у Цунхве здесь собственные апартаменты имеются. И на балу семейка непременно появится. Надо быть готовой.

Я встревоженно посмотрела на Ирму. Как она перенесет столкновение носом к носу с бывшим женишком? Сердце-то, оно глупое, болит и рвется, плачет кровавыми слезами, замирает в тщетной надежде. Сама знаю. Но меня надежда питает, а у Ирмы никакой надежды нет. Лео свое лицо показал, после такого простить невозможно.

– Я выдержу, – Ирма мазнула пуховкой заблестевший нос и выпрямилась. – Ты все помнишь?

Конечно, что тут не помнить? Заходим позади фрейлин и далеко от трона не отходим, держимся слева, чтоб, когда зайдет обо мне речь, тут же оказаться перед глазами королевской четы. Меня пугали сами танцы. Одно дело выучить шаги и другое – порхать, не задумываясь о них. У фрейлин две трети бальных карнетиков[1] были заполнены загодя. Нам некого было записывать, нас о танцах никто не просил. Ирис, Камилла и Эрика пообещали подогнать приличных кавалеров, воспитанных и вежливых, а главное, ненавязчивых.

– Боюсь, после признания тебя наследницей Далосса-Данкала мне, жалкой бесприданнице, придется стоять у стеночки, – хмыкнула Ирма с оттенком горечи. – Вся надежда на фрейлин.

– Боюсь, после представления меня порвут на сотню маленьких Солейн, – вздохнула я. – Только им не я, а денежки нужны.

– Вот и оторвись, отомсти им всем!

Да уж, придется примерить роль записной стервы и разбивательницы сердец. Отрывательницы жадных рук и прочих частей, тянущихся за чужим богатством.

Мы вышли из своих комнат и присоединились к фрейлинам, собравшихся в небольшом холле перед бальным залом. Кроме наших знакомых, были еще четыре девушки. Наша троица – это очень мало. Ирис говорила, что королеве положена свита минимум из двенадцати фрейлин, а Дженни искала самых не змеючных, не капризных, не балованных, а с такими при дворе была большая напряженность. Вот гадин и шлюшек разного пошиба сколько угодно, хоть лопатой греби, а порядочную девушку не найдешь.

Она бы нас взяла с радостью, но, к сожалению, с учебой службу во дворце совмещать бы никак не удалось. Так что мы в массовке еще и для количества нужны были, чтоб сделать выход королевской четы торжественней.

Из бокового коридора быстрыми шагами вышел Даэнир в белом мундире, за ним его младший брат Ламберт, их приближенные.

Камилло Манси, адъютант Даэнира, сразу стал перемигиваться с Камиллой и выразительно шевелить бровями. Это была их обычная игра, потому что Камиллу за него отдавать отказались, у родителей Камиллы были на нее другие планы, хотели они жениха побогаче и породовитее, дружба монарха дело зыбкое. Сегодня друг, а завтра сидишь в Варнбаде без права переписки.

А Камилла, пользуясь влиянием Дженни, всем подряд отказывала. Мы уже все ждали, когда Кам схватит ее в охапку и украдет, и Дженни шепнула по секрету, что уже скоро, сил у нее нет на них смотреть.

– Ну что, погнали наши городских? – Дженни обвела свое пестрое войско лукавым взглядом. Сегодня она была в нежно-сиреневом платье и выглядела особенно хорошенькой и цветущей. Будто светилась изнутри. Я внимательно присматривалась, что-то в ней изменилось, но что, не могла понять.