– Архонты, – обратился Майрон к присутствующим, когда я встала рядом. – Рад познакомить вас с Кассией – моей внучкой и дочерью Илиры. Думаю, её внешности, гула и моего слова достаточно для доказательства её личности.

– И если это правда, то ещё она дочь Мелая – царя Клана Металлов, – с нажимом подчеркнул мужской голос.

Этого палагейца я видела впервые, но мне не пришлось смотреть на его герб. Тобиаса – архонта Дома Чревоугодия и дядю Элиона – легко было узнать благодаря схожим чертам, однако он не обладал очарованием своего племянника и сестры Камиллы. Чёрные волосы местами выцвели до коричневых, зелёные глаза потускнели, а морщины на лбу и вокруг рта выдавали возраст. Я даже примерно не могла сказать, сколько колец он прожил, но по человеческим меркам не дала бы ему меньше сорока. Камилла вроде как старше, но ей удалось лучше сохранить внешнюю молодость.

Тобиас глядел с неодобрением, вздёрнув подбородок и важно расправив плечи. Словно пытался со своего места смотреть на меня с высоты. Я не придала этому никакого значения, только отметила отсутствие Камиллы.

Вместо неё по правую руку от Тобиаса сидел молодой мужчина. Он вальяжно развалился на кресле и скучающе подпёр рукой голову. Поймав мой взгляд, позы он не сменил, но уставился столь же пристально. По его губам скользнула безрадостная улыбка. Из общего с Элионом у него были разве что высокий рост и чёрные едва вьющиеся волосы, хотя в привлекательности он тому не уступал.

– Кассия, это Тобиас и его наследник Иолай.

К моему удивлению, Тобиас отрывисто мне кивнул, хотя бы так показав, что признаёт моё присутствие. Иолай не двинулся, но улыбка стала наглее.

– Рада познакомиться, – равнодушно ответила я.

Не знай я истории Элиона, то, вероятно, испытывала бы к ним меньше неприязни. К тому же этот Дом пошёл от бога насмешки – Мома. Надеюсь, чувство юмора они от него не унаследовали.

– Тобиас прав, она наполовину даорийка и ей едва за двадцать. Она как ребёнок.

Я обратила внимание на женщину с другой стороны. Зрелая и чарующая красота, карие глаза и огненные волосы напомнили мне друзей Микеля.

– Да, Кассия не восприимчива к металлам людей, но это всё, что она унаследовала от крови своего отца. И я не намерен отказываться от внучки из-за мерзавца, совратившего мою дочь, Меган, – отрезал Майрон. – Я не Мелай, который все годы ждал, чтобы насадить собственных детей на копья! Мы чтим семьи превыше всего, наследники – наше сокровище, разве нет?

Меган – архонт Дома Гордыни, начало которому дала Гибрис – богиня этого порока. Мейв и Аякс – подданные Меган. На последней фразе Майрона я переключила внимание на девушку рядом с ней. Молодая, может, чуть младше или одного возраста со мной. Она не встревала в разговор, сидела, чинно сложив изящные руки на коленях, и прилежно слушала, разглядывая меня с интересом.

– Не забывай, Майрон, что ты не просто архонт своего Дома, но ещё и глава Совета, – размеренно произнося каждое слово, встрял Неолай. – Ты намереваешься навязать нам наследницу, прожившую большую часть своей жизни среди людей. Она вообще понимает нашу речь?

– Понимаю, – ответила я Неолаю, усилием воли глядя в его почти чёрные глаза. Архонт Дома Кошмаров, как и при первой встрече, сочетал невообразимую красоту и жуткий взгляд, от которого спина покрывалась мурашками.

На его сестру Наю я боялась смотреть, не готовая видеть в ней знакомые черты Кая. Однако её платье в фамильных красных цветах Дома Кошмаров невольно притягивало внимание.

– У меня была всего неделя. Вы тоже выучили свой язык за подобный срок? – тем же лишённым эмоций тоном сдержанно уточнила я.

Моя речь была очень далека от совершенства, я выговаривала слова долго, с сильным акцентом, но, судя по недовольству во взгляде Неолая, намёк он понял. Как и несколько других архонтов, издавших смешки. Громче всех они прозвучали от двух девушек с дальнего места справа.

– Простите, – без капли искренности извинилась та, что занимала место архонта. Внешне она была не старше Мейв, светлые кудрявые волосы делали её похожей на даорийку, но тёмный макияж и блеск злого безумия в голубых глазах настораживали. Улыбка была кривой. – Но я согласна с Кассией, Неолай. Ты слишком многого ждёшь от неё за какую-то неделю. Эта девочка едва не пристрелила Мелая, окружённая толпой даориев. Никто другой даже таким достижением похвастаться не может, хотя ты был там, – она театрально развела руками, никак не реагируя на недовольные гримасы Неолая и Тобиаса. – Кстати, меня зовут, Ойзис, Кассия.

– Ойзис? Как богиню?

– Всё верно, – с довольным видом кивнула та и ткнула в девушку рядом: – Это моя младшая сестра Дафна.

Девушка подле Ойзис была практически её копией, близнецы. Разве что макияж сдержаннее и взгляд скучающий, я её едва ли интересовала. Уже не нужно было вспоминать, какой Дом предпочитает пурпур в одеждах. Имя архонта сказало достаточно. Ойзис – богиня страдания и беспокойства, она своим прикосновением дала начало Дому Зависти. Седьмой по счёту и самый низший по влиянию, но я всё равно благодарно улыбнулась архонту:

– Рада встрече.

– Хорошо, Майрон, мы убеждены, что к своему отцу твоя очаровательная внучка не испытывает симпатии, но что насчёт брата? – Я повернулась на мелодичный голос, не сразу определив, мужской он или женский.

В первые мгновения мне не удалось удержать выражение лица под контролем. Аспид – архонт Соблазна – одарил меня любящей улыбкой в ответ на изумление. Холодный светло-русый цвет волос, спускающихся чуть ниже плеч, серые глаза, утончённые черты лица, пухлые губы, но вместе с тем острые скулы и выразительный подбородок. Он производил такой же эффект, как Иво. На него хотелось смотреть не переставая, страшно было моргать. Он вызывал то самое странное и одновременно желанное чувство первой влюблённости, когда внутри всё трепещет, но ты цепенеешь. Я повернула одно из колец на пальце вовнутрь и сдавила кулак. Камень болезненно впился в ладонь, вынудив прийти в себя.

По словам Кая, члены семей архонтов способны влиять друг на друга, но это вмешательство они ощущают и расценивают как оскорбление. Я не почувствовала ничего странного, скорее всего со мной сыграло дурную шутку само его лицо.

– Уверен, что ты, Майрон, воспитаешь в своей внучке такую же благородную преданность к членам семьи. Но что будет, если её брат станет следующим царём Металлов, а наш архонт Раздора окажется недостаточно сильна духом, чтобы противостоять его притязаниям? Как мы слышали, именно этого жаждут мойры. Единого царя для Даории и Палагеды, – речь Аспида лилась неторопливо и даже лениво, но никто не прерывал.

Голос архонта Соблазна убаюкивал не меня одну. И, наверное, только благодаря его медленному произношению я поняла всё, что он сказал.

– У меня нет брата, как и у Микеля нет сестры, – ответила я, решив отстаивать свою правду сама. – Кровные узы – пустышка, если вас не связывает нечто большее на протяжении жизни.

– И всё же…

– Нет. Я не испытываю ненависти к Микелю, но он мне не брат.

– Это ты сейчас…

– Аспид, угомонись, – осадил дедушка, отмахнувшись. Архонт Соблазна не обиделся, лишь примирительно пожал плечами, не пытаясь более гнуть свою линию. – Что ж, Ареста, кажется, ты последняя ничего не сказала. Если у тебя есть какие-то сомнения или мысли, которыми ты хочешь поделиться, то буду рад услышать.

Ареста – архонт Дома Гнева, основоположницей которого стала богиня Лисса. Я вспомнила здоровяка Деклана, но сама архонт оказалась привлекательной женщиной средних лет. На лице не было заметно ни единого следа старости, но и юное очарование прошло. Она сидела расслабленно, изредка постукивая пальцами по подлокотнику, оранжевое шёлковое платье подчёркивало изгибы тела, а пояс – узкую талию. Чёрные волосы были собраны в густой хвост, пока взгляд светло-карих глаз переходил с меня на Майрона и обратно.

Подле Аресты сидели молодой мужчина и девочка лет пятнадцати. Наверное, её дети, сходство бросалось в глаза. Разве что у сына волосы тёмно-каштановые. Однако в Доме Гнева архонтом должна быть женщина, значит, из них двоих наследница именно младшая девочка.