— Уходите! — рявкнул он, но не приказал ей не продолжать.

Ксилси вышла из комнаты вместе с остальными: Ипис и Кем, склонив головы друг к другу, перешептывались, Джирви шел с обнаженным мечом, как будто ожидал встретить на ступеньках врага.

Принц расположился на одном конце стола, положив руки на крышку, и, нахмурившись, изучал веллум. Симо стоял справа от него, Лувиара слева, и Элен у двери.

Теургистка посмотрел на Элен, затем на принца, казалось, собираясь заговорить, но не стала.

— Что вы об этом думаете? — спросил принц. — Судя по рисунку линий, я бы сказал, что это какая-то карта. Но нарисована не так, как на наших геодезических картах. Почерк похож на имперский. Вы можете это прочесть, Лувиара?

Теургистка молча изучила надпись, затем подошла к шкафу и достала шкатулку для письма и лист веллума. Используя карандаш, а не кисть, она начала выводить слова стандартным имперским шрифтом, вставляя догадки о необычных буквах.

Принц и Симо вполголоса обсуждали другие знаки. В неожиданно наступившей тишине мысли Элен блуждали где-то далеко. Каждый раз, когда она смотрела на принца, в глубине души ее охватывала надежда. Не промелькнула ли искорка юмора в его глазах, когда он адресовал комментарий Симо? Не вернулся ли призрак?

Нет. Призрак ушел.

Не в силах успокоиться из-за этих бессмысленных фантазий, Элен прошлась по комнате, открывая шкафы и заглядывая под письменные столы. Наконец, прислонившись к шкафу, она обнаружила трубчатый контейнер из вощеной кожи с тиснением в виде медведя, символа леди Элеавоны. Он был пуст, но в него вполне мог поместиться свернутый пергамент. Она положила его на стол.

— Возможно, именно так карта и попала сюда. Видите медведя?

Не поднимая глаз, принц прижал кончик хлыста к ее руке.

— Ваше Возвышенное Высочество, — добавила она.

Он убрал хлыст и взял у нее тубус, повертел его в руках, чтобы рассмотреть со всех сторон, прежде чем передать Симо. Затем он снова повернулся к ней.

— Помощница-курьер, что вы думаете об этой карте? Узнаете ли вы местность?

Она обошла вокруг стола, останавливаясь, чтобы рассмотреть карту под разными углами.

— Я не уверена, Ваше Возвышенное Высочество. Кажется, на ней не указаны ориентиры, топографические особенности или расстояния, как на имперских картах. Но я согласна, что это могла бы быть карта. Эти параллельные линии изображают дороги? Какие-то проходы? Они странные, потому что каждый проходит через что-то похожее на колесо. В этой области посередине есть семь взаимосвязанных колес, на каждом из которых есть линия, начинающаяся в одном месте и уходящая в другое. Например, вот здесь. — Она указала на изображение, похожее на крепость с восемью башнями. — Это напоминает мне восьмиугольный дворец в Кресте Арлевинд. Это город, где Ксилси провела свое детство, верно?

Никто не ответил на ее вопрос, и она продолжила:

— Линия проходит от крепости с восемью башнями в центральный регион, а оттуда в верхний левый угол. Видите, как верхняя часть маршрута проходит через эту область, отмеченную завитками? Это что, деревья? Ветры? Волны, похожие на океанские? Проходит ли маршрут через океан? И взгляните сюда! — Она обвела пальцем прямоугольный узор в верхней части карты. — Может ли это быть частью береговой линии? Этот полумесяц с палочкой внутри его изгиба может быть кораблем на воде. Но все эти колеса в центре карты… Я их не понимаю.

Лувиара отложила карандаш.

— Ваше Высочество, я могу кое-что прочитать, если правильно разобрала буквы. Большинство слов мне незнакомы, но некоторые, похоже, имеют отношение к имперскому. Вот «эмпрар», что может означать «император». Это может быть «святой путь», как в «тропе».

— Помощница-курьер, прочтите это, — сказал принц.

— Я?

Он хлопнул хлыстом по столу.

Симо вздрогнул от неожиданности, затем отступил на шаг, чтобы дать Элен возможность подойти к столу и рассмотреть надпись на веллуме под более удобным углом. По мере того, как она беззвучно произносила буквы, которые Лувиара выводила более привычным почерком, ритм и значение начали загораться в ее сознании. Обрывки разговора. Резкий говор жителя юга по сравнению с медленным, тягучим произношением жителя севера лорда Телана. Язык ее юности отличался от Имперского, но в нем было достаточно общего, чтобы они с Ао смогли приспособиться, как только добрались до империи. Господа и их наиболее ценные вассалы часто перемещались по дворам, привнося с собой различные диалекты и акценты. Выжившие искупители умели приспосабливаться, потому что, если они не понимали приказа, их наказывали, независимо от причины. Искупитель всегда был виноват.

— Те вег улбетхот хал рад.

— Понимаю. Такое произношение имеет смысл с этими буквами. Но что это значит?

— Иди святым путем.

Принц удовлетворенно кивнул.

Лувиара уставилась на нее.

— Вы можете это прочесть? Что это?

— Полагаю, это должен объяснить Его Возвышенное Высочество, — язвительно сказала Элен.

— Прочтите это вслух, на Имперском, — приказал принц. — Секрет посланника кроется в том, что здесь написано.

Она внимательно изучила текст, который был разбит на три блока и дополнен подписями, расположенными вокруг карты, как будто что-то объясняющими.

— От «Той, кого Седовласый Бог провозгласил Владычицей Юга, Наследницей Своей Матери-Помазанницы и Высочайшей Среди Правителей Страны, Мудрейшей и Справедливейшей, Известной как Бич Морских Волков… Морские Волки… Та, Кто Носит Имя Элеавона...»

Элен замолчала, задохнувшись. Ее голос сорвался. В голове помутилось.

— Продолжайте! — приказал принц.

Искупитель должен продолжать.

Она хрипло выговаривала слова, хотя вспотела, словно окунувшись в жар печи.

— «Леди Элеавона шлет свои приветствия Первому Лорду, который называет себя Гевулином...» — Я думаю, что «первый лорд» означает «принц». Она напоминает ему о взаимной дружбе, когда они поклялись своей честью и своим золотом...

— Золотом? — спросил принц.

— Золотом их преданности. Это значит, что они пообещали прийти на помощь друг другу в будущем, если возникнет необходимость, и у них есть средства, чтобы помочь друг другу. «Высочайшая Элеавона напоминает Первому Лорду Гевулину, что так они говорили в то время на острове Бурь, при свете жемчужной луны, которая собирает святую силу беловолосого бога. Там они обменялись клятвами».

Странно, но ни Лувиара, ни Симо не выглядели удивленными этим поразительным заявлением. Как принц Гевулин познакомился с леди Элеавоной, когда безымянная земля была отрезана от любой части империи? Ее не было отмечено ни на одной карте, которую Элен когда-либо видела. На имперских картах север состоял только из Бушующего океана, которым правили Морские Волки, айвуры-мародеры на своих кораблях.

— Это первый блок, — сказала она, а затем обратилась к Симо: — Капитан, есть что-нибудь выпить? У меня пересохло в горле.

— Продолжайте, — сказал принц, указывая на второй блок текста. Он добавил: — Нет, Симо, не уходите.

Элен облизнула пересохшие губы пересохшим языком. Несмотря на сухое горло, несмотря на то, что она нервничала, она обрела уверенность, когда мелодия и звучание языка ее детства нахлынули на нее таким потоком, которого она никогда не хотела бы испытать снова.

— «Полный рассказ о событиях последних двух лет, прошедших с нашей судьбоносной встречи, занял бы слишком много времени, поэтому достаточно будет этого краткого описания. Мой кузен Телан украл трон Высочайшего у нашего дяди. Он намеревается отобрать у меня трон, дающий мне власть над югом, хотя однажды поклялся честью и золотом преданности, что никогда не будет оспаривать мое право, как наследницы моей матери, править югом. Местные господа по-прежнему верны мне, но они не могут противостоять его армии. Они посоветовали мне согласиться выйти замуж за моего кузена. Я не стану этого делать, хотя мы были обручены в детстве — меня не спросили об этом, да и я не могла дать моего согласия. Теперь я должна попросить вас прийти мне на помощь, как вы обещали в обмен на мое согласие. Если вы забыли, я обещала поставлять вам минеральные ресурсы с восточных рудников, переправлять их через порт острова Бурь в ваши сундуки и склады, которые там есть. Я это сделала. Я выполнила свою часть».