Она вернулась в реальность, когда Дамали положила холодную ладонь на её сжатый кулак: Пандея по-прежнему мяла края чужого пальто.

– Ник в порядке и в безопасности. Сейчас он преспокойно спит. Я дам тебе адрес, как только ты отдашь мне онира, но, пока есть шанс, я хочу поговорить без твоих надзирателей. – Улыбка пропала, во взгляде появился незнакомый ранее холодный блеск. Даже голос Дамали стал ниже, словно прежняя она – от и до лживая оболочка.

Это шокировало. Дея отпустила её пальто и всё-таки зашла в кофейню. Вместе они не раз здесь бывали, поэтому Пандея бездумно села за знакомый столик. Она молчала, Дамали сделала заказ за них обеих, прекрасно зная предпочтения Деи.

– Где Ник? – коротко бросила Пандея, не желая оставаться с Дамали дольше, чем нужно.

Она всё ещё хотела её ударить, но сложила руки на груди – чтобы заодно избежать соблазна плеснуть горячий кофе ей в лицо.

– Где осколок зеркала?

– Ты с самого начала знала про онира, верно? Это причина нашей дружбы?

– Нет, – категорично отмела Дамали, но Пандея уже не верила на слово. Перед мысленным взором так и стояла её заново разнесённая гостиная. Она не могла прекратить представлять, что с Мениском сделали. Сколько раз ударили и чем запугали. И всё это оказалось планом подруги, которой она доверяла.

Знакомая Дее Дамали была милой, добродушной и не всегда дальновидной. Даорийка не стала неожиданно выше ростом и не накачала мышцы, но теперь она напоминала внешне безобидную тощую змею, которая удавит тебя, стоит позволить ей обернуться вокруг шеи. И Пандея позволила. Она сама пустила её в дом.

– Я всеми силами пыталась уберечь тебя и твоего брата.

Новое лживое заявление вывело Пандею из оцепенения.

– Клянусь Никтой, матерью мрака, что если Ник пострадал, то я сама найду и прикончу тебя. Для этого мне даже онир не понадобится, – сухо предупредила Пандея, и она не блефовала. Может, пока не знала как, но Дамали пожалеет, если Мениску причинят боль.

К удивлению Пандеи, Дамали не стала насмехаться, а зябко повела плечами, как-то сгорбилась и сделала большой глоток кофе. К своему напитку Пандея не притронулась, боясь выйти из себя. В кафе было немноголюдно, и всё же свидетели раздражали – держать себя в рамках приличия в подобной ситуации оказалось нестерпимо сложно.

– Дея, позволь сперва…

– Где Ник? И где Иво? Не дай боги, и с ним ты что-то сотворила.

– Давай сперва погово…

Дея с грохотом опустила маленькую коробочку на стол, привлекая внимание посетителей через два столика. Дамали дёрнулась, но Пандея не спускала с неё глаз, теперь в каждом движении и слове ища подвох.

– Здесь осколок. Это же всё, что тебе от меня надо было, да? Вот он. Дай мне адрес, где ты оставила Ника.

Дамали издала страдальческий вздох, словно совсем не этого хотела, но Пандее уже было плевать. Дамали станет более откровенной и настойчивой, если Дея идеально сыграет роль подруги, которую предали.

Не сразу, но Дамали достала свой телефон. Затем мобильник в кармане Пандеи издал сигнал. Она открыла сообщение и ввела присланный адрес в приложение с картами. Не так уж и далеко. Минут десять на машине, может, пять, если гнать.

– Что ты делаешь? – спросила Дамали, когда Пандея принялась набирать СМС.

– Отправляю адрес Кассии. Они проверят, там ли Ник и в каком он состоянии. До этого момента онира ты не получишь.

Пандея была напряжена до предела. Одной рукой она продолжала сжимать коробочку с осколком, но, к её удивлению, Дамали не попыталась её вырвать, хотя могла. Она, наоборот, преспокойно осталась сидеть, вероятно, ожидавшая чего-то подобного. Ощутив внезапную панику, Пандея второпях добавила сообщение Кассии про возможную ловушку.

– У тебя есть пять-десять минут, пока они не выяснят правду. Ты хотела поговорить – тогда выкладывай, – коротко приказала Пандея.

Дамали с вымученной улыбкой наигранно поморщилась, будто непривычная грубость Деи ей претила.

– Келестин разве ещё не всё разболтал?

Пандея ничем себя не выдала, но Дамали всё равно поняла, что её брата она уже знает, и тихо выругалась.

– Твоя роль в моём плане была короткой, скорее требовалась твоя помощь. Я не намеревалась… не планировала, потому что даже не знала про… это, – неловко заторопилась Дамали, похоже, осознав ограниченность отведённого времени. На последнем слове она ткнула в коробочку.

– Ты намеренно слила мне информацию о металле. Разве не твои же полемархи этим занимаются? – стараясь выглядеть оскорблённой, припомнила Дея.

– Да, мне пришлось тебя вмешать, но твоей ролью было лишь стать временным посыльным. Я знала, что ты сумеешь передать эту информацию Каю, а потом она дойдёт до Микеля и Кассии. Мне нужно было выманить их из безопасных мест, чтобы они начали искать. Только в этом заключалась твоя роль, но именно из-за них на тебя обратили внимание полемархи. Что? – издевательски хмыкнула Дамали, когда Дее не удалось скрыть удивления. – Думала, что я там главная? Как бы не так! По крайней мере, не была, пока эти недоумки не вмешали тебя. Думаешь, ты и твой брат живы благодаря им? Благородные Кассия, Микель, Иво и Кай спасли твою жизнь? – Речь Дамали сочилась презрением при упоминании их имён, вновь заставляя Пандею напряжённо сжать челюсти.

Ей хотелось продолжать слушать и одновременно влепить Дамали пощёчину, чтобы та заткнулась и валила в Тартар, прекратив строить из себя благодетельницу. Дея отчаянно желала верить подруге, но в то же время она не могла избавиться от привкуса лжи в каждом слове. Её мутило от противоречивых чувств.

– Никто из полемархов в твою сторону даже не смотрел, – наклонившись ближе, заговорила Дамали, не спуская с Деи сердитого взгляда. – Ты передала документы, выполнила то, что от тебя требовалось, и всё. Но нет же. Они принялись копаться в твоём прошлом, за тобой Иво следил без моего ведома. И так полемархи выяснили, что у тебя может быть онир. Я знать не знала, что они собирались с тобой сделать. Помнишь тот магазин, из которого нас украли? Хорошо хоть Яннис поговорил со мной до операции. Я умоляла его не убивать тебя, не представляешь, чего мне это стоило. Я почти валялась у него в ногах, чтобы…

– Подонок Яннис пустил в меня пулю, – резко напомнила Дея, в ответ на что Дамали издала высокий смешок.

– Они намеревались разделать тебя, как подопытного кролика! – зашипела она. – Ты исцеляешься, и пуля в данном случае лучший из всех вариантов. Ещё повезло, что Иво и Кассия своим появлением отвлекли их на себя. Уже тогда я могла её убить, прямо сразу. Пуля в лоб, и всё, но мне нужно было потянуть время, лишь бы помочь тебе! Ты, похоже, не понимаешь, как много месть значит для меня, сколько лет я мечтаю избавиться от Кассии и Микеля. Они оба были там, но я выбрала тебя!

Дея неоднозначно качнула головой. Доля логики в сказанном присутствовала, но подобное нужно было обдумать.

– Ты полагаешь, что я хочу забрать это только ради себя?! – Дамали опять указала на коробку с ониром. – Да, эта дрянь мне нужна для нового плана, но сейчас я пытаюсь помочь тебе избавиться от мишени на спине! После событий на заводе я совершила переворот в кругах полемархов. Он давно назревал, – отмахнулась Дамали, стоило Дее скептически приподнять бровь, – но ты вынудила меня действовать быстрее. Двоим удалось сбежать, и я не могу гарантировать, что они не придут за твоей головой. Но если я заберу онира, то они оставят тебя в покое. Поэтому скажи спасибо, отдай осколок, забирай брата и беги подальше от Кассии и её компашки. Именно из-за них тебя угробят, и, видят милосердные мойры, я этого не хочу.

На мгновение Пандея поверила, узнав прежнюю Дамали в едва дрожащем тоне и блестящих от волнения глазах. Она часто непроизвольно плакала, когда ей не верили. Сама об этом рассказала. На самом деле она злилась, но непрошеные слёзы собирались в глазах от обиды. Она считала слабостью, предательством тела и нервной системы то, что ей не удавалось скрыть это при актёрской игре.