— Головы вниз! — крикнула Элен.

Пелена опустилась низко над рекой, когда они все пригнулись, затем еще ниже, когда течение усилилось. Принцу пришлось бросить весла и лечь на дно лодки, предоставив призраку как можно лучше справляться с рывками и натягиванием двух сцепленных судов. Стражи легли ничком. Даже Элен скорчилась, согнувшись пополам, чтобы не позволить Пелене окутать ее тело. Она не могла рисковать тем, что Споры поползут по ее телу, не то чтобы с ней когда-либо такое случалось, но лодка, перевозящая уязвимых людей, была не тем местом, где можно было бы это выяснить.

И все же смертоносный туман тянул и пытался разорвать тело призрака, как облака пытался разорвать на части горный пик. Казалось, призрака не беспокоило, что смертоносные щупальца могут использовать его как опору, чтобы добраться до людей, которые были с ним в лодке. В конце концов, как и гадюка, он мог есть Споры и не испытывать при этом никаких вредных последствий. Возможно, Споры была достаточно склонны к выживанию, чтобы избегать его.

Слишком долго их качало и бросало. Все молчали, лежа на дне и держась за борт, когда их сильно швыряло течением. Элен была благодарна им за молчание, за возможность собраться с мыслями, придумать ответы, но ее разум был взбудоражен, как река.

Призрак уверенно продвигался вперед, весла поскрипывали в уключинах. Время от времени он пропускал гребок, и тогда лодку подхватывал новый всплеск волны или страшный водоворот. Прошло, как казалось, очень много времени, прежде чем вода немного успокоилась, хотя Пелена все еще оставалась низко над головой.

С кормы наконец заговорил Джирви.

— Ксилси права. Элен, ты айвурка?

— Я просто не понимаю, — пробормотала Ксилси. — В тебе нет ничего похожего на айвура, все блестит и потрескивает. Но мы имеем право знать.

— Она не айвурка, — резко сказал призрак.

— Я не просила тебя говорить за меня! — сказала Элен, все еще захваченная бурным потоком беспорядочных мыслей.

— Прошу прощения. Я не хотела тебя обидеть. Но это правда.

— Тогда кто же я? — спросила она, застигнутая врасплох. — Почему я такая, какая есть?

— Пусть я буду трахнута на полу Высоких Небес, — пробормотала Ксилси. — Ты тоже не знаешь, верно?

— Ты мне веришь?

— Конечно, я тебе верю. Мы друзья.

— Я хорошая лгунья.

— Конечно, но хоть раз в жизни я в чем-то ошиблась.

Несмотря на то, что Пелена висела так опасно близко над планширями, Джирви фыркнул от смеха.

— В чем ты ошиблась? — осторожно спросила Элен.

— Что есть только один разумный ответ.

— Звучит знакомо, — пробормотал Джирви. Элен не могла понять, забавляется он или говорит с сарказмом.

Ксилси продолжала, как будто он ничего не говорил.

— Гораздо более вероятно, что существует гораздо больше ответов, которые имеют смысл, чем я могу себе представить. Что на самом деле знает любой из нас? Мы, стражи, считаем себя самыми информированными чиновниками в империи. Однако мы забыли о старой имперской дороге, которая не могла быть построена империей, той самой, по которой мы проезжали, которая соединяет провинцию Лесоповал с местом, которое, как нам сказали, исчезло под Пеленой. Я никогда не видела пещеры сволтеров до того, как ты провела нас по ней. Я думала, они лесной народ. И стражи не знали о веревочном мосте через Разрез Точильщика: его просто не было на картах нашего маршрута, причем предполагается, что в нашем центральном зале должны быть копии самых современных геодезических карт. Или как насчет той сучки Астайлин, которая солгала нашему всевидящему оку о перекрытии дороги? Если это была она, я имею в виду. Может, это все время был наследный принц! Может, это он велел этому придурку Дуэнну сказать, что это была Астайлин. И Лувиара! Я думала, что она сумасшедшая старая баба с некоторыми незначительными навыками в теургии и жаждой знаний, которая могла успеть за кем угодно. Но она все это время плела интриги с наследным принцем и императрицей! И это только начало этого гребаного путешествия. Весь этот гребаный мир может оказаться ложью.

— Не ходи в него, — сказал Джирви.

— Почему? — сказал призрак. — Я наслаждаюсь хорошим страдальческим ревом.

— Пошла ты нахуй, кем бы ты ни была, — беззлобно сказала Ксилси.

— Страж Ксилсилин! — Голос принца донесся до них тихим шепотом, но Элен показалось, что он кричит. — С этого момента вы повышены до капитана.

— Пошел ты! Нет! Сделай Джирви капитаном.

— Как будто ты когда-нибудь будешь подчиняться моим приказам, — пробормотал Джирви, ни к кому в частности не обращаясь.

— Капитан, это приказ вашего всевидящего ока. Вы примете его, или разорвете свои отношения со стражами и будете уволены без почестей.

Рука Ксилси нашла запястье Элен и сжала его, как будто ей нужно было что-то сжать или закричать.

— Ты будешь хорошим капитаном, — ободряюще сказала Элен.

— Черт меня побери, если я буду. Симо был хорошим капитаном. Я не он. Я никогда не стану и вполовину таким стражем, каким был он. Или каким был Мекво. Нахуй этот мир. — Она тихо заплакала.

Элен положила руку на спину подруги. Возможно, ее разум был в смятении, но это небольшое утешение она могла предложить.

Призрак вздохнул.

— Кому-нибудь еще нужно пореветь? Можем ли мы надеяться на несколько спокойных часов? Но нет, этому не суждено случиться. Я чувствую впереди какое-то волнение. Более глубокий голос. Более сильную воду.

— Мы, должно быть, приближаемся к слиянию этого притока с более крупной рекой, — сказала Элен. — Надеюсь, с рекой, которая течет до самого моста, который мы пересекли.

Так оно и оказалось. Еще какое-то время им пришлось сидеть, пригнувшись. Но, в конце концов, потолок Пелены снова поднялся. Стражи со вздохом облегчения выпрямились. Впереди водный путь переходил в широкую реку, которая неслась с шумом огромной силы. Ее ровное журчащее течение напомнило Элен о подземной реке с чистой водой — несомненно, загадка, как сказала бы настоящая передатчица.

В другой лодке Ипис приняла весла от принца.

— Я сяду за весла, — сказал Джирви призраку. — Вы заслужили небольшой отдых.

— Я не нуждаюсь в отдыхе так, как вы, люди, — сказал призрак, — но, с разрешения помощницы-курьера, вы могли бы подежурить на носу, чтобы помощница-курьер могла вздремнуть.

— Я приму это с благодарностью, — сказала Элен и поймала себя на том, что зевает.

С Ипис и призраком за веслами лодки с легкостью преодолели переход на большую реку. Илвайз, насколько могла судить Элен, была около тридцати шагов в ширину, а новая река была по меньшей мере вдвое, а то и втрое шире — могучий поток с бескрайними водами, хотя Элен не знала, из каких истоков берет начало эта река. В восточном Лесоповале были холмы, так что, возможно, оттуда. Возможно, она начиналось в самой Пелене или еще дальше, потому что новая река несла тяжесть вод, катившихся все дальше и дальше на многие лиги, словно из далекой страны. Она спросила себя, не связана ли эта река каким-то образом с Запустением или подземной рекой с чистой водой.

Узкий участок открытой береговой линии оставался пугающе безжизненным, как и с тех пор, как они скользнули в туман. Край Пелены находился примерно на расстоянии вытянутой руки от самого высокого уровня воды. Самое замечательное в большой реке было то, что Пелена постоянно висела высоко над ними, давая пространство для дыхания. Бледный диск сиял на середине неба, его сияние было едва заметным из-за тумана: солнце клонилось к ранней ночи.

— Дайте мне немного поспать, — сказала Элен. — Джирви, ты помнишь мост, который мы пересекали, когда ехали через Пелену?

— Да.

— Это то, что мы ищем. Там, у причалов, есть безопасное место, где мы могли бы пришвартоваться и выбраться на дорогу.

— Должно быть, — пробормотал он.

— Это шанс, которым мы должны воспользоваться. Этот мост — часть дамбы через Пелену. Лорд Телан не сможет добраться до него без помощи айвуров. Держу пари, что клан ценит свою передатчицу больше, чем лорда.