Джения постучала ложечкой по бокалу.

— А теперь, Гевулин, у меня есть много вопросов, которые не могут ждать. — Она обратилась к Астайлин. — С вашего позволения, Ваше Возвышенное Высочество.

— У меня тоже есть вопросы к моему младшему брату. Пожалуйста, расскажи свою историю, Гевулин. Мы все внимательно слушаем.

Как младший брат, он должен был подчиниться. Он немного помолчал, собираясь с мыслями, потягивая вино, прежде чем поставить бокал и прочистить горло в качестве прелюдии к разговору.

— Как пожелаешь, Досточтимая Сестра. Я отправился на север в ответ на сообщение от капитана Дальнего Пограничного Бдения. За пределами интендантства Орледдер я обнаружил, что дорога через Разрез Точильщика заблокирована двумя оползнями. Что еще более тревожно, я обнаружил, что дорога была перекрыта почти два года, потому что Имперский Орден Инженеров до сих пор не смог ее расчистить.

Астайлин не выказала никаких признаков обиды, несмотря на намек на то, что орден под ее личным руководством не справился со своими обязанностями.

— Да, мне будет что сказать по этому поводу. Продолжай.

— Я торопился, опасаясь за жизнь моего капитана Бдения. Я был прав в своих опасениях.

— Капитан Мекво мертв? — воскликнула Ворвуа. — Мы знали его!

Через проход между столиками Ксилси взглянула на Джирви, который сочувственно кивнула ей в ответ. Она ответила грустной улыбкой, выражавшей общее горе.

— Я сейчас перейду к Бдению, — продолжал Гевулин. — Когда я вернулся в Привал Орледдер, я думал, что мне придется сделать крюк, который затянется на многие недели путешествия по западным провинциям, чтобы в конечном итоге повернуть на северо-восток и пересечь провинцию Лесоповал. Однако интендант Орледдера предложил мне услуги своей помощницы-курьера. Она знала, как пересечь Разрез Точильщика с задержкой примерно в десять дней. Это нам удалось, хотя было ясно, что кто-то, работающий совместно с дворцом, пытался нас остановить. Например, лорд Дуэнн, с которым я столкнулся на Привале Орледдер. Ты знаешь что-нибудь о его делах, досточтимая сестра?

По мере того, как он рассказывал, ее веселость улетучивалась.

— Я не знаю, но у меня появилась мысль, которая мне не очень нравится. Я расскажу об этом позже. Продолжай.

— Мы столкнулись с неприятностями у Рва Писгиа, где нашли мертвого грифона и его всадницу.

Астайлин закрыла глаза в приступе горя.

— Я боялась этого, — пробормотала она, затем снова открыла глаза. — Продолжай.

— Мы пересекли каньоны. Мы провели ночь в комфорте здесь, в Маноре Северный Пелис.

— Всегда рада принимать вас у себя, Ваше Высочество, — ответила лорд Джения, — и особенно в тот прошлый визит, когда вы развлекали нас такой приятной беседой. Мальчиком вы никогда не позволяли себе шуточных замечаний, поэтому я была удивлена, насколько вырос ваш острый ум за годы, проведенные во дворце.

— Неужели? — Челюсть Гевулина дернулась. Элен почувствовала, как в нем нарастает гнев.

— Чувство юмора вам к лицу, Ваше Высочество.

— Остроумные замечания и приятная беседа! От Гевулина! — Астайлин усмехнулась. — Неужели чудеса никогда не прекратятся?

Рука Гевулина крепче сжала бокал, и он рефлекторно поднес его ко рту, прежде чем опустить, так и не сделав ни глотка. Он что-то проглотил, не вино, это уж точно — вероятно, резкий ответ. Однако мгновение спустя, что удивительно, на его губах заиграла улыбка, как будто он наконец-то увидел толику юмора в этой ситуации. Он по очереди посмотрел на двух женщин и сухо произнес:

— Так получилось, что я израсходовал весь мой запас остроумия, так что вам больше нечего ожидать.

Астайлин радостно рассмеялась. Джения улыбнулась. Ворвуа обменялась удивленным взглядом с пожилым мужчиной за высоким столом, тем, что с имперскими косичками- мухобойками. Судя по их реакции, с таким же успехом в комнату могла войти рыба и попросить разрешения спеть «Балладу о Потерянных Штанах».

— Позвольте мне вернуться к сути дела. Во время нашего пребывания здесь я услышал от лорда Джении, что Дуэнн сделал дерзкое предложение руки и сердца сар Ворвуа от имени одного из своих сыновей.

— На что мы резко ответили отказом, — вставила лорд Джения. — Ну и наглость с его стороны!

— Действительно, — согласился Гевулин. — После этого мы продолжили путь. Мы добрались до Дальнего Пограничного Бдения и обнаружили, что гарнизон мертв. Убит кислотой сарпы.

— Кислотой сарпы! — воскликнула Астайлин. Мрачное напряжение охватило людей в зале. — Что вы об этом думаете, Нвелин? — Она обратилась к пожилому мужчине с имперской фамильярностью.

Нвелин серьезно ответил:

— Нападение на наш собственный народ является ужасным злоупотреблением сарпы.

— Действительно, я и сам пришел к такому выводу, — сказал Гевулин. — Однако у меня не было возможности обсудить этот вопрос подробнее. Лорд Дуэнн крайне несвоевременно прибыл в Дальнее Пограничное Бдение. Поскольку с ним был значительный отряд ополченцев, я почувствовал себя обязанным сначала спрятаться, а затем, к своему стыду, бежать. Я потерял своего хорошего капитана, Симо.

Как ловко он избежал любого упоминания о путешествии в Четыре Земли!

— Не стыдись, младший брат. Просто прояви благоразумие. Это тревожные новости.

— Еще более тревожным является то, что на Дальнем Пограничном Бдении Дуэнн был в компании человека в капюшоне, к которому он обращался «Ваше Восхитительное Высочество».

— Что ты имеешь в виду? — резко спросила Астайлин. — Кто-то, должно быть, ослышался.

— Я сказал то, что имел в виду.

— Это невозможно. Минайлин никогда не покидает дворец.

— Я продолжаю настаивать. Он был там. В этом замешан Мин-Ло.

Она наклонилась вперед. Высокая женщина, она была крупнее его, он же был более стройным и худощавым. В поединке по борьбе Элен поставила бы все свои деньги на Астайлин. Но, если бы они соревновались в танцах на Десяти Пиках и утомительном путешествии по суше, она бы наверняка поставила на Гевулина. Возможно, Астайлин хотела напугать младшего брата. Он смотрел на нее с нетерпеливым презрением, которое вызывало у Элен восхищение своей надменностью, даже когда она вспомнила, как призрак мог разрядить тот же напряженный момент сардонической шуткой. Видя, что Гевулин совершенно серьезен и настолько самоуверен, что с ним невозможно спорить, Астайлин откинулась на спинку стула. Она посмотрела на Ксилси в поисках поддержки.

Ксилси погрозила ей пальцем.

— Ты должна верить своему брату.

Джирви, наблюдавший за перепалкой, слегка вздрогнул — укус боли, как от давно ожидаемого удара. Он никогда не мог сидеть за главным столом, но Ксилси могла всегда, и это беспокоило его так же, как не беспокоило Элен.

Астайлин поднял руку в манере поэта, готового выступить с речью в битве рифм.

— Позвольте мне вставить мой рассказ здесь, чтобы помочь вам понять смысл. Как принц-генерал Имперского Ордена Инженеров, я получила известие о том, что во время схода лавин имперская дорога Пять Мостов через Разрез Точильщика заблокирована. Я отправила своих лучших инженеров и снабженцев разобраться с этим вопросом. Я получала промежуточные отчеты и, в конце концов, сообщение о том, что ремонтные работы идут полным ходом и скоро будут завершены. Это было несколько месяцев назад. Тем не менее, месяц назад я получила частное сообщение от источника, имя которого я не могу назвать, о том, что дорога по-прежнему закрыта и что из-за этого принц не сумеет поехать на север. Теперь вы понимаете, почему мне так срочно потребовалось разобраться с этим вопросом.

— Да. — Тон Гевулина не был злорадным, скорее спокойным и аналитическим. — Это выставило тебя в дурном свете перед дворцом, как будто ты недостаточно компетентна, чтобы управлять инженерами.

Гнев Астайлин, как наконец поняла Элен, был направлен не на Гевулина.

— Верно. Кто-то намеренно обманул меня, чтобы подорвать мою репутацию. Но есть еще одно обстоятельство, которое делает все это еще более странным, младший брат. Когда я проезжала со своими экипажами несколько дней назад, дорога была открыта. Вот почему я смогла привезти с собой и твои экипажи.