3650 г. н. э.

Вскоре после прибытия ксили в Солнечную систему, по приказу Хайсмита Марсдена обиталище Галлия-три покинуло свою древнюю циклическую орбиту. Оно больше не курсировало терпеливо между внутренней и внешней планетами; теперь Галлия была навечно подвешена на орбите Юпитера, в пятой точке Лагранжа, скрытая в рассеянном облаке астероидов в этом месте стабильного гравитационного равновесия.

Здесь также было спрятано скопление боевых кораблей различных классов: по преимуществу они были судами компании Пул Индастриз, хотя многие принадлежали другим сторонам. Это было все, что Пул, с некоторой тайной помощью Гарри, смог реквизировать за восемь месяцев, прошедших с тех пор, как ксили начали уничтожать Марс. Суровый и готовый к бою флот.

И здесь, на Галлии, когда до ожидаемого прибытия ксили на Землю оставались считанные недели, у Хайсмита Марсдена наконец-то появилось свое оружие.

Как узнал Пул, опытные образцы были изготовлены с использованием огромных потоков энергии из трубки тока Ио, осторожно доставлены на Галлию на бронированных ВЕС-кораблях и теперь хранились в отдельной лаборатории за пределами самого обиталища Галлии. Этот лабораторный блок представлял собой цилиндр, напичканный инструментами, и питался энергией от двух ВЕС-двигателей.

Внутрь не допускался никто, созданный из плоти и крови. Только виртуальные проекции.

Итак, теперь Пул вместе с Хайсмитом Марсденом, Мириам Берг, матерью Пула Мюриэл и Никола Имри дрейфовали в тускло освещенном пространстве, полном теней и настолько переполненном, что Пула отвлекали резкие вспышки боли, когда он ударялся, натыкаясь на поверхности, и пиксельные ливни нарушений согласованности постоянно мелькали в уголках его глаз.

Никола Имри ухмыльнулась. — Удачно, что мы все такие хорошие друзья.

Мириам прямо сказала: — Ты хочешь попробовать поработать в таких условиях.

— Играйте красиво, дети, — мягко сказала Мюриэл. — Просто помните, что со мной все время так…

— Тогда тебе следовало держаться подальше, — резко сказал Пул.

Мириам посмотрела на него с явным неодобрением. Сама Мюриэл выглядела опечаленной, подумал Пул с уколом сожаления. Но она понимала, подумал он. Обычно она появлялась в его жизни только тогда, когда у нее была какая-нибудь новая жуткая, беспокоящая информация о его цепком прошлом, которую она могла ему навязать. Теперь он думал, что ему следовало бы возмущаться всем этим, потерянным поколениями Пулов, а не ею.

Он попытался сосредоточиться на здесь и сейчас.

Очевидно, Хайсмит Марсден чувствовал то же самое. — Вы все заткнитесь, — сказал он. — И обратите внимание на чудо.

Никола громко рассмеялась.

Затем, в почтительном молчании, они по очереди приникли к окуляру небольшого оптического микроскопа. Пул подумал, что простота оборудования в этой обстановке, на самом деле, усиливала значимость достижения.

Когда настала его очередь, Пул увидел только ярко светящееся пятнышко света.

Марсден казался раздраженным их сдержанной реакцией. — Вы впечатлены? Нет? Так и должно быть. Это, моя неудовлетворенная аудитория, магнитный монополь. Изготовлен с использованием энергии трубки тока Ио и удерживается на месте с помощью сильного магнитного поля.

Мириам кивала. — И с этим у нас наконец-то появился шанс сразиться с ксили.

Ее настроение было не таким, как у Марсдена, заметил Пул. Марсден был воспитанным, эксцентричным ученым. В то время как Мириам была… нетерпеливой. Пул знал Мириам долгое время. Она изменилась, ее отношение стало жестче. Мрачнее. Несмотря на АВТ, она выглядела старше своего возраста — старше Пула, хотя он родился на несколько лет раньше. И с тех пор, как произошел смертельный инцидент на Ио, для нее это была личная борьба. Они все были разными людьми, предположил он. Не теми, кем они могли бы стать, если бы не ксили.

— Что касается дизайна оружия… — Марсден отступил назад, хлопнул в ладоши, и теперь неловкое пространство было еще больше заполнено виртуальным дисплеем, который повис в воздухе между ними: ксили, ныне печально известный корабль, семя платана. — Естественно, мы внимательно изучали ксили с тех пор, как они впервые вырвались из червоточины в Солнечную систему, и особенно с тех пор, как стали очевидны их враждебные намерения. И благодаря этому более глубокому изучению мы многое узнали. Особенно о том, как они движутся.

Изображение ксили мерцало, и Пул понял, что видит компиляцию из множества записей, грубо смонтированных вместе. Но он мог видеть, как из этих загнутых назад, похожих на лепестки обрубков крыльев, дальше появились расширения или, возможно, развернулись, мерцая, формируя: неуловимые геометрии.

— Изображение неопределенное, — сказал Марсден. — Конечно, мы не всегда знали, что наблюдаем, поэтому постоянно возникает проблема с тем, как наблюдать. На самом деле, лучшие подсказки были получены из измерений гравитационных волн, которые являются особенно сильным сигналом от ксили.

— Но удлинения крыльев, которые вы видите здесь — и мы не думаем, что видели их в полной мере, мы думаем, что движения ксили были относительно осторожными — очевидно, в этом секрет их способа движения. Они не материальны, не имеют массы или энергии. Это разрывы в пространстве-времени… — Он сделал паузу, оглядывая их, демонстрируя сравнительно легкое раздражение — легкое для него — от пустоты на их лицах. — Ну?

Никола прошептала Пулу: — Он как наставник, который был у меня в следственном изоляторе в Аристархе.

Он взглянул на нее. — Ты никогда не рассказывала мне об этом.

— Одна из идей моей матери улучшить мой характер.

— Это сработало хорошо.

— Тебе просто нужно дать ему успокоиться, пока он не скажет то, что нужно услышать.

Мириам свирепо смотрела на них; Пул заткнулся.

— Вакуум может принимать множество энергетических состояний, — наконец сказал Марсден. — Это точно так же, как воду можно найти в твердом виде — в виде льда — или жидкости, или газа — в виде пара — или плазмы. И точно так же, как вода выделяет энергию, скрытое тепло, когда она переходит из одного состояния в другое — из пара в жидкую воду или из жидкости в лед, — так и вакуум выделяет энергию при переходе из одного состояния в другое. Эти импульсы энергии, изменяющей фазу, сыграли ключевую роль в формировании Вселенной в самые ранние моменты после возникновения самой сингулярности.

Но когда вода замерзает, лед редко образуется равномерно и регулярно. Вот почему в кубике льда, который вы кладете в свой напиток, вы часто обнаружите дефекты: пузырьки, линии и плоскости излома. Итак, по мере того, как оно застывало, пространство-время тоже оставалось полным изъянов. Итак, поскольку пространство-время имеет протяженность в трех пространственных измерениях, то, подобно кубику льда, оно содержит изъяны в более низких измерениях: два, один, ноль.

Мириам сказала: — Дефекты, наиболее часто встречающиеся в природе, одномерны. Огромные нити.

— Космические струны, — сказал Пул. — Моя астрофизика возвращается ко мне.

— Верно. Растянутые по всему космосу, бесконечно движущиеся, распространяющиеся со скоростью, близкой к световой. И, по сути, трубки высокой энергии — реликт состояния ранней Вселенной — точно так же, как линейная трещина в кубике льда будет заполнена жидкой водой. Остатки предыдущего состояния, видите ли. Космические струны достаточно массивны, чтобы исказить само пространство-время. Искривлять пространство вокруг себя.

Мюриэл сказала с оттенком нетерпения: — Так что это одномерные дефекты. И в двух измерениях — что-то вроде листа?

— Действительно, — сказал Марсден. — Обширная плоская трещина в пространстве-времени. Эти разрывы называются доменными стенками. И снова их тенденция, однажды сформировавшись, будет заключаться в распространении со скоростью света.

— Ах, — сказала Никола. — Я поняла. — Изящным виртуальным пальцем — во всяком случае, изящным для нее, подумал Пул, — она ткнула в профиль мерцающего продолжения крыла корабля ксили. — Мы знаем, основной корпус и эти выступы сделаны, как и Тайник, из того, что назвали обшивкой. Верно? Что само по себе чудо. Но это крыло, я полагаю, является вашим дефектом плоского пространства-времени.