— Новобранцы, — выкрикнул Оскар, когда один из сражавшихся воинов пал перед приставленным к горлу лезвием, — кто-нибудь уже готов показать себя?

К удивлению остальных Рениг вскинул руку:

— Я буду первым, выбирайте противника.

Худощавый и юркий, чем-то напоминавший хорька парнишка довольно улыбнулся и выкрикнул:

— Готов проверить, чего ты стоишь, новичок!

— Смотри, как бы тебя не пришлось отскребать от земли, — осклабился Рениг. Лагерта было дёрнулась вперёд, но, осекшись, отступила.

Воители вышли на середину и принялись кружить, как два стравленных зверя, загнанных на арену. Рениг сделал выпад, но не всерьёз, а как бы припугивая. Его противник слегка отшатнулся, еще не зная, чего ожидать. Они пристально следили за каждым мелким движением друг друга, направлением глаз, изучая соперника. Мечи плотоядно блестели под распекающим солнцем. Наконец они схлестнулись: грозный лязг отражавшихся ударов разносился вокруг, снова и снова. Противник Ренига был быстр и увертлив и ловко уклонялся от мощных взмахов. Ученик Арвинга отпрыгнул, чтобы отдышаться. «Нет… Скорее, чтобы сменить тактику» — подумала не отрывавшая взгляда Клэр.

И действительно, Рениг замедлился, зато стал бить точнее, выверяя каждый последующий шаг. Пыль под их ногами взлетала облачками, похожими на пар. Все притихли, было слышно только тяжелое дыхание сражавшихся и звон стали. Соперник начал выходить из себя и перешёл из уклонения в атаку; Рениг отбрасывал его, незамедлительно парируя. И вдруг, когда они скрестили мечи, сблизившись лицом к лицу, он, резко вывернув оружие в сторону, нанес мощный удар лбом прямо в нос солдата. Тот отшатнулся, выронил клинок, прикрывая разбитое лицо ладонью, по которой тут же потекла кровь.

— Это не по правилам! — вскричал он, и по толпе прокатился возмущенный шепот.

— Мортамеру ты тоже будешь объяснять правила? — вскинув голову, чтобы отвести спадавшие, слипшиеся от пота волосы, сказал Рениг.

— Он прав, — Клэр неожиданно ощутила прилив гордости, и в первый раз причиной был ее враг. — Иначе они учатся биться только между собой.

— Что ж, такое поведение действительно не предусмотрено нашим регламентом боя, — громко, усмиряя толпу, произнес Оскар, — но доля правды в словах новобранца есть. Вы должны быть готовы к неожиданностям. Пусть новички из западной цитадели и будут вашим первым испытанием. Победа засчитана.

Ученики Арвинга не сдержали общего ликования.

— Думаю, противник Ренига так просто такое унижение не спустит, — высказалась Клэр, когда солдаты приступили к следующей схватке.

— Он проиграл и должен это признать, — упрямо заявила Лагерта.

— На поле боя — да, но кто знает, не принято ли здесь мстить после, — задумчиво произнесла Тина.

— У них же такие высокие стандарты, вряд ли они опускаются до того, чтобы угрожать кому-то в стенах замка, — всё же с долей сомнения вступила Марша.

Вечером, после комендантского часа, когда все разошлись по своим спальням, обычно молчаливому Ренигу хотелось поговорить. Однако Лагерта была в женском крыле, в которое доступ мужчинам после отбоя строго воспрещался. С Арсом, делившим комнату с Ренигом, они никогда не были близки, поскольку все маги вызывали у воителя презрение. «Им даже драконы нужны для защиты, а не для нападения» — с насмешкой не раз думал Рениг. И всё же сейчас, оказавшись в других условиях и вдали от сестры, даже он испытывал потребность в том, чтобы разделить свои впечатления от пребывания в восточной цитадели.

— Арс? — нарушив безмолвие, обратился он.

— Да?

— Как тебе здесь? — издалека начал Рениг.

— Пока не понял. Непривычно, — поделился Арс. — А тебе как, по вкусу солдатская жизнь? Воителей тут раза в два больше, чем магов.

— Это, конечно, разумно. Хотя вот этот железный распорядок… Сковывает.

— Да ты, оказывается, вольная птица, — усмехнулся колдун. — Вот уж не думал.

— По-твоему, я люблю по струнке ходить? — в голосе Ренига прозвучал вызов.

— Вот это я как раз не имел в виду. Особенно вспоминая, как ты отделал этого самодовольного парня на тренировке.

— Это была похвала или мне показалось? — спросил Рениг с долей недоверия.

— Считай, что так. Нам и правда не мешает укрепить здесь свои позиции, иначе нас просто раздавят.

— Твоя правда, колдун.

Когда воитель и маг уже видели сны в своих постелях, их дверь тихонько скрипнула. Кто-то крался, осторожно и бесшумно ступая к спящему Ренигу. В темноте, разгоняемой слабым светом луны из окна, блестел занесённый нож. Когда незваный гость уже склонился над своей жертвой, в спину ему ударила ослепительная жёлтая вспышка, выбив из него протяжный стон боли. Рениг вскочил с постели и заломил согнувшемуся противнику руки за спину.

— Нужен свет! — скомандовал он, и Арс воплотил небольшой огонёк в своей ладони. Маг поднёс его к лицу схваченного.

— Ты, — со злобой выдохнул Рениг, отпуская того самого соперника, поверженного на поле. — Не умеешь проигрывать и решил зарезать меня в постели, как свинью?

— А ты она и есть! — просипел всё ещё задыхавшийся от боли солдат. — У нас так не принято.

— А нападать на спящего принято? — с отвращением спросил Арс. — Убирайся отсюда, пока живой. Не можешь принять поражение, так хоть не позорься такой мелочной местью.

— Ещё раз сунешься – убью, — угрожающе наступая, процедил Рениг. — Имей смелость встретиться со мной, когда у нас в руках мечи.

Солдат, сплюнув на пол, вышел вон из комнаты.

— Как думаешь, сказать старшим? — спросил Арс у Ренига.

— Пусть это останется нашей личной размолвкой. Вряд ли он сам побежит рассказывать о том, что собирался прирезать кого-то в постели, как трус.

Оба немного помолчали.

— Спасибо, — вдруг произнёс Рениг. — Похоже, я слишком крепко спал.

— Кто же ещё будет нашей занозой в заднице, если тебя вот так бесславно убьют, — усмехнувшись, ответил Арс. — Всё-таки мы ученики мастера Арвинга.

После вчерашнего поединка Ренига Лилиан увела ведьм и колдунов практиковаться отдельно. Уходя следом за комендантшей, Клэр обернулась, глядя, как Рениг вместе с Лагертой влился в ряды других воителей, уже по-свойски переговариваясь с ними. Его неудачливый противник стоял в отдалении от всех, понурившись.

Узкое, вытянутое лицо Лилиан было исполнено надменности, которой она одаривала всех подчинённых. Больше всего она явно ценила удобство: каштановые волосы собраны в гладкий пучок, руки были дополнительно прикрыты кожаными митенками, а высокие ботинки имели толстую подошву, лишённую и намёка на каблук, в отличие от стандартных женских, с небольшим подъёмом. Складывалось впечатление, что она очень гордилась своим положением коменданта магов, хотя сама и была воительницей, и готова была его удерживать всеми силами. В Клэр она вызывала глухое отторжение.

Маги под предводительством Лилиан прошли во внутреннюю часть нижнего двора, окружённую по периметру крытыми проходами. По центру, над белым с тёмными прожилками мрамором, плыло открытое небо.

— Полагаться на драконов полезно, — начала комендантша, вышагивая перед выстроившимися в ряд магами, — но и драконы смертны. Если вы слабы, то от них будет зависеть только то, как долго вы продержитесь в битве, однако в конце концов вы всё равно погибнете. Ответственность за исход битвы лежит на вас, поэтому вы должны быть готовы ко всему. Ты и ты – вперёд, — она указала на Маршу и высокого парнишку с вечно удивленными глазами.

Марша, видимо, решила впечатлить своего противника ещё больше. Не раздумывая и не тратя время на защиту, она сделала то, что умела лучше всего: призвала нежить. Оживший лев, тело которого было уже тронуто тлением, бросился на колдуна, и ведьма, прошептав над начертанной руной заклинание, мощным потоком воздуха стёрла границы его защитного круга. Зверь тут же повалил колдуна наземь, и бой закончился, толком не начавшись. Марша торжествовала. А вот Лилиан, напротив, разразилась яростной вспышкой: