Их корма ударилась о камни. Ксилси выбралась, пошатываясь. Джирви ловко удерживал равновесие, его раны почти зажили. Призрак передал рюкзаки в ожидающие руки, затем сказал Элен: «Давай».

Когда она поднялась из качающейся лодки на нетвердых ногах и потянулась за помощью, чтобы выбраться на твердую землю, ближайший айвур сильно толкнул ее. Она опрокинулась назад и ударилась о воду. Шок сковал ее, держа беспомощной достаточно долго, она наглоталась холодной речной воды и запаниковала. Течение подхватило ее и с пугающей скоростью потащило вниз. Она тщетно размахивала руками, пытаясь всплыть на поверхность.

Вода рядом с ней всколыхнулась от удара. Ее схватили чьи-то руки. Больше, чем руки — когти с силой впились в ее плоть. Ее окутали крылья. Она вынырнула на поверхность, кашляя. Ее колени сильно ударились о камень. Все кричали, но она была слишком ошеломлена, чтобы разобрать их слова. Призрак вытащил ее из воды на край набережной. Она упала на колени, и ее начало рвать, а он хлопал ее по спине. Над ней нависло странное двойственное присутствие: тело передатчицы, а над ним темные крылья более крупного и угрожающего существа. Когда ее рвотные позывы наконец прекратились, давление этой тени отступило, словно сложив крылья, и на ее месте остался призрак.

Он заговорил с айвурами на их языке голосом, которого она никогда раньше у него не слышала, более глубоким, чем горы, более бурным, чем бушующее море, резким и в то же время золотистым, как прикосновение расплавленного золота, которое обжигает и плавит.

Новый приступ кашля сотряс ее. Она не смогла выдавить из себя ни слова. Не могла отдышаться.

Ксилси опустилась рядом с ней на колени и снова похлопала ее по спине, чтобы вылить остатки воды, но Элен только закашлялась.

— Эл? Как ты умудрилась упасть? Ты не удержалась на ногах? Это на тебя не похоже.

— Ее столкнули в воду, — сказал призрак мрачным тоном, заставившим всех обернуться на него.

Он зашагал вверх по насыпи, и ужасная тень окутывала его тело. Оно приняло форму призрачного дракона с распростертыми крыльями, которые почти мгновенно разделились на тысячу крыльев, закрутив вихрь над его головой. Но не было ни ветра, ни бури, только тень.

Шаг за шагом айвуры отступали к вершине дамбы. Они достали свое оружие и образовали грозную стену из мечей и копий. Четверо стражей поспешно встали парами по обе стороны от Элен. Джирви, Ипис и Ксилси наложили стрелы на тетиву и натянули тетивы. Кем закрепил две лодки на случай, если им придется спасаться бегством.

Принц Гевулин вскарабкался на вершину дамбы. Он встал между призраком и айвурами, раскинув руки, словно защищаясь от возможного сражения.

— Что означает это нападение на одного из моих чиновников? Я требую возмещения за это оскорбление моего имперского достоинства. Немедленно!

Враждебность между двумя сторонами трещала, как невидимая молния. Мало-помалу другие айвуры столпились за линией копий и мечей, чтобы посмотреть, что происходит, укрепляя вооруженный барьер. Бурлящий призрак в теле передатчицы, подозрительные айвуры, гордый принц — все держались напряженно.

К этому времени Элен уже начала дрожать, холод проникал сквозь ее мокрую одежду. Кем накинул ей на плечи свое пальто. Плотная шерсть немного помогала, но по мере того, как противостояние затягивалось — стражи и айвуры были неподвижны, как статуи, в ожидании заклинания перехода, которое освободит их, — она отчаянно желала, чтобы что-нибудь произошло, хотя бы для того, чтобы она могла согреться. Айвуры тоже ждали, но чего?

Вдалеке пронзительно затрубил рог, ему ответил другой, еще дальше, затем еще более слабый, и сообщение передалось по линии быстрее, чем мог бы пробежать человек. Стена оружия оставалась наготове, тишина была зловещей. Сначала немногие, а затем все больше и больше айвуров начали оглядываться на дорогу, ожидая что-нибудь увидеть. Или кто-то.

Джирви прикоснулся к уху: Слушайте.

До них донесся цокот лошадиных копыт — приближались всадники.

— Как вы думаете, — прошептала Ипис, — клан все-таки продал нас лорду Телану?

— Я думаю, нам нужно доверять, э-э, передатчице, — сказал Кем.

Ипис скептически покосилась на него.

— Тогда, в большом зале, Элен объяснила принцу, что клан принял предложение о союзе от лорда Телана. Так почему мы должны доверять передатчице?

— Наберись терпения, Ип. Увидишь.

Ксилси подтолкнула Кема чуть резче, чем нужно.

— В чем бы ни заключался секрет, ты ведь тоже его знаешь, верно? Ты, Элен и принц, вы все знаете. Не думай, что я не докопаюсь до него, тем или иным способом.

— Я тоже люблю тебя, Ксилси, — сказал Кем в своей слащавой манере, которая заставляла людей закатывать глаза и улыбаться.

— Не думай, что я не надеру тебе задницу позже, парень, когда буду учить тебя во время тренировки.

— Я рассчитываю на это, — весело сказал он. — Если это нужно, чтобы стать хорошим стражем.

На лице Джирви появилась редкая улыбка. Ксилси фыркнула, но атакующее обаяние Кема сработало, или, может быть, Ксилси была слишком хитра и опытна, чтобы настаивать на своем, когда им нужно было сосредоточиться на том, чтобы добраться до империи и при этом не быть убитыми или взятыми в плен. Элен не была уверена, что будет хуже. Она все еще дрожала, стуча зубами, хотя пальто немного помогло.

Шеренга вооруженных айвуров над ними синхронно отступила на шаг. Кто-то из них, кого никто из них не видел, выкрикнул команду. Айвуры опустили копья и вложили мечи в ножны. Толпа расступилась в стороны, освобождая проход для вновь прибывших.

На вершине насыпи появилась высокая, черноволосая айвурка в сопровождении двух гагастов. Одним из них был — хвала Высоким Небесам! — Фулмо, хотя теперь он смотрелся поменьше, чем до, словно за время пути от Южного Кольца ему пришлось уплотнять свою кожу, а затем вылупляться из этой ударопрочной брони, чтобы двигаться дальше. Другой гагаст был крупнее, массивнее и с поразительно агрессивной осанкой по сравнению с нежными движениями и пассивным поведением Фулмо.

Этот крупный гагаст хлопнул в ладоши, звук был похож на раскат грома.

В ответ огромная толпа айвуров воскликнула: «Хей! Ва!» Их голоса эхом разнеслись над бурлящей рекой, как будто Пелена на этот раз отражала звук обратно, а не поглощала его.

Увидев вновь прибывших, призрак поднялся и встал рядом с принцем. Он поднял руку двупалым жестом, который айвуры прекрасно поняли, потому что все они опустились на одно колено, за исключением айвурки со стальными волосами. Двое гагастов тоже остались стоять.

Призрак говорил устами передатчицы и на языке передатчицы так же легко, как говорил на имперском. Айвурка с железными волосами ответила на том же языке. Их перепалка продолжалась некоторое время и в какой-то момент стала жаркой, хотя ни один из них не пошевелился. Остальные айвуры наблюдали за происходящим в зловещем молчании. После особенно резкого обмена репликами воинственный гагаст поднял руки, чтобы снова захлопать, но айвурка с железными волосами резко кивнула ему, и гагаст опустил руки.

Впервые в жизни принц не предпринял попыток вмешаться. Пока он переводил взгляд с одного собеседника на другого, Элен вспомнила, что он говорил о изучении языков. Мог ли он их понимать? Для нее эти слова были как мякина на ветру, за исключением двух случаев, когда она отчетливо расслышала слово «осге».

Внезапно дискуссия прекратилась. Призрак выглядел недовольным, айвурка с железными волосами раздраженной. Может быть, это был хороший знак, если ни один из них не был удовлетворен. Может быть.

Призрак повернулся, чтобы обратиться к стражам. Сначала он ободряюще кивнул Элен. Ксилси тихо хмыкнула, заметив это, но ничего не сказала.

— Ваше Высочество, — подчеркнуто вежливо сказал призрак, — эта особа является законодательницей совета клана Соленое Копье. Она пришла от имени совета. Совет встретится с вами, чтобы обсудить ситуацию, в которой мы все сейчас оказались.