Перспектива исполнять ритуал призыва перед зрителями Клэр совсем не прельщала, но звучала приемлемо, пока мастер не добавил:

— Сегодня твоим противником будет Марша.

И рыжая колдунья отвернулась к окну, закусив губу.

Ученицы встали друг напротив друга, заняв позиции на площади для тренировочных боев. Марша избегала смотреть в глаза Клэр, уже догадавшейся, что её новоиспечённой сопернице было заранее известно о предстоящем сражении. Видимо, Арвинг сказал ей об этом ещё вчера, когда Клэр вынужденно покинула занятия и больше на них в тот день не вернулась.

Небо сгустилось тёмными тучами, заморосил дождь, рассыпаясь маленькими искрящимися каплями, подожжёнными редкими солнечными лучами, проглядывающими сквозь небесные прорехи облаков. Свежесть нежно целовала разгоряченную кожу.

Клэр злилась, что мастер, зная о дружбе, сталкивал её с Маршей лбами. Кроме того, он дал ей преимущество, которое заключалось ещё и в том, что подруга легко и уверенно освоила призыв, в отличие от самой Клэр. «Чего он добивается?» — сжимая челюсть, мысленно вопрошала ведьма. Она смотрела на подругу, собравшуюся в твёрдой решимости, и Клэр казалось, что та стала ей совершенно чужой, будто нескольких лет, проведённых бок о бок в цитадели, разом как не бывало. Неужели она должна была потерять единственного человека, который стал ей здесь по-настоящему близок? Но ради чего? Клэр поёжилась от колких ледяных струек воды, забиравшихся за шиворот, но настоящий холод – холод тоскливого одиночества – обжигал её изнутри гораздо сильнее.

Арвинг прошептал заклинание и прищёлкнул пальцами, с кончиков которых сорвались золотистые искры. Это был сигнал: бой начался.

Марша тут же склонилась к земле, расчерчивая призывной круг. Линии приходилось проводить пожирнее, чтобы их не успело размыть. Клэр сделала то же самое и даже выиграла у соперницы несколько секунд: сказались многочисленные попытки, которые она неустанно предпринимала в своей комнате. Марша не ожидала такого поворота и, вскинув голову, бросила раздосадованный взгляд на подругу.

И все же дальше ей удалось вырваться вперед: решительно полоснув себя по руке, хотя было достаточно и капли крови, Марша произнесла формулу призыва. «Existe, draco Jarsha! Confestim!» — разнеслось над полем. Ослепительная вспышка. С глухим рычанием из облака пыли воплотился дракон, превосходящий размерами красного Лагерты. Точнее, это была крупная рогатая виверна, рядом с Маршей она казалась настоящим гигантом. Ворочая округлую, усеянную костяными наростами голову, она переминалась на когти предплечий, сложив черные бархатисто-кожаные крылья, подобные тем, что были у летучих мышей. Тело ее было багрово-коричневым, также покрытым разноразмерными роговыми наростами.

Клэр видела дракона Марши, Яршу, впервые и не удержалась от восхищенного вздоха. У нее оставалась всего пара секунд до того, как виверна пересечёт расстояние между ними и… Думать об этом не хотелось. Нужно было сконцентрироваться.

— Existe, draco Shiaihah! Existe! — не обращая внимания на мелкую дрожь, сотрясавшую руки, звала Клэр. — Confestim!

И в следующее мгновение её отбросило в сторону шипастым хвостом. Круг, нарисованный Клэр, размазался под мощными лапами виверны. Ведьма приложила руку к голове: кончики пальцев ощутили что-то липкое. Тело ломило от удара, особенно слева, в области рёбер, куда и пришелся удар хвостом. «Сдаться сейчас?» — мелькнуло в голове Клэр. Это было разумнее всего. У неё снова не получилось.

— Всё? — выкрикнул Арвинг, но Клэр услышала не вопрос, а приговор. Тяжело дыша – каждый вдох отдавался болью – она поднялась, прижимая руку к левому боку. Капли дождя вперемешку с кровью скатывались с мокрых волос. На неё падала тень нетерпеливо размахивавшей хвостом виверны.

И тогда она побежала обратно к призывному кругу. Повалившись внутрь, не дорисовывая смазанных частей, она приложила испачканную кровью ладонь к середине, мысленно представляя себе целый символ, загоревшийся в ее воображении ядовито-зеленым огнем.

— Existe, Shiaihah… — прошептала Клэр с закрытыми глазами.

И подле неё, после вспышки пробивавшегося под веки яркого света, громко шипя и напрягая все мышцы, появился дракон. Ощетинившись, он встряхнул гребнем спины и обвил хвостом тело согбенной ведьмы.

Обернувшаяся на них виверна с высоким вскриком, похожим на птичий, бросилась вперед, разбивая вдребезги тонкую дождевую гладь. Шиайха вздыбился и оскалил пасть.

Марша прикрыла глаза, и через секунду её дракон замер, вновь ворочая головой, как исполинский чешуйчатый орел. У виверн, кроме отсутствия пламенного дыхания, была и другая особенность: они не разговаривали. А вот Марша со своей союзницей говорить явно могла.

— Мы не будем биться. Он её отравит, это будет нечестно, — обратилась она к наставнику, — либо, если нельзя использовать пламя, то и яд тоже нельзя.

— Умница, Марша! — мастер Арвинг сдержанно зааплодировал. — Предугадывать ход противника и беречь своего дракона – мудрое, стратегически верное решение. Думаю, все со мной согласятся, что ты можешь считать себя победительницей в этом раунде.

Марша похлопала Яршу по боку лапы, усмиряя пыл виверны, и та, тряхнув головой, занялась покусыванием своего правого крыла, потеряв всякий интерес к тому, что только что происходило. Рыжая ведьма осторожно приблизилась к Клэр и протянула руку. Ярко-жёлтые глаза Шиайхи горели, вперившись в девушку вертикальными зрачками. Зелёный дракон издавал тихое шипение, не подпуская её ближе.

— Спокойно, Шиайха… — по-драконьи сказала Клэр, огладив его по шее, и поднялась, упершись в колени и не приняв помощи подруги. — Марше нужно было продемонстрировать свою силу, не так ли?

— Клэр… — только и произнесла соперница, отдёрнув руку к груди, словно по ней хлестнули бичом.

— Всё в порядке, Марша. Жаль только, что ты не нашла времени меня хотя бы предупредить.

— Я хотела, но мастер Арвинг запретил.

— Не думала, что послушание для тебя важнее дружбы. Я разочарована.

Марша поджала губы. Вкус победы оказался горче, чем она могла себе представить.

Проливной дождь закрыл своим потоком обрывки золотистых лучей. Чернеющие грозовые облака сгрудились, обещая скорое появление молний.

— Скорее, скорее, под крышу, — заквохтал Арвинг, как наседка, жестом подгоняя своих учеников. Клэр плелась позади, опираясь на Шиайху.

Арс подошел к ним и подставил своё плечо, чтобы Клэр было удобнее идти:

— Ты как, сильно ранена? — спросил он взволнованно.

— Надеюсь, что мои ребра целы, но не могу быть в этом уверена, если честно, — она поморщилась от вновь прострелившей бок боли.

— У тебя кровь идёт, — Арс покосился на голову Клэр. — Тебе срочно нужна помощь.

— Наверное. Я выглядела ужасно жалко, да? — печально усмехнувшись, спросила ведьма.

— Главное ты сделала. Неважно, кого назвали победителем, если ты преодолела свой порог, — тихо прошипел дракон, и голос его слился с шумом льющейся с небес воды.

— Пожалуй, ты прав, — вяло улыбнувшись, ответила она, — правда, теперь я пролежу в лазарете прорву времени.

— Без боли нет опыта, — философски заметил дракон, как будто говорил не только о ране на голове и вероятно поврежденных ребрах ведьмы.

Арс и Шиайха сопроводили её в подземелья к медикам, где Клэр провела почти неделю, пока полностью не восстановилась. На этот раз навещал её только Арс, развлекавший ведьму короткими новостями о том, что происходило на занятиях, но Клэр было приятно, что он каждый день находил на неё время. О Марше он деликатно умалчивал, а Клэр и не расспрашивала.

После осмотра у лекарки Нинель, которая посетовала, что подопечная стала навещать её слишком часто, ведьма наконец смогла вернуться к себе. Бой с Маршей стал для неё сплошной неожиданностью, тем большей от того, что она не могла предположить, как поступит подруга. Но, если отбросить все душевные метания, стоило признать: Марша очень сильна, действительно сильнее её. Пока Клэр спасала то ли удача, то ли божественная воля… И, конечно, Шиайха. Пора было набирать высоту. Но что сделать для того, чтобы нарастить свою мощь, ведьма не особенно представляла.