– Ты не приходила месяц.

Я шумно выдохнула и достала из сумочки пузырёк с маковым молоком. Это не просто снотворное. Это фантазии, и Аякс в восторге от нереальности снов.

– В качестве извинения, – сказала я и поставила на стол ещё две такие же баночки. – А это плата.

Как и стоило ожидать, Аякс повеселел. Иногда я беспокоилась, не является ли это для него своего рода наркотиком, но Элин заверила, что с данным маковым молоком он хорошо спит, использует мало – всего несколько капель в чай перед сном, и встаёт в потрясающем настроении.

Однажды Аякс признался, что вследствие травмы головы в середине своей жизни он потерял способность видеть сны. Потом у него начались проблемы с памятью и перепады настроения. Данный же мной мак вернул ему сновидения и сработал как лекарство.

Элин следит за его состоянием и регулярно приглашает врачей для осмотра. Судя по проведённым анализам, фантазии действительно улучшили его нервную систему.

– Новый архонт Раздора хорошо справляется. Едва не возникло недопонимание с Домом Чревоугодия. Те высказали недовольство твоим внезапным исчезновением, но Хлоя заверила, что твой договор с ними остаётся в силе, – поделился Аякс, внимательно разглядывая меня чёрными глазами. Его выражение лица смягчилось, губы растянулись в понимающей улыбке. – Ей не хватает твоей резкости и гнева. Она больше похожа на Майрона. Спокойная.

«– Разве миролюбивый глава не лучший выбор для процветания Дома?

– В этом случае – разумеется. Своей терпимостью Илира пошла в меня. Я умею вести переговоры, искать компромиссы и контролировать свой гнев. Но сейчас речь не о процветании, Кассия. Мы в самом разгаре борьбы за власть».

Я прикрыла глаза, вспомнив один из первых разговоров с дедушкой. Тогда им нужен был архонт как я, но теперь настало время для процветания.

– Рада слышать, что Хлоя справляется. Как дела у Мейв? – сменила я тему, заранее зная, что Аякс продолжит убеждать меня вернуться на место главы Дома.

– Хорошо. Она заходила сегодня днём.

Моё сердце пропустило удар от мысли, что я могла с ней случайно пересечься. Волна холода в теле резко сменилась жаром, стоило сделать глоток чая.

– Как твоя работа? Нашла что-то интересное в человеческих архивах?

Я уцепилась за смысл заданного вопроса, возвращая собранное выражение лица. Всё хорошо. Мы не пересеклись. Раз Мейв ушла, то сегодня она вряд ли вернётся. Раньше я всегда писала Элин перед приходом, но сегодня решила прийти спонтанно. Внезапное решение уйти из архива повлияло на тоскливое настроение, и встреча с близкими могла это исправить.

– Ничего, что могло бы тебя заинтересовать. И я уволилась, – сообщила я.

– Значит, ты наконец встретишься с Камаэлем? – встряла Элин.

Она тихо ойкнула, когда мы с Аяксом повернулись к ней. Я вся похолодела от этой мысли и не сразу смогла вернуть расслабленное выражение лица.

– Так нельзя, кириа! Ты должна с ним поговорить! То, что ты видела, было лишь мимолётным увлечением. Я говорила с Иво, он переживает о Камаэле, которого явно мучают то ли воспоминания, то ли какие-то чувства. Не надо прятаться. Пожалуйста, поговори с ним. – Элин буквально прорвало, её пальцы побелели от того, как сильно она сдавила чашку, а затем сделала несколько шагов, как бы невзначай закрывая собой выход из комнаты, будто я могла в любой момент сорваться и удрать.

Я вся напряглась, мне захотелось сжаться и отчасти правда захотелось сбежать, но я заставила себя выдавить улыбку. Кривую, слабую, но хоть какую-то. Я видела её искреннюю тревогу, и мне хотелось успокоить Элин.

После двух месяцев в отдалении и наедине с самой собой я вернулась в Санкт-Данам. Мне казалось, приехала обновлённой и готовой завоевать сердце Кая снова. Моя самоуверенность вспыхнула и сгорела дотла, когда я увидела его с девушкой, которой это уже удалось.

Почти четыре года.

Я помнила о нас, а он нет.

Сосредоточившись на финишной прямой, я не взяла в расчёт, что Кай не будет меня ждать около неё. Эта встреча с реальностью оказалась решающей. Как мощное столкновение со стеной.

Я могла бы ему напомнить о нас и разбить его отношения с миловидной девушкой, что весело смеялась, повиснув у него на руке, но, увидев его ответную улыбку, вспомнила, что наша любовь не была счастливой. Вместе с собой я принесу ему множество болезненных воспоминаний.

Долгое время он справлялся с потерями и строил новую жизнь, чтобы спустя годы я пришла и всё разрушила. Даже если попрошу Мороса показать Каю мои воспоминания, сложно быть уверенной, что это вернёт его любовь ко мне. Показанное будет лишь картинками прошлой жизни, которой он не помнит.

Увидев Кая с другой, понаблюдав за его расслабленным выражением лица, я не смогла выдержать поток сомнений. Те снесли всю с трудом приобретённую решимость. В тот момент мне были жизненно необходимы Сирша с бутылкой чего-нибудь крепкого или Элион с его дурацким кафе-мороженым и раздражающим «Ты ревела?»

Мысль о Сирше и Элионе словно заморозили лёгкие, выдыхаемый воздух обжигал язык и нёбо, а вдох, казалось, царапал горло.

Я ревела. Ещё как ревела. И, струсив, вновь сбежала.

Поэтому мне было стыдно встретиться даже с Иво.

Я провалила свой план. Пришла к финишной прямой, где никого уже не было.

– Мы обязательно встретимся, но не сегодня, – заверила я с приклеенной улыбкой.

Я рассказала Элин правду, почему отступила, и она постоянно приносила мне новости, что с той девушкой он расстался. Честно рассказывала, что узнавала, и Кай ни с кем долго не встречался за эти годы, но я задумалась о последствиях и способна ли вообще в своём нынешнем состоянии влюбить в себя Кая.

Той Кассии, что он знал, больше нет, да я и не совсем понимала, что именно ему во мне понравилось, чтобы снова вызвать в его сердце нужные чувства. Я во всей полноте представила, что новую меня он может и не полюбить вовсе. Это показалось мне страшнее, чем хранимая иллюзия вероятности, что однажды… когда-нибудь… стоит только всем трудностям остаться позади…

Хотя глупо было обманываться, что проблемы когда-либо закончатся.

– Ты сказала, что уволилась. Пообещай, что не сбежишь из Санкт-Данама! – заупрямилась Элин.

Я смиренно вздохнула и похлопала по дивану рядом с собой. Элин присела с опаской, на самый край, продолжая глядеть на меня недоверчиво.

– Обещаю, если расскажешь, как идёт твоя подготовка к сессии.

– Кириа! Ты уходишь от темы.

– Не ухожу, а просто меняю, – ласково поправила я.

Элин возмущённо засопела и взглянула на Аякса в поисках поддержки, но тот расслабленно пожал плечами, хватая клубничную тарталетку со стола.

Я аккуратно спустилась по ступенькам перед входом, как только Элин заперла за мной дверь антикварной лавки. Солнце село несколько часов назад. Элин хотела вызвать мне такси, но я отказалась, желая немного прогуляться. Нужно проветрить голову. Мысли путались после длительного разговора и крепкого чая. У меня начало складываться впечатление, что Аякс подливает туда что-то ещё. Или же я просто устала.

Запахнув пальто, я медленно зашагала вперёд, выбрав более короткий путь через проулки к основной улице, чтобы там поймать такси. Я невольно замедлила шаг, ощутив неприятный зуд в затылке. В горле пересохло, а сердце забилось чуть чаще от предчувствия. Я поёжилась и, обернувшись, осмотрела тёмный переулок. Узкое расстояние между двумя линиями домов без тротуара, для проезда только одной машины. Малочисленные фонари с заревом оставляли слишком много неосвещённых участков, а солнечные очки делали картинку более сумрачной, но я не решалась их снимать, боясь столкнуться с палагейцами. По жёлтым глазам меня узнает любой, а следом не пройдёт и суток, как обо мне станет известно Иво и Каю или Гипносу и Весте.

Через Элин я отправляю Весте и дедушке бумажные письма с новостями, что у меня всё хорошо. Моя бывшая служанка упрямо врёт, что письма я подбрасываю в лавку, не встречаясь с ней лично, но терпение Элин на исходе. Уверена, что у Иво и остальных оно иссякло. Интересно, как Кай воспринял новости о моём исчезновении? Шпионы в усадьбе дедушки доложили, что Кай там не появлялся. Новости о смене архонта его не заинтересовали.