— Ну же, не стесняйтесь! — призвал учитель.

Первые минут пятнадцать за столом не прозвучало ни слова: подопечные уплетали кушанья, а наставник смотрел на них так, как смотрит родитель на ребенка с завидным аппетитом.

Наконец, когда темп поглощения пищи успокоился, он снова взял слово:

— Сегодня вы переступаете порог своей юности, — ученики обратились к нему взглядами, — вы больше не птенцы, что едва оперились, и должны быть готовы к тому, что вас ждёт за пределами цитадели: к кровопролитию, жертвам и самоотверженности. Ваш долг – защищать королевство и монаршую семью. Там, где бессильно войско, щитом должны стать вы. Это означает, что ваше обучение станет более суровым, ибо когда угроза приблизится к нам до той степени, что вам придется вступить в бой, мне неведомо.

— Мортамéры уже близко? — содрогнулась Марша, хотя Клэр казалось, что с её способностями переживать стоило бы не ей.

— Достаточно, чтобы нам всем собраться, — уклончиво ответил Арвинг.

Повисла тягостная тишина, прерываемая только тихим стуком столовых приборов о посуду.

— Я горжусь и верю в каждого из вас. Сделайте то же и для себя, и тогда любая преграда будет вам по силам, — Клэр показалось, что эти слова были обращены лично к ней. — В конце концов, каждый из вас сумел найти своего дракона! Дракона, дети мои!

— А что, могло быть иначе? — скучающе осведомился Рениг.

— Вообще-то могло. Не все ученики, даже мои, доживали до ритуала уз.

Тина прикрыла рот. Клэр и Марша переглянулись, словно гадая, шутит ли мастер, но он был вполне серьезен. Арвинг поднял кубок с красным вином, и остальные последовали его примеру, осушив свои бокалы.

— А теперь я вас оставлю. Прошу, насладитесь этим ужином и обществом вашего тесного круга. Доброй ночи, — улыбка пробежала по губам наставника, но не тронула теплом взгляд. Он поднялся из-за стола и поспешно вышел.

— Что ж, значит, слабаков скоро станет меньше, — произнесла Лагерта, отпиливая кусок говядины от стейка.

— Намекаешь на кого-то конкретного? — вскинулась Клэр, хотя планировала игнорировать все выпады.

— Ты сама отозвалась, — хмыкнула воительница.

— Вроде бы на поле проиграла не я.

Рениг вспыхнул при этих словах и сжал вилку до белизны в костяшках.

— Только потому, что сумела найти такого же недальновидного дракона, как ты сама. Вы оба не понимаете, кому переходите дорогу, — процедил брат Лагерты.

— Ого, сколько слов подряд, Рениг, непривычно, — добродушно усмехнулся Арс, — зачем ссориться? Меряйтесь силой на поле, а не за столом.

Совсем близко сильно громыхнуло. Со стен ссыпалась пыль.

— Чт-что это? — прошептала Тина.

Что-то ударило снова. Звук тяжелых, чудовищных шагов неумолимо приближался к залу. Все вскочили из-за стола и обернулись ко входу.

Пригнувшись, внутрь прошло нечто, формой отдаленно напоминающее человеческую фигуру, словно было вылеплено наспех неумелым скульптором. Страшной паучьей головой чудовище практически упиралось в высокий потолок и глядело на учеников во все свои восемь глаз. Оно издало рев и ринулось вперед, размахивая перед собой неоформленными беспалыми руками.

Удар его громадных кулаков пришелся туда, откуда ребята бросились врассыпную секунду назад. Щелкнули жвалы.

— Это голем! — выкрикнул Арс, чтобы его услышали остальные. — Откуда он здесь?!

У воителей не было с собой оружия. Маги оставили все принадлежности для ритуалов в комнатах. Паника пробежала дрожью по попавшим в ловушку ученикам. Одним ударом великан снес стол с места, а другим проломил его пополам. Следующий взмах руки голема прошелся над головами Лагерты, Тины и Марши, оставив борозду в каменной кладке.

— Не стойте на месте, бегите к выходу, на поле! Я отвлеку! — крикнул Арс и бросил в голема канделябр, как копье.

Великан обернулся и перешел в решительное наступление на колдуна, пока остальные бросились к выходу. Арс отступал, уводя чудовище за собой. Голем следовал неотступно, хотя казался ужасно неповоротливым с виду. Его грохочущая поступь эхом отдавалась в ушах.

Клэр заметила, как Лагерта, задрав рукав, коснулась пальцами метки.

Выманив голема на поле, ученики разбежались равномерно по кругу. Воительница напряженно вглядывалась в тихое ночное небо.

— Дайте мне немного времени, отвлекайте! — скомандовал Арс и достал из кармана брюк кусочек мела.

«Какая предусмотрительность» — с неожиданным раздражением подумала Клэр, хотя злилась в этот момент скорее на себя.

Земляное изваяние ревело и било оземь ручищами, норовя прихлопнуть людишек, как надоедливых мух. «Мухи» кружили вокруг него, кидаясь и перекатываясь в разные стороны, путая чудище своим хаотичным движением. Он разгневанно грохнул кулаками по земле.

На миг всех ослепила яркая пламенная вспышка, и Клэр невольно зажмурилась. По полю прокатился рык, и здоровая, крепкая голова дракона влетела прямо в грудь голема, отбросив его к высокой стене. Несколько камней ударили его сверху. Дракон Арса взлетел и спикировал, впившись длинными когтями в тело чудовища, но они вязли в нем, не причиняя серьезного вреда.

— Отойдите! — услышала Клэр крик Лагерты. — Всем в укрытие и пригнуться! Риран, пламя!

По полю прокатился огненный столб и пригвоздил голема к тому месту, где он стоял. Тот отчаянно ревел и будто покосился, но продолжал размахивать по сторонам ручищами вслепую. Когда залп драконьего пламени иссяк, все увидели, что голем покрылся чёрной коркой, блестевшей в свете луны. Невидяще уставившись всеми своими многочисленными глазами в пустоту, он словно вдруг сориентировался и побежал в сторону Рирана.

— Бей! — донесся голос Арса будто издалека.

И дракон мага вновь обрушился на противника сверху, раздирая его лапами. Послышался треск – неожиданно хрупкий – и голем начал осыпаться, пока не превратился в кучу песка с огромной паучьей головой на её вершине.

Вокруг Клэр повисло безмолвие, словно весь мир на мгновение замер. Нарушили его тяжелое дыхание и бешеный стук сердца.

В глазах ведьмы помутилось. Ноги перестали держать: мир покачнулся и померк. Приглушенно, словно с большого расстояния, она услышала голос, который уже едва могла различить:

— Твоим же оружием, Клэр, — и ведьма потеряла сознание.

Оранжево-жёлтое пламя, растекавшееся вокруг, не оставляло ожогов. Оно расходилось волнами, словно ткань, плещущаяся на ветру, и источало свет в кромешной темноте пространства. Из этой черноты выплывали неясные очертания лиц и исчезали снова. Клэр тянула к ним руки, но они проваливались в пустоту. Всё резко исказилось, как будто невидимые руки растянули окружавший девушку мир, подобно кусочку мягкой смолы, и, когда все схлопнулось обратно, она оказалась на хлипком подвесном мосту. За много миль внизу бушевала бурная река, из которой торчали острые скалы. Ветер раскачивал непрочную конструкцию. Впереди маячило распахнутое окно уходящей в небо башни.

За спиной послышался треск. Клэр обернулась: доски моста падали вниз одна за другой, рассыпаясь как карточный домик. Ведьма побежала вперед, задыхаясь, чувствуя, что земля старается уплыть из-под ног. Едва успев, она запрыгнула в оконный проём и оказалась на винтовой лестнице. Она побежала вверх, но путь казался бесконечным, одинаковые ступени продолжали непрерывной лентой взметаться вверх. Она перепрыгивала их, изо всех сил отталкиваясь ногами и отчаянно дыша, пыталась ускорить темп подъема, но ничего не менялось. Пока вдруг башня не начала рассыпаться камень за камнем. И Клэр полетела прямо в зияющую хищную пасть иссиня-черной реки.

— «Проснись!» — донёсся до неё голос, похожий на Шиайху.

Очнувшись от тягучего, истощающего кошмара, Клэр с усилием вдыхала прохладный воздух, обжигающий лёгкие, словно сжатые невидимой рукой. На лбу и шее проступили крупные капли пота. Она сжала веки и села в кровати, чтобы осмотреться. От других коек её отделяли две белые ширмы из тонкой ткани. Окон не было, и больничное помещение тускло освещали редкие свечи. На тумбочке обнаружился стакан воды, который ведьма опрокинула в себя залпом в надежде избавиться от сухости во рту. Рядом лежал скромный букетик нежных полевых цветов и маленькая квадратная открытка, изображавшая горлицу на ветке. Внутри была надпись: