Но Ипис не была Ао. У молодой страж была твердая рука, меч на поясе и походка человека, который знает, что делает, и готов к неожиданностям. Что-то в темноте придавало Ипис сверхъестественный вид, как будто ее обостренное восприятие было обусловлено шестым чувством, с которым она родилась, как будто вокруг нее витало невидимое присутствие. Не похожее на гадюку, а что-то другое. Это сверхъестественное присутствие не беспокоило Элен, но она могла понять, почему новичкам из когорты Ипис было не по себе, особенно если они были консервативными людьми, которые никогда не ходили ни по чему, кроме хорошо подметенных дорожек.

Дважды Ипис заставляла их остановиться. Оба раза она открывала и уничтожала головки Спор, пока Элен держала фонарь, чтобы дать ей достаточно света. Молодые ростки Спор еще не выделяли запах, по которому их находила Элен.

Никто не проронил ни слова, пока они шли дальше. По тропинке было легко передвигаться, они то входили лес, то выходили из него. Свет от фонаря давал достаточно света, и они дважды останавливались, чтобы долить в него масла. Ветер продолжал разгонять облака, открывая больше света от растущей луны.

Элен не могла не сравнить надменную, гордую, неприятную и определенно непривлекательную манеру держаться Гевулина с непринужденной манерой призрака жить в том же теле, и она поражалась этому. Она поражалась, что передатчица раньше казалась ей холодной и непривлекательной, но, когда это поразительное лицо с сияющими глазами иронически подмигнуло ей, все ее существо озарилось глупой радостью и приятным приступом сексуального желания. Так неудобно. Так благословенно.

Он вернулся за ней.

На рассвете Джирви подстрелил пару кроликов. Ксилси связала их и перекинула через плечо, чтобы оставить на потом. Кем рыскал вокруг тропинки в поисках съедобных растений. Он заметил осенний чабер и собрал несколько ягод, связав их в узелок, который взяла Ксилси, чтобы он мог продолжить поиски. Принц сохранял спокойствие, пристроившись в арьергарде рядом с Джирви.

Они добрались до гребня и направились на юг по меловой тропинке, которая проходила чуть ниже верхней линии пологого склона. Элен пропустила Ипис вперед.

Когда Симо вышел вперед, чтобы идти рядом с Элен, призрак любезно уступил место и пошел в нескольких шагах позади.

— Я удивлен, — сказал капитан, — что Ипис не выкорчевала ни одной Споры на холмах Восхода Луны за все те дни, что мы там провели.

— Я хожу этим маршрутом каждый месяц в течение десяти лет. Я всегда вынюхиваю Споры по ходу, так что у них нет месяцев, чтобы разрастись и набраться сил, как это происходит здесь. Я научила жителей деревень на моем маршруте лучшим приемам, которые можно использовать с тем, что у них есть. В любом случае, как вы знаете, нагорья не так богаты спорами, как низменности. Но Ипис поразительно хороша.

— Вот почему я взял ее на эту миссию, — сказал он, хотя Элен об этом и не спрашивала. — Она слишком хороша. Это вызвало зависть у некоторых новичков из ее когорты.

— Она не из Благородного или Августейшего Манора?

— Из Манора Вуннас. По сравнению с ней, Джирви и я — всего лишь достойные уроженцы Маноров, к тому же из провинции. Но, хотя Манор Вуннас входит в восьмерку Августейших, Ипис происходит из его самой младшей ветви. Ее двоюродный дедушка был одарен гением для Манора только в последние годы правления Императора Лилии, и то только потому, что он так много торговал со Спокойным Морем, что дворцу пришлось вознаградить этого человека, хотя его собственный род рекомендовал этого не делать. Люди шептались, что эта семья была пиратами и не заслуживала такой чести, и его родной Манор боялся быть запятнанным таким неподобающим родством.

— Раньше я думала, что все родившиеся в Маноре похожи друг на друга, но теперь я знаю, что у каждого из вас есть свои собственные лестницы и перекладины. — Она помолчала и решила перейти прямо к сути их затруднительного положения. — Вы подозревали Лувиару?

В уголках его рта промелькнул гнев, глаза дернулись.

— Нет, не подозревал.

— Как получилось, что вы трое так долго путешествовали вместе?

— Случайно. По крайней мере, так подумали я и Его Высочество. Мы встретили теургистку на дороге, вскоре после того, как Его Высочество впервые отправился путешествовать по империи. Однажды она буквально обрушилась на нас. Теперь, когда я вспоминаю об этом, я понимаю, что это был разрушенный комплекс Шпилей. Лувиара и Его Высочество долго говорили об архивах. Он пригласил ее составить нам компанию.

— Она много знает и с ней интересно. Мне кажется, что иметь теургистку в качестве собеседницы полезно.

— Теперь я понимаю, что это не было случайностью, но всегда было замыслом Императрицы Магнолии.

— Я этого не ожидала.

— Как и я. — Он оглянулся.

Призрак наблюдал за ними с заинтересованной улыбкой, но держался достаточно далеко, чтобы ему было неловко вступать в разговор. При дневном свете на его лице все еще виднелись следы того, что выглядело как солнечный ожог, но она была уверена, что к вечеру даже это сойдет. Действительно, могущественная магия.

— Что имел в виду принц? — спросил Симо. — Как это она не передатчица?

— Конечно, на этот вопрос должен отвечать принц, а не я.

Он покачал головой с оскорбленным видом и шагнул вперед, чтобы присоединиться к Ипис.

Подбежал Кем с охапкой редиса и стеблей лука-порея.

— Смотри, что я нашел! Как скоро мы доберемся до этого Пари-Холла? Я проголодался!

Элен указала на юг.

— Видишь тот холм впереди? Когда мы обогнем его, то сможем увидеть Шпили. Они находятся на линии отрога, недалеко от главного хребта и немного ниже его.

— Шпили? — спросил призрак с явным интересом. Он сократил расстояние между ними.

— Думаю, да. Я была всего лишь ребенком. Тогда я не знала. Но мы скоро узнаем.

— Что ж, увидим, — сказал призрак.

Кем пристроился рядом с призраком.

— Итак, я просто хотел сказать, что присматриваю за тобой.

— Кем! — Впервые в жизни Элен покраснела.

Кем проигнорировал ее, бросив обвиняющий взгляд на призрака.

— Не думай, что я не понял, что ты не передатчица. Ты призрак из Трех Шпилей. Позволь мне внести ясность. Я научился нескольким трюкам у своей матери. Тебе лучше относиться к тете Элен как можно лучше. Я не шучу. Я могу вызвать у тебя самый сильный понос, который ты когда-либо испытывал.

Несколько шагов призрак обдумывал это заявление в изумленном молчании.

— Я меня нет слов.

— Ты довел ее до слез. Я никогда раньше не видел, чтобы она плакала.

— Кем! Это не твое дело.

— Конечно, это мое дело. Ты заботилась обо мне и маме. Я забочусь о тебе.

— Я знаю, что ты заботишься. Но теперь ты страж.

— Еще одна причина убедиться, что никто не использует тебя в своих интересах. — Он посмотрел на призрака, который носил тело передатчицы. — Но, полагаю, тебе снова придется уйти, так?

Улыбка исчезла с лица призрака.

— Ничто не огорчает меня больше, чем это.

— Мне тоже жаль, потому что ты снова заставишь ее плакать, — сказал Кем, сморщив лицо, как будто ему нужно было почесать нос, но он не мог — руки были заняты редиской и луком-пореем.

Ксилси, шедшая шагах в пятнадцати позади, следила за происходящим, хотя, вероятно, не могла расслышать, о чем они говорили.

— Эй, Кем, — позвала она. — Иди сюда, и мы упакуем твои овощи.

Он отступил назад, чтобы оставить их наедине.

— Меня хорошенько отругали за то, что я довел тебя до слез, — сказал призрак. — Я действительно сожалею об этом.

— Я бы больше сожалела, если бы никогда не встретила тебя. Если к этому добавляются слезы, то я согласна. Но, пожалуйста, не думай, что ты обязан обсуждать меня с моим племянником!

Он рассмеялся. Было странно видеть, как лицо передатчицы оттаивает.

— Я желаю тебе удачи в том, чтобы положить конец его вопросам и комментариям. Я тоже когда-то был молод. Хотя я не уверен, что ты когда-либо была молода.