— Не знаю, — продолжаю нагло лгать я, — наверное, решила послушать вас и подумать, прежде чем сближаться с ним.

— Хорошая девочка, — улыбается Эйден и весь холод сходит с ее лица. Каждый раз, когда ее озаряет улыбка, она становится похожа на солнышко, жаль, что улыбку мы видим крайне редко. — А теперь идем, мне нужно подготовиться к уроку и повторить материал.

К счастью, мы с Киллианом в разных классах. Оба заканчиваем двенадцатый и на этом все. Это позволяет мне не сидеть, как на иголках и концентрироваться на уроках, но, когда время подходит к обеду, я стараюсь обходить стороной столовую, решив перекусить на закрытой веранде школы.

Хоть уличный холод и не пробирается сюда, все же здесь прохладнее, чем внутри здания, и тем не менее я жую бутерброд в гордом одиночестве, раздумывая, что мне делать дальше с Киллианом. Я бы могла извиниться перед ним за то, что поставила в неловкое положение. Но правильное ли это решение? Моя неопытность говорит сама за себя. Я всего лишь потерлась о член парня, а уже чувствую себя виноватой и какой-то грязной.

Ну это же Киллиан!

Киллиан, с которым мы с самого детства сидим за одним столом.

Киллиан, сын мужчины, ради которого мой отец готов на многое.

Киллиан, которого я видела в подгузниках.

Киллиан, с которым нас мыли в одной ванне, когда мы какали под себя.

Жесть какая-то.

Я так сильно погружена в эти все мысли, вихрем атакующие мою голову, что пугаюсь тени, которая накрывает меня в момент, когда засовываю в рот последний кусок приготовленного мамой сэндвича, и давлюсь.

Передо мной стоит Брэд Кэмптон. Он не выглядит расстроенным или злым из-за того, что я не ответила на его сообщения. Наоборот, на лице такая улыбка, будто я самое радостное, что он видел сегодня.

— Привет, Далия.

— Привет, Брэд.

— Не помешаю? — спрашивает он, указав на стул рядом со мной, вместо того, чтобы ответить, я неопределенно машу на него рукой, прокашливаясь, чувствуя, как кусочек хлеба застрял в дыхалке. — Ты не ответила мне вчера.

— О, да, извини. Я немного… замоталась. Домашка, все дела. Сам знаешь, как это бывает.

Мне не хочется так много врать, правда, но я не могу сказать ему, что, ответив, почувствовала бы себя предателем по отношению к Киллиану. Мне в целом непонятно, почему Брэд так стремится к общению со мной, ведь он прекрасно знает, что Килли против того, чтобы его команда лезла ко мне, как и я к ним.

— Ты свободна в эти выходные? Сейчас выходит фильм, и мы могли бы сходить на него.

Все мое тело напрягается. Грейс рассказывала, что потеряла девственность после похода в кинотеатр, что эффект задних рядов вовсе не миф, а Брэд как раз выглядит, как парень, который всегда выберет задний ряд.

Я вспоминаю о словах Эйден, о том, что нужно проговаривать то, что тебя тревожит, и решаю, что нужно начать с Брэда. Диалог с ним может подтолкнуть меня и придать уверенности для разговора с Киллианом.

Чертовски злит еще и то, что я не помню некоторые части нашего с ним разговора на вечеринке. Что, если я сама напросилась на общения и кричала своим поведением, что доступна? Нет, Далия Дэвис никогда бы так не смогла, тем более, насколько я помню, Айзек появился через несколько минут после нашего с Брэдом уединения. Да, все точно не может быть так плохо.

Надо еще раз пойти к дяде Оуэну, моя тревожность вновь дает о себе знать. Проблема таких людей, как я в том, что мы не можем не преувеличивать происходящее и способны раздуть проблемы на ровном месте, создать ее из ничего.

— Слушай, не сочти за грубость, — прочистив горло, говорю я, — все о тебе знают Брэд. Мне понравилось общаться с тобой, ты милый и прикольный, и вообще все такое. Но я не хочу стать очередным трофеем, понимаешь?

— Моя репутация говорит сама за себя, а? — хмыкает он, а затем выдыхает и гладит затылок. — Я знаю, о чем ты думаешь, однако это не так. Я не собираюсь разводить тебя на секс или что-то типа того. Мне, правда, нравится просто общаться с тобой.

— Брэд, мы заговорили с тобой от силы два раза с момента моего поступления в старшую школу, — мягко напоминаю я. — Слишком мало, чтобы ты делал выводы, не так ли?

— Все наслышаны о том, какая ты, Далия, — вдруг говорит он. — Какая ты хорошая, добрая и отзывчивая. И нравишься ты очень многим, в моем классе как минимум двое хотели бы с тобой встречаться, не считая меня, — на его лице снова появляется обаятельная улыбка. — Проблема в кэпе, который никого не подпускает, рычит на каждого, кто осмелится посмотреть в твою сторону. С одной стороны, его можно понять, он оберегает тебя с детства, ты ему как младшая сестра. — Я морщусь от этих слов, вспоминая его твердый член, так не по-братски прижимающийся к моей заднице. — Но с другой эта гиперопека всех достала, особенно меня. Я давно хотел начать общаться с тобой, вечеринка в братстве стала хорошим поводом. Я наблюдал за тобой, Дэвис, долго и много.

— Звучит жутко.

Брэд смеется, и его смех красивый, менее грубый и хриплый, чем у Киллиана, но все равно такой, что невозможно не улыбнуться.

— Просто пообщайся со мной немного, ладно? Мы можем никуда не ходить и не проводить время вместе, пока ты не будешь готова, но, пожалуйста, давай чуть-чуть попереписываемся?

Когда по школе раздается первый предупреждающий звонок о следующем уроке, мы оба бросаем взгляд на дверь, а потом Брэд поднимается, со скрипом отодвинув стул, и протягивает мне руку. Я смотрю на нее пару секунд, но в итоге принимаю.

— Просто подумай об этом, ладно? Если тебе действительно не захочется иметь со мной что-либо общее, то я отвяну. Обещаю.

— Ладно, — в итоге сдаюсь я и дарю ему легкую улыбку.

Мы с Брэдом доходим до выхода в коридор и разбегаемся в разные стороны. Прижимая сумку к груди, спешу на урок, до начала осталось всего ничего, а сейчас у меня как раз занятие с самой беспощадной и неадекватной женщина. Она худший преподаватель в нашей школе, никто в здравом уме ее не любит.

Я добегаю до лестницы и уже хватаюсь за перила, собираясь вскачь забраться на второй этаж, но меня хватают за воротник пиджака и затаскивают к себе под лестницу, прямо туда, где утром я сидела с Эйден.

До того, как успеваю прийти в себя, мощное, огромное тело прижимает меня к стене, в том месте, где нас точно никто не увидит, и закрывает мой рот ладонью. Задохнувшись от страха, округляю глаза. К счастья, это всего лишь Киллиан. К несчастью, он, по-моему, сильно зол.

— Ни звука. Поняла? — шипит он и я активно киваю, однако ладонь он так и не убирает. Смотрит на меня с яростью, светлые, как самый безоблачный день, глаза потемнели, челюсти сжаты. — Я сейчас уберу руку и ты расскажешь мне, что Брэд хотел от тебя. Ты хорошо услышала меня, Далия?

Я не должна бояться его, но боюсь. Обычно Килли обращается ко мне по имени, только когда злится и редко, когда нет. Для него я лис. В детстве он назвал меня узкоглазой, за что получил оплеуху от матери и после этого придумал мне новое прозвище, отлично характеризующее мои миндалевидные глаза.

Вновь киваю, задыхаясь от его ладони и тела, так плотно вжимающее меня в стену. Только в такие моменты понимаю, насколько этот парень большой и как просто мог бы сломать меня напополам. Я горжусь своим высоким ростом, обожаю каблуки и хотела бы быть еще выше, будь у меня возможность, но каждый раз, рядом с Киллианом, чувствую себя неоправданно маленькой и хрупкой.

Он убирает ладонь, но не отстраняется, его вторая рука крепко держит меня за талию под пиджаком, кончики пальцем немного пробрались под пояс юбки, из-за чего по телу прошла еле заметная волна мурашек. От него исходит такой жар, даже его пиджак не способен скрыть мощной, атлетичной фигуры. Хочу уткнуться в него носом, хоть он и настроен враждебно.

— Я жду, Далия. Ответ.

— Мы просто разговаривали, — хриплым от страха и возбуждения голосом отвечаю я. — Просто разговаривали.

По-хорошему, я могла бы сейчас оттолкнуть его и сказать проваливать куда подальше, что это, по сути, не его ума дело. Но не могу. С каждым днем, с каждым взглядом и каждым прикосновением становлюсь все более безвольной в руках Киллиана.