Ленивые аристократы, хотя и имели собственных учителей каллиграфии, не спешили пачкать руки тушью, принося нам в копилку полновесные далеры.

Совершенно неожиданно активизировался Филипп Нуаре. Он не просил выполнить за него работу. Но просто проходу мне не давал. Ирма шипела, а я злилась. Он постоянно норовил оказаться рядом, прижать меня к стенке, прикоснуться, взять за руку.

Достал! Весенний гон у парней, что ли, начался?

– Солейн, – прошептал он после астрономии. – Ты же хочешь повысить резерв? Со твоими жалким искрами ты не сдашь летнюю сессию. Не знаю, в чем секрет, ты раньше в четыре захода кое-как справлялась с практикой, а теперь не отстаешь от нас. Признайся, спуталась с кем-то из старших стихийников? Брезгуешь своими однокурсниками?

Я пользовалась накопителями, но зачем об этом распространяться? Это не было запрещено, у всех случается упадок сил, но показывать их было все равно, что хвастаться костылями. В течение я недели сливала по капельке, к тяжелому занятию у меня как раз накапливалось достаточно, чтоб практическую часть зачли с первого раза. Хорошо, что таких занятий на неделе было всего два: бытовые плетения и практикум по бытовым заклинаниям.

Зато с уборкой в комнате мы теперь справлялись щелчком пальцев.

– Да ты с ума сошел? Убери руки!

– Я знаю! Ты спишь с профессором Ямбиром! – заявил этот придурок.

У меня глаза на лоб полезли от изумления.

– Со сморщенным, вонючим, дряблым старикашкой! Спишь ради оценок!

– Профессор давно в академии не работает! – процедила я. – Оценок не ставит! И он вовсе не дряблый…

– Будто у него знакомых не осталось! Да ректор ради его возвращения и не на такое глаза закроет. Ты продажная тварь, Солейн! Не лучше других, – Фил победно улыбнулся. – Конечно, я не собираюсь на тебе жениться. Я будущий барон Нуаре, моя невеста будет чиста и невинна, из старой и знатной семьи с безупречной репутацией. Но я готов протянуть тебе руку помощи. Стать любовницей Нуаре тоже статус, и он тебя поднимет из той канавы, где ты возишься в грязи.

Ага. Руку он готов протянуть! Еще бы про ногу сказал. По крайней мере, орган содействия где-то там, откуда ноги растут.

Оправдываться бесполезно, значит будем наступать.

– Не для тебя роза цвела, Фил! Магистр уважаемый и богатый человек, и выглядит солидно, а ты лишь желторотый первокурсник! Тоже мне, статус!

– Я знал! – взвыл Филипп.

Ирма говорила, что будут сплетни, но я не ожидала, что так скоро. Мы с Ирмой всю зиму ежедневно бегали к профессору домой, но мы же там работали! Помогали Дженни. Уроки учили. Амулеты собирали. А этот дурак считает, что мы предавались сексуальным утехам. Втроем. Больше-то трем девушкам нечем заняться! И обсудить нечего. Только кто поверит, что мы трудились и читали «Вестник артефактора»?

– Магистр вот-вот архимагом станет, – небрежно бросила я. – Какое-то скромное баронство, в котором ты станешь хозяином очень нескоро, и настоящий архимаг! Вас даже сравнивать глупо!

Нуаре неожиданно взял себя в руки. Улыбнулся холодной улыбкой аристократа.

– Артефакторика не предполагает большого резерва, приготовишка! Даже у архимага. Они сильны не резервом. Это вспомогательная специальность, хоть ты сдохни! В плане магии я дам куда больше. Представь, чистая, звенящая энергия заполнит твои хилые каналы! Я высокоуровневый, Фада! На самом деле высокоуровневый! Меня на боевом бы с руками оторвали! Декан Нир Буренго до сих пор уговаривает меня перевестись.

– Фил, я слышала. Не интересно.

– Я дам тебе ключ от моих апартаментов в городе. – Фил облизнул губы. – Просто предупреждай, когда туда пойдешь. Там отличная библиотека, тихо, уютно. Тебе не надоела общага? Там вышколенные слуги, искусная кухарка, шелковые простыни и удобная купальня.

Ты мне нравишься, Фада, – прошептал он. – Больше, чем нравишься.

Я завела глаза вверх и вздохнула. Не общий душ, а большая ванна, куда можно налить ароматического масла и бросить лепестки роз. На секунду мне даже захотелось согласиться. Вот только, если приложением к ванне пойдет голый Фил, я предпочту душ. Не готова я к такому зрелищу.

– Я куплю тебе новые модные платья! – заторопился Филипп. – Белье. Туфли, шляпки, украшения. Моя девушка не может выглядеть голодранкой.

Я только хмыкнула, нисколько не задетая его словами. Не гнаться же за нашими аристократками. В битве кошельков мы окажемся в заведомом проигрыше. Голодранками мы давно не выглядели, у нас была скромная, но очень добротная одежда из качественных тканей.

– Твоя девушка? – я подняла брови. – Так ты предлагаешь встречаться?

– Ну, мы не будем это афишировать. Чтобы тебе не завидовали, – капельку смутился Фил. – Не отношения. Просто будем ужинать и ночевать вместе. Я парень опытный, тебе все понравится! Я поведу тебя дорогой наслаждений!

– А потом я окажусь в канаве отчаяния, на берегу уныния и в болоте презрения? Когда ты наиграешься? Ты поспорил, Фил? – спросила я тихо. – Что нищая, алчная слабосилка вцепится в твое предложение зубами и когтями?

– Нет, ты мне просто нравишься! – заявил Филипп, отводя глаза.

– Когда девушка нравится, парни так себя не ведут.

– Тебе что, титул понадобился? Статус?

– Я дворянка, Фил. Мой статус меня абсолютно устраивает. И я буду с тем, кому нужна я сама, без титула и приданого.

– Ну, это когда еще будет! А я тебе предлагаю сейчас свою защиту и силу.

– Урод ты, – грустно сказала я.

Я не надеялась, что он поймет, но хотя бы услышит. Нет, баронет Нуаре слышал только себя. То, что его предложение унизительно, он даже не заподозрил. И не заметил, как оскорбил меня.

– Ладно, Фада. Ты пожалеешь, – спокойно сказал Фил. – Когда будешь зажимать нос от кровотечения и падать от слабости, ты вспомнишь мое предложение. И приползешь. Но условия уже будут сильно другие.

Мы посоветовались с Ирмой и решили, что нам не помешают накопители помощнее, надо собрать побольше денег и приобрести их. Благодаря знакомствам Дженни мы знали всех поставщиков минералов для артефакторов, не раз ездили вместе с ней в Механическую слободку и могли надеяться на существенную скидку. В конце концов, мы бытовики, нам не нужна мощь боевика, двадцать магелей за глаза хватит, чтоб сдать все экзамены без подзарядки. Да и не может академия сейчас терять студентов, и так замазались с делом природников.

Академию трясли проверками, практически вся кафедра живой природы отправилась под суд, а заведующий кафедрой – в отставку, и он считал, что ему еще очень повезло. Магистры Гуро, Ладжой и Хитони с кафедры артефакторики получили строгие взыскания за попытки выдать разработки магистра Ямбира за свои.

Теперь уже архимага Ямбира.

Весна выдалась нервной.

Мы метались между аудиториями, оранжереей, мастерскими и лекционными залами с высунутыми языками. Каждый из преподавателей считал своим долгом нагрузить нас как можно основательнее.

Огромной популярностью стали пользоваться зелья, улучшающие память и работоспособность, амулеты «Второе дыхание» и подобные ему артефакты.

Восстанавливающее резерв зелье было безумно дорогим, продавалось в коронной зельеварне по утвержденным спискам и подделок развелось слишком много, чтоб рисковать здоровьем и резервом.

– Еще одна контрольная, и мы сможем работать пособиями по некромантии, – невесело улыбнулась Ирма, прокалывая очередную дырочку в поясе.

Мы старались не пропускать обеды и ужины, постоянно покупали фрукты и орехи, но этого было недостаточно. Порции казались крохотными, и совершенно не насыщали молодые измученные организмы. Мы завели привычку всегда держать в комнате запас печенья и конфет, потому что могли проснуться ночью от голода.

Но с физическим голодом было справиться легче, чем с неприятным сосущим ощущением пустоты резерва, с которым я уже сроднилась. Какое счастье, что есть накопители! Иначе бы я утром соскрести себя с постели не могла.

С крыш капало, солнышко светило и даже грело, Надиша вскрылась ото льда, деревья покрылись нежной розовато-зеленой дымкой пробивающейся листвы. Про графиню Руперту я совершенно забыла, да и дата моей предполагаемой свадьбы давным-давно миновала. Когда тот январь был? Сто лет назад.