Я хотела закричать, увидев, что Элион и Кай согнулись от боли. Кровь была даже на губах Лисандра и Троя. Одна Веста, не пившая алкоголь, казалась в порядке. Меня скрутило от рези в желудке, я вцепилась пальцами в стол.

– Кас… это не… – хрипел Микель, пока его глаза наливались красным.

Первоначальное оцепенение отпустило. Все пришли в движение. Трой бросился защищать Микеля. Лисандр стремительно надел какие-то браслеты на запястья. Я не могла пошевелиться, ужас сковал меня при виде Кая, давящегося кровью. Его взгляд, направленный в сторону даориев, горел ненавистью.

– Веста! – рявкнул он, и это стало знаком для моих спутников.

Содрогаясь от спазмов, Элион резко поднялся на ноги. Лисандр ударил браслетами друг о друга, выбивая мелкую искру, которая превратилась в пламя. Элион толкнул меня вместе со стулом, пытаясь сбить с пути огня. Я закричала, поняв, что Лисандр направил пламя не в мою сторону. Элион тоже это заметил и развернулся, снося Кая со стула на пол. Мой затылок встретился с полом, в голове зазвенело, а последующий крик боли Элиона перекрыл всё. Он успел защитить Кая, но сам попал под огонь. Тот ударил его в спину, стремительно сжигая одежду, волосы, кожу и мышцы. Впервые я увидела оцепеневшего от ужаса Кая, который не мог шевельнуться. Элион подставил себя, лишь бы защитить друга. Он продолжал стоять под пламенем и кричать, парализованный болью.

Поток огня иссяк, когда Веста с воплем бросилась на Лисандра, тот отшатнулся на несколько шагов, получив от неё удар ногой в грудь. Элион рухнул рядом со мной.

– Веста! Помоги Кас… сии, – приказал Кай, вскакивая на ноги. Половина его лица была в крови, он задыхался, взгляд казался безумным.

Лисандр снова щёлкнул браслетами, но в руке Кая иллюзорное копьё появилось быстрее. Новый поток пламени не успел достигнуть цели, Кай бросил своё оружие с такой силой, что остриё пробило тело Лисандра насквозь и припечатало к стене. Микель кричал, Трой вопил, пока я сотрясалась от ужаса. Иллюзорное копьё пропало через три секунды, оставив Лисандра с дырой в животе, но он по-прежнему был жив. Кай с яростным рёвом бросился на врага через стол. Новое копьё вновь припечатало Лисандра к стене, даорий хрипел от боли, кровь потоком лилась из его рта. Он бы и так умер в ближайшие мгновения, но Кай руками схватил голову огненного и с остервенением несколько раз приложил о стену, пока не треснули череп и часть бетонного перекрытия. Вопли Троя стали громче и отчаяннее. Веста отбросила стол на Микеля и Троя, которые пытались подняться. Огненный был почти в порядке, Микеля же постоянно рвало кровью, лицо стало неестественно бледным. Они оба оказались придавлены столом вместе с мёртвыми Авилой и Декланом.

Продолжая давиться собственной кровью с короткими перерывами на вдохи, на трясущихся руках я подползла к Элиону. Мой пульс зашкаливал, сердце отдавалось в груди сумасшедшим ритмом, из-за чего я не могла контролировать тело. Вся спина и затылок Элиона были сожжены до чёрного мяса, и я залилась паническими слезами.

– Нет-нет-нет-нет… – безостановочно повторяла я, не зная, где можно прикоснуться к другу и как ему помочь, чтобы облегчить боль.

Он едва дышал, будучи отравленным, как и мы все. Трясущимися пальцами я успокаивающе погладила его лоб и щёки. Его глаза сместились, заглядывая в моё лицо. Губы изогнулись то ли в улыбке, то ли в болезненной гримасе, из уголка глаза потекла слеза. Не обращая внимания на шум вокруг, я взяла его за руку, продолжая успокаивающе гладить по лицу.

– Я здесь… и не… уйду, – убеждала я.

Эль разомкнул губы, его брови болезненно изогнулись, пока рот приоткрылся в безмолвном крике. Меня окатил ужас от этой картины и его страданий. Он спас Кая ценой своей жизни, а я даже не могла облегчить его последние мгновения. Элион забился в судорогах, затем издал один протяжный выдох, который заглушил для меня все остальные звуки, и его грудь опала. Эль затих, в зелёных глазах потухла жизнь.

– Нет, – залепетала я, не замечая, что в зале мы уже не одни. – Эль… Эль, оч… нись!

Кто-то схватил меня за одежду и швырнул в сторону. Я со стоном врезалась в стену и рухнула на осколки. Веста подскочила и с гневным воплем иллюзорным мечом снесла голову какому-то даорию. Его тело упало рядом, и я лишь вскользь узнала одежды Клана Металлов. Меня скрутило от нового приступа боли. Обе двери в комнату были распахнуты, а вокруг лежали тела мёртвых даориев. Лицо Кая посерело, его так шатало, что он сам рухнул на пол, после того как мечом распорол живот очередного противника.

Я никак не могла сосредоточиться, чтобы создать хоть какое-то оружие, все иллюзии рассыпа̀лись в руке. Веста попыталась меня поднять. Кай встретился со мной взглядом.

– Веста, уве… ди Кас… сию! – глотая слоги, но с нажимом приказал он.

К нему приближалось ещё двое даориев, Кай не обратил на них внимания. Лезвие чужого меча было близко к его горлу, но Кай всё равно ударил кулаком по полу. Комната на миг вздрогнула, пол под нами с Вестой стал чёрным, следом мягким, и Веста закричала, когда мы с ней провалились на этаж ниже. Я не могла издать и звука, рот был полон крови, а сознание – ужаса. Мы рухнули на какие-то столы с компьютерами, снеся технику. Я с трудом перевернулась на бок, не уверенная, не сломала ли себе что-то.

– Кай… нужно… верну… – убеждала я, повиснув на плече Весты, она с трудом поставила меня на ноги.

– Я не могу поднять нас вверх, – с искренним испугом пробормотала она. – Кассия, держись крепче.

Я уцепилась за её плечи, она обхватила мою талию. Колени тряслись, и временами мне казалось, что я отключаюсь на доли секунд. Успела разглядеть ещё даориев, прежде чем Веста превратила пол в бесплотный туман, и мы провалились на этаж ниже. Потолки в здании были слишком высокими. Веста хоть и приземлилась на ноги, но упала, утянутая моим весом.

– Кассия, пожалуйста! Потерпи немного! Не отключайся, – в отчаянии молила она, а её голос тонул в пустоте, как и комната вокруг.

Сильная пощёчина привела в чувство, я шумно втянула воздух и распахнула глаза.

– Пожалуйста, вставай! Я должна вывести хотя бы тебя, – едва не плача, просила Веста.

У неё не получалось тащить меня, я кое-как поднялась на ноги, но по-прежнему всем весом опиралась на Весту. Она проделала трюк с полом ещё дважды, пока я беспрерывно просила её вернуться за Каем. Веста перестала даже пытаться отвечать, она отчаянно плакала, ругаясь сквозь зубы, и тащила меня к лифту. Я пропустила те мгновения, пока он ехал, но пришла в себя, когда голова запрокинулась и я едва не упала.

Двери лифта открылись. Веста ахнула, увидев двоих даориев. Один из них схватил её, втащил внутрь и приложил головой о металлическую стену раньше, чем Веста успела среагировать. Второй вцепился в меня, затем принялся душить одной рукой, пока другой искал лезвие у себя на поясе. Инстинкт самосохранения взял верх, несмотря на жуткий звон в голове. Я принялась отбиваться, но Веста добралась до врага раньше, одним движением иллюзорного клинка отрубив держащую моё горло руку. Потом она воткнула лезвие даорию в шею и дёрнула в сторону, оставив рваную рану. Мой противник рухнул к своему мёртвому напарнику.

Я сползла по стене лифта к трупам, Веста нажала на кнопку первого этажа. У меня начались галлюцинации, потому что её зелёные глаза горели красным, как у сивилл. Она тяжело дышала, её руки по локти были в чужой крови, платье местами порвано. Веста, как и Кай ранее, почти не походила на себя, превратившись в кого-то дикого и древнего, а отпечаток горя на лице делал её образ ещё более устрашающим. Это настоящие облики детей самого Гипноса.

Меня стошнило кровью и частью съеденного, когда кабина дёрнулась, остановившись на первом этаже. Двери только начали распахиваться, а за ними уже послышались три выстрела и вопли людей.

Веста приготовилась, сжав меч в руке, но перед лифтом нас встретили три трупа огненных даориев с простреленными головами.

– Какого хаоса происходит? – спросил Иво с пистолетом в руке, не обращая внимания на разбегающихся позади него обычных людей.