— Да, снаружи, с остальными, которым удалось спастись. Всего около двадцати человек. Ополчение Дуэнна захватило Манор. Дворцовый теургист обуздал гения Манора, используя собственных духов. Теургист прибыл в свите принцессы Астайлин...

— Так она была частью этого? — спросила Элен, бросив обвиняющий взгляд на Ксилси.

— Молчать! — рявкнул Гевулин. — Джирви, продолжай.

— Маловероятно, что Ее Возвышенное Высочество в этом замешана, — сказал Джирви, — поскольку ее взяли в плен вместе со всеми знатными уроженцами Пелиса. По словам очевидца, Ее Возвышенное Высочество была в таком же шоке, как и все остальные. Если она и причастна, то замечательно сыграла роль.

— Она много чего из себя представляет, и не все её качества приятны, но она не лжет, — сказала Ксилси. — Должно быть, теургист был агентом Минайлина, внедренным в свиту Астайлин, как Лувиара была внедрена в вашу свиту, Ваше Высочество. Вы же знаете, что она любит молитвы в Храме Сердца, как вы любите свои карты и дороги. Джирви, были ли какие-то признаки присутствия наследного принца в свите лорда Дуэнна?

— Нет.

— Мин-ло не любит пачкать руки, — сказал Гевулин. — Если есть хоть малейший шанс, что он проиграет, он останется в стороне и позволит другим выигрывать или мошенничать от его имени. Он, должно быть, сбежал домой, под юбку своей матери, на сарпе, у которой, несомненно, зашиты кислотные каналы.

Ксилси присвистнула.

— Ваше Высочество, я никогда не слышала, чтобы вы говорили так язвительно.

— Теперь, когда я прижат к стене, я свободен от устаревших условностей. Однако я согласен с вами насчет Астайлин. Ей есть что терять, как и мне. Возможно, она бы выиграла от моего бесчестия и смерти, но мое отсутствие во дворце сделало бы ее главной соперницей Мин-ло. Я был полезным подспорьем, отвлекая от нее внимание, пока она создавала союзы на стороне своим приятным поведением. Джирви, продолжай.

— Сначала завязался бой. Но лорд Джения приказала своим людям сдаться, как только поняла, что ее гений в ловушке, и враги намного превосходят численностью ее ополчение. Лорд Дуэнн приказал своим людям убивать всех, кто окажет сопротивление. И их самцы лосей очень агрессивны.

Джирви сделал глоток, затем продолжил:

— Основываясь на показаниях свидетелей и визуальных наблюдениях с расстояния, мы считаем, что у Дуэнна около трехсот солдат. Всего в ополчении Манора Пелис насчитывается сто сорок восемь человек. Уцелевшее ополченцы Пелиса, а также отряд часовых принцессы Астайлин заперты в подземной кладовой под казармами. Основные силы ополчения Дуэнна сосредоточились вокруг Манора и внутри здания. Они прочесывают территорию в поисках оставшихся. В частности, вас, Ваше Высочество. В конце концов, поиски будут вестись и здесь. У нас не так много времени, чтобы принять решение. Но я заметил еще одну примечательную вещь. Церемониальный зал открыт, в нем зажжены лампы и разведены очаги.

Нвелин вцепился в спинку стула, побелев от напряжения.

— Если бы у меня был нож и возможность, я бы сам его убил. Его и его мерзкого сына.

— Какой ужас, — сказала Ксилси. — Уважаемый Нвелин, мне так жаль.

— Я не понимаю, — сказала Элен.

Когда Ксилси увидела, что Нвелин не может заставить себя ответить, она заговорила.

— Свадьба сына Дуэнна и Ворвуа состоится сегодня вечером в церемониальном зале в соответствии с непреложными законами империи. Любой теургист может собрать необходимые принадлежности и выполнить церемониальные обряды. Сначала им нужно будет написать договор. Это займет некоторое время, потому что все должно быть сделано как следует, без ошибок, и в таком случае им понадобится дух, чтобы скрепить сделку. Хуже, Дуэнну не придется вести переговоры. Он может выдвинуть любые условия и заставить Джению их подписать. Астайлин, без сомнения, будет заперта в комнате до самого конца церемонии.

— Мы должны это остановить, — сказал Гевулин.

— Как мы можем это остановить? — Нвелин схватился за живот, скорчившись от боли, по его щекам текли слезы. — Этот зверь еще и настоит на том, чтобы переспать с ней этой ночью. Мое драгоценное дитя, как же можно так над тобой издеваться!

Сфера, в которой находился дух огня, сверкала с холодной неумолимостью, словно воплощая в жизнь хитроумный план, неустанно претворяемый в жизнь наследным принцем.

Хотя, может быть, и нет. Перед мысленным взором Элен предстала другая картина. Воспоминание, врезавшееся в ее память. Она увидела оборванного изгнанника, который швырял на лесную тропинку два маленьких запечатанных керамических сосуда. Один сосуд трескается, и мир вокруг Эль обретает четкость. Ее инстинкты обостряются, и сердце шепчет ей об этом.

Тепло.

Гевулин посмотрел на нее, заметив, что она изменилась в лице и по-другому держится.

— Говорите, помощница-курьер. У вас есть способ убить Дуэнна.

— Если Дуэнн умрет, — ответила ему Элен, — его сын Риенн сразу же станет лордом Манора Дуэнн по праву наследования, поскольку у нынешнего лорда Дуэнна нет ни братьев, ни сестер. Риенну было около двадцати, когда мы с Ао бежали из Манора Дуэнн пятнадцать лет назад. Даже тогда он был таким же безжалостным и грубым, как его отец. Так что смерть Дуэнна ничего не изменит, разве что меня убьют за то, что я навлекла на них беду, и вас тоже, в зависимости от того, как будут развиваться события. Но есть и другой способ, если вы в полном отчаянии.

— Какой? — спросил Нвелин.

— Продолжай, — одновременно с Нвелином сказал Гевулин.

Она обратилась к Нвелину.

— Ваше Светлейшее Высочество, вы говорили, что сарпа притягиваются к теплу. Если потушить все огни и лампы на пути от сюда до Манора, сарпа поползет или полетит на свет. Скорее всего, ее кислота убьет многих из ополченцев Дуэнна, хотя я бы не хотела, чтобы они погибли такой смертью.

— Они сами это, блядь, заслужили, — пробормотала Ксилси.

— А как же моя Ворвуа? — спросил Нвелин. — Кислота сарпы убьет ее так же легко, как и их.

Гевулин нетерпеливо поднял руку. Он все понял.

— Сначала вы вернетесь в зал, Нвелин. Никто не спросит, почему вы так торопитесь вернуться к дочери. Потом вы сможете незаметно предупредить остальных, чтобы они не попадались на пути сарпе. Люди Дуэнна ничего не узнают. Они будут в зале или снаружи. Это рискованно, но суматоха позволит нам освободить пленных ополченцев, пока сарпа будут занята в другом месте. У кого-нибудь есть идея получше?

— Мы можем отступить, Ваше Высочество, — сказала Ксилси. — Я не говорю, что считаю это лучшей идеей. Просто это альтернатива. Если люди Дуэнна схватят вас, вас убьют, ваш труп замаринуют в рассоле и отправят Его Восхитительному Высочеству в качестве трофея.

— Именно так, — сказал Гевулин. — Есть возражения?

Ипис что-то пробормотала себе под нос.

Он сказал:

— Ипис? У вас есть возражения?

— Нет, Ваше Высочество, конечно, нет.

— Нам понадобятся ключи от кладовых в подвале?

— Да. — Нвелин сунул руку в карман на рукаве и достал связку длинных хозяйских ключей, отделив один от других. — Этот ключ откроет все двери подвала. Остальные для других мест Манора. Для меня не закрыта ни одна дверь.

— Отлично. Нвелин, оставьте мне одного конюха и солдата по имени Торгес, чтобы они проводили нас. Возьмите всех остальных. Пусть солдаты рассредоточатся и предупредят всех, кто еще остался на территории, чтобы они погасили огни и спрятались в домах. Вы отправляйтесь в Манор.

Нвелин покачал головой.

— Прекрасная идея, но ее предложил человек, который не знает сарп. Потребуется несколько часов, чтобы разжечь огонь в печи и разогреть загон настолько, чтобы сарпа проснулась. Но даже в этом случае потребуется приложить некоторые усилия, чтобы вывести животное из загона на холодный воздух, и не будет наездника, который смог бы его уговорить. К тому времени, когда все это произойдет, будет уже слишком поздно.

Элен обменялась взглядом с Гевулином.

— Предоставьте это нам, Нвелин, — сказал он. — Сарпа проснется и быстро уйдет из загона.