— Дурак ты, Матвейка, хоть и ученый, — мягко возразил Гарик, мгновенно перестав кривляться. — Она на тебя смотрит. Просто делает все, чтобы ты думал, будто она не смотрит. А это, брат, две огромные разницы.

Зазвенел колокольчик над входной дверью.

В кафе торопливо вошли Ванька и Катя, слегка запыхавшиеся и абсолютно счастливые.

— Ну вот, — Гарик снова развалился на стуле, комментируя вошедших: — Тяжелая артиллерия и подмога прибыли. Привет, влюбленные голубки!

— Привет, — Катя с улыбкой опустилась на свободный стул. Ванька тут же заботливо придвинул ее сиденье поближе к столу и устроился рядом.

— Ваня, ты, я смотрю, пошел в цветочный каким-то кружным путем через три района? — Гарик поглядывал на друга с хитрой усмешкой.

— С чего ты взял? — Ванька поспешно схватил со стола меню, усердно делая вид, что смертельно увлечен списком напитков.

— А с того, Птиц, что обеденный перерыв уже на исходе, а этот наш ископаемый птеродактиль еще никак не разродится речью, — Гарик красноречиво кивнул на притихшего Матвея. — Мы тут сидим, понимаешь, ждем великих свершений и любовных признаний, а он молчит как партизан на допросе.

— Мы вообще-то план спасения придумывали, — заступилась Катя, потянувшись к салфетнице.

— О да, я вижу, как самоотверженно вы его придумывали, — Гарик иронично постучал указательным пальцем по собственным губам, недвусмысленно намекая на зацелованные губы Ивана. — Из кожи вон лезли. Я так понимаю, переговоры прошли на высшем уровне?

Ванька, не выдержав, метко швырнул в Гарика пластиковой трубочкой для коктейлей. Тот со смехом ловко поймал ее на лету прямо у своего носа.

— Ты просто невыносим!

— А что я? Я исключительно констатирую факты, — невинно пожал плечами Гарик.

В этот момент к их столу плавной походкой подошла Наташа. С абсолютно независимым видом и зажатым под мышкой подносом, она подчеркнуто смотрела только на Катю и Ваньку, старательно игнорируя Матвея. Сам Матвей, почувствовав ее близость, окончательно оцепенел и принялся с ожесточением кромсать в руках бумажную салфетку.

— Кать, тебе как обычно, липовый? — деловито спросила Наташа. — А ты, Вань, что будешь заказывать?

— Да Ваня у нас сегодня сыт по горло, — Гарик ехидно покосился на сияющего друга. — Вы только посмотрите на эту довольную моську. Он точно наелся.

— Завидуй молча, — огрызнулся Ванька, но сдержать счастливую улыбку так и не смог.

— Нат, вообще-то Матвей с тобой поговорить хотел, — громко объявил Гарик, решив, что пришло время для активных действий. Он резко поднялся со своего места, рывком вздернул опешившего Матвея на ноги и крепко подхватил его под левую руку — в точности так, как они репетировали у автосервиса. Ванька, помня уговор, тут же послушно подскочил с другой стороны, перехватывая друга под правый локоть. Матвей оказался намертво зажат между двумя друзьями, словно пленный на допросе.

— Ну, давай, — заговорщически шепнул ему на ухо Гарик, чувствительно хлопнув ладонью по спине. — Толкай речь, Ромео.

Матвей неловко откашлялся, глядя на Наташу:

— Наташ… я хотел… в общем, я…

Гарик мученически закатил глаза, не выдержав этой паузы.

— Наталья, короче! — торжественно провозгласил он на все кафе. — Этот старый солдат, не знающий слов любви, просит дать ему шанс! Один полноценный шанс, без права на обжалование!

Наташа шумно фыркнула, круто развернулась на каблуках и стремительно ушла обратно за стойку, не проронив ни единого слова.

Матвей, кажется, побледнел еще сильнее, став цвета бумажной салфетки. Парни наконец разжали свои железные объятия.

— Я же говорил… — проговорил Матвей, готовый провалиться сквозь землю.

Катя, качаясь на стуле, изо всех сил зажимала рот ладонью, чтобы не рассмеяться в голос. Ванька тяжело, сочувственно вздохнул, а Гарик озадаченно почесал затылок.

— Ладно, — примирительно протянул он. — Возможно, я слегка переборщил с напором.

— Слегка? — глухо уточнил Матвей.

— Хорошо, сильно переборщил. Но согласись, сама идея-то была отличная!

— Идея была просто ужасная, — сквозь смех выдавила Катя, аккуратно вытирая выступившие на глазах слезы.

— Ничего, у нас есть запасной план, — напомнил Ванька, возвращаясь за столик.

— Какой еще план? — Матвей обреченно поднял на него глаза.

— Пока не скажу, — подмигнул Иван. — Пусть Наташа для начала немного остынет после этого вашего выступления.

Матвей бессильно опустился обратно на стул и уронил гудящую голову на руки. Гарик покровительственно похлопал его по плечу.

— Да не переживай ты так, наука, — авторитетно заявил он. — Любовь — это тебе не спринт, это марафон. Кто рано стартует, тот поздно финиширует. Ну, или как-то наоборот.

— Гарик, ты сам-то хоть понял, что сейчас выдал? — усмехнулся Ванька.

— Вообще ни черта не понял, — честно признался тот, ничуть не смутившись. — Но звучит-то как красиво, а?

За стойкой Наташа демонстративно и громко звякнула кофейными чашками. Катя понимающе переглянулась с Ванькой.

— Мне нужно поговорить с ней, — тихо сказала она, кивая в сторону подруги.

— Поговори, — согласился Ванька.

Катя поднялась и подошла к стойке. Ната упрямо стояла к ней спиной, с ожесточением натирая и без того идеально чистую кофемашину.

— Нат, — негромко позвала Катя.

— Что? — голос подруги прозвучал глухо и натянуто.

— Ну ты чего?

— Ничего. Работы много.

— Ты на Матвея обиделась, да? Из-за этого цирка с Гариком?

— Вовсе нет. С чего ты взяла? — Наташа швырнула тряпку на столешницу. — Хочет устраивать тут балаган — его право.

— Нат, ну перестань. Он ведь просто подойти к тебе хотел. Поговорить нормально.

— Вот пусть сам и подходит, — буркнула Наташа, наконец обернувшись. — Зачем ему эти двое в качестве конвоя?

— Он стеснительный, ты же его знаешь. Жутко робеет перед тобой.

— Я знаю только то, что он вчера с этой своей эффектной Агриппиной на озеро прикатил. И сидел там с ней миловался, пока я… — она осеклась. — Пока я с ума сходила.

— Они не миловались, Нат, — мягко перебила ее Катя, беря подругу за руку. — Просто как-то нелепо вышло, что приехали вместе. Но на этом все.

— А мне какое дело все у них или не все? — глаза Наташи подозрительно блеснули. — Пусть идет обратно к своей Агриппине. У них там куча общих тем — и аммониты эти дурацкие, и динозавры. А я в этом ничего не смыслю.

— Он не любит Агриппину. И у них ничего нет.

— Откуда ты вообще это можешь знать?

— Он сам сегодня перед поездкой сюда признался ребятам. — Катя несильно сжала ее ладонь, заглядывая в лицо. — Нат, он тебя просто до паники боится.

— Меня? — искренне удивилась Наташа, округлив серые глаза. — Но почему?

— Боится, что ты откажешь. Посмеешься над его неловкостью. Скажешь, что такой ученый-ботаник тебе вообще не нужен.

Наташа надолго замолчала, растерянно разглядывая пол за прилавком и кусая губы.

— Глупый, — тихо выдохнула она наконец, и на ее губах появилась робкая улыбка. — Какой же он все-таки глупый.

— Мужчины вообще поголовно глупые, — философски заметила Катя. — Но мы же их за что-то любим.

Они посмотрели друг на друга и неожиданно, синхронно рассмеялись, сбрасывая гнетущее напряжение.

За столиком у окна Гарик тем временем усердно продвигал к Матвею чашку с крепчайшим эспрессо.

— Пей, тебе говорят! — командовал он шепотом. — Кофе — это лучший допинг для расшатанной нервной системы. Раз вам с Воробьем алкоголь никак не помог, — гыгыкнул он. — Вот выпьешь еще парочку чашек кофею и станешь наглым и храбрым как лев. Пойдешь и завоюешь ее.

— Я не хочу быть храбрым как лев, — уныло простонал Матвей, пряча лицо в ладонях. — Я хочу прямо сейчас стать незаметным как мышь.

— Поздно, наука, — усмехнулся Ванька. — Тебя у стойки уже вовсю заметили и вовсю обсуждают. Так что придется включать льва. Хочешь ты того или нет.

Иван откинулся на спинку стула и посмотрел на Катю. Она все еще стояла у прилавка и весело смеялась вместе с Наташей. Ее светлые волосы мягкими волнами падали на плечи, а в синих глазах плясали искры солнца. Катя казалась в этот миг настолько невероятной и красивой, что невозможно было отвести взгляда. И холодная пружина Ванькиной тайной лжи на мгновение полностью отпустила его, уступая место чистой, бескрайней любви.